Святоотеческое наследие
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Святоотеческое наслѣдiе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Святые по вѣкамъ

Изслѣдованiя
-
I-III вѣкъ
-
IV вѣкъ
-
V вѣкъ
-
VI-X вѣкъ
-
XI-XV вѣкъ
-
Послѣ XV вѣка
-
Acta martyrum

Святые по алфавиту

Указатель
-
Свт. Іоаннъ Златоустъ
А | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л
-
М | Н | О | П | Р
-
С | Т | Ф | Х | Э
-
Ю | Ѳ
Сборники

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - понедѣльникъ, 21 мая 2018 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 12.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

СВЯТООТЕЧЕСКОЕ НАСЛѢДІЕ

«СВЯТООТЕЧЕСКОЕ НАСЛѢДІЕ» — ОДИНЪ ИЗЪ ПРОЕКТОВЪ «РУССКАГО ПОРТАЛА»

Нашъ порталъ содержитъ тексты въ старой, или «царской» орѳографiи.

Сайтъ основанъ 3 Октября 2005 г. (16 Октября 2005 г. по н. ст.) въ день памяти свщмч. Діонисія Ареопагита, еп. Аѳинскаго и преп. Іоанна Хозевита, еп. Кесарійскаго.
RSS-каналъ сайтаhttp://www.russportal.ru/news/rss.php?h=2.         Разсылка новостейhttp://www.russportal.ru/subscribe

О чтеніи святыхъ отцовъ

Святые отцы Первого Вселенского СобораЦерковная пѣснь называетъ святыхъ отцовъ свѣтилами на землѣ, посредствомъ которыхъ Господь наставляетъ насъ въ познаніи и сохраненіи истинной вѣры. Въ другихъ пѣснопѣніяхъ они величаются звѣздами многосвѣтлыми, церковными кормилами, непоколебимыми столпами, органами благодати и гуслями Духа. Уже одни эти наименованія ясно говорятъ, какое чрезвычайно великое значеніе, — по мысли Церкви, — имѣютъ святые отцы и ихъ творенія въ дѣлѣ религіознаго вѣдѣнія. Вселенскіе соборы, составляя свои вѣроопредѣленія, послѣ Священнаго Писанія, всегда обращались къ отеческому ученію, дѣлали болѣе или менѣе обширныя выписки изъ ихъ твореній и въ основаніе своихъ вѣроопредѣленій полагали святоотеческое ученіе: послѣдующе божественнымъ отцемъ, вси единогласно поучаемъ исповѣдовать, по ученію святыхъ отцевъ, послѣдующе богоглаголивому ученію святыхъ отцевъ, — это самыя обычныя и употребительныя выраженія въ дѣяніяхъ Вселенскихъ и Помѣстныхъ соборовъ, постоянно выражавшихъ, что сія вѣра отеческая, какъ это торжественно провозглашаетъ Православная Церковь доселѣ. Такимъ образомъ, святые отцы самою Церковію нарочито выдѣляются, какъ надежнѣйшіе руководители въ религіозномъ знаніи, какъ выразители правильнаго разумѣнія ученія Христова въ своихъ письменныхъ произведеніяхъ, черезъ которыя говорятъ христіанскимъ поколѣніямъ всѣхъ временъ, поучая христіанской истинѣ и одушевляя къ осуществленію ея въ жизни: Они любили эту животворную истину, питали ею свои души, стремились передать ее своимъ братьямъ по вѣрѣ и чуждыхъ ей привести къ ней. По требованіямъ обстоятельствъ своего времени святые отцы раскрыли и освѣтили съ возможною ясностью почти всѣ существенные вопросы церковнаго ученія и жизни, и ихъ творенія составляютъ драгоцѣнное сокровище и неисчерпаемый источникъ, изъ котораго вытекаетъ все послѣдующее православное вѣроученіе въ его непосредственной чистотѣ и цѣлости (проф. Н. Сагарда).

Анонсы обновленій

СВТ. ІОАННЪ ЗЛАТОУСТЪ. БЕСѢДЫ НА ПСАЛМЫ. НА ПСАЛОМЪ 41-Й (1899)

Святой пророк, псалмопевец и царь Давид «Недавно, когда я бесѣдовалъ о Мелхиседекѣ, вы удивлялись продолжительности моей рѣчи, а я удивлялся вашему усердію къ слушанію и благоразумію, по которому вы, не смотря на продолжительность рѣчи, до конца слѣдовали за мною, хотя рѣчь моя не только была длинна, но и содержала въ себѣ много труднаго. Между тѣмъ ни обширность, ни трудность ея не ослабили вашего усердія. Теперь же я постараюсь вознаградить васъ за тотъ трудъ, предложивъ вамъ бесѣду болѣе ясную. Не нужно держать всегда въ напряженіи душу слушателей, потому что она скоро изнемогаетъ; не нужно и давать ей всегда послабленіе и покой, потому что отъ этого она становится недѣятельною. Нужно разнообразить поученія и касаться предметовъ то болѣе общепонятныхъ, то болѣе трудныхъ. Тогда я говорилъ, что пастухи, при нападеніи волковъ на стадо, оставляютъ свирѣль и берутся за пращу; а теперь, когда прошли праздники іудеевъ, которые хуже всякихъ волковъ, мы оставимъ пращу и возьмемся опять за свирѣль, перестанемъ говорить о предметахъ трудныхъ и обратимся къ другимъ болѣе яснымъ, возьмемъ псалтирь Давидову и займемся тѣмъ припѣвомъ, который всѣ мы пѣли сегодня. Какой же этотъ припѣвъ? Имже образомъ желаетъ елень на источники водныя: сице желаетъ душа моя къ тебѣ, Боже. Но напередъ нужно сказать, для чего псалмопѣніе введено въ нашу жизнь и почему самыя пророчества преимущественно произносятся съ пѣніемъ. Для чего употребляется пѣніе?...» (СПб., 1899.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ЗЛАТОУСТЪ. БЕСѢДЫ НА ПСАЛМЫ. НА ПСАЛОМЪ 12-Й (1899)

Святой пророк, псалмопевец и царь Давид «Не малое благо и въ томъ, чтобы чувствовать забвеніе отъ Бога. Подъ забвеніемъ же разумѣй не состояніе страстное, но оставленіе. Многіе, подвергшись забвенію отъ Бога, даже не сознаютъ этого, и не скорбятъ; а блаженный Давидъ не только сознавалъ это, но исчислялъ и время забвенія, потому что выраженіе: доколѣ означаетъ продолжительность времени. Потому онъ и скорбитъ, и плачетъ. Смотри, какъ онъ никогда не скорбитъ ни о чемъ житейскомъ, ни о богатствѣ, ни о славѣ, но всегда о благоволеніи Божіемъ. Почему же, скажешь, онъ зналъ, что Богъ забылъ его? Потому, что онъ зналъ и то, когда Богъ помнилъ о немъ, и ясно понималъ, въ чемъ состоитъ это забвеніе, и въ чемъ это памятованіе, — не такъ, какъ многіе изъ людей, которые, когда богатѣютъ, когда прославляются людьми, когда все у нихъ идетъ успѣшно, когда одерживаютъ побѣды надъ врагами, тогда и думаютъ, что Богъ помнитъ о нихъ; потому они и не знаютъ, когда Онъ забываетъ ихъ. Не зная знаменій памятованія Его, они не знаютъ и знаменій забвенія Его; не разумѣя знаковъ любви Его, не разумѣютъ и знаковъ неблаговоленія Его. Многихъ изъ людей, имѣющихъ земныя блага, Богъ забываетъ, и даже особенно ихъ; напротивъ о неимѣющихъ часто памятуетъ. Памятованіе о насъ Божіе происходитъ не отъ чего иного, какъ отъ добрыхъ дѣлъ, внимательности, бодрствованія, упражненія въ добродѣтели; равно и забвеніе не отъ чего иного, какъ отъ грѣховъ, корыстолюбія, хищенія. Поэтому и ты, возлюбленный, когда находишься въ несчастіи...» (СПб., 1899.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. О МОЛИТВѢ. СЛОВО 5-Е (1861)

Святитель Григорий Нисский «Остави намъ долги наша, якоже и мы оставляемъ должникомъ нашимъ; и не введи насъ въ напасть, но избави насъ отъ лукаваго (Матѳ. 6, 12. 13.). — Слово, простираясь впередъ, вошло на самый верхъ добродѣтели. Ибо словами молитвы изображаетъ, какимъ, по его требованію, долженъ быть приступающій къ Богу; показываетъ, что онъ уже внѣ предѣловъ естества человѣческаго, и уподобляется по добродѣтели Самому Богу; такъ что дѣлая то, чтó свойственно дѣлать одному Богу, по видимому, и самъ дѣлается вторымъ богомъ. Ибо оставленіе долговъ есть Божіе свойство, и свойство преимущественное, — сказано: никтоже можетъ оставляти грѣхи, токмо единъ Богъ (Лук. 5, 21.). Посему, если кто въ жизни своей уподобился отличительнымъ чертамъ Божія естества; то самъ нѣкоторымъ образомъ дѣлается тѣмъ же, съ кѣмъ сходство показалъ въ себѣ точнымъ уподобленіемъ. Итакъ чему же учитъ слово сіе? Во первыхъ съ дерзновеніемъ, на какое пріобрѣтено право предшествовавшею жизнію, сознать въ себѣ уподобленіе Богу, и тогда уже осмѣлиться называть Бога Отцемъ своимъ и просить прощенія въ прежнихъ прегрѣшеніяхъ; потому что не всякому просящему возможно получить то, чего желаетъ, но тому, кто дѣлами пріобрѣлъ себѣ право просить съ дерзновеніемъ. Ибо сіе прямо внушаетъ намъ Господь въ настоящемъ изреченіи, а именно: приступая къ благодѣтелю будь самъ благодѣтелемъ; приступая къ доброму, будь добрымъ; приступая къ правдивому, будь правдивымъ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. О МОЛИТВѢ. СЛОВО 4-Е (1861)

Святитель Григорий Нисский «Да будетъ воля Твоя, яко на небеси и на земли. Хлѣбъ нашъ насущный даждь намъ днесь (Матѳ. 6, 10. 11.). — Слышалъ я одного врача, который по наукѣ естествословія разсуждалъ о состояніи здоровья; разсужденія его не будутъ, можетъ быть, далекими и отъ нашей цѣли — благосостоянія души. Уклоненіе какой либо въ насъ стихіи отъ надлежащей мѣры опредѣлялъ онъ началомъ и причиною болѣзненнаго состоянія; и наоборотъ также утверждалъ, что находящагося въ неправильномъ движеніи возстановленіе въ состояніе, тому свойственное и естественное, есть врачеваніе отъ болѣзнетворной причины. И посему полагалъ, что должно обращать вниманіе на то именно изъ движимаго въ насъ безпорядочно, преобладаніемъ чего вліяніе противоположнаго на возстановленіе здоровья всего болѣе дѣлается слабымъ. Такъ, если возобладаетъ теплота, должно оказывать содѣйствіе преобладаемому и увлаживать изсушаемое, пока теплое, потребляя само себя, при недостаткѣ вещества, совершенно не истощится и само собою не угаснетъ. А также, если и другое чтó изъ оказывающаго въ насъ противоположныя одно другому дѣйствія преступитъ предѣлъ, надобно подавать искусственную помощь умаляемому, чтобы оно противостояло умножаемому. И когда это сдѣлается, ничто не будетъ препятствовать равновѣсію стихій; тогда тѣлу возвратится здравіе, потому что въ естествѣ нѣтъ уже неправильнаго срастворенія стихій. Къ чему же служитъ у меня это длинное вступленіе въ слово? Не безъ цѣли...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ЗЛАТОУСТЪ. БЕСѢДЫ НА ПСАЛМЫ. НА ПСАЛОМЪ 11-Й (1899)

Святой пророк, псалмопевец и царь Давид «Добродѣтель и сама по себѣ трудна и неудобоисполнима, но особенно тогда, когда исполняющій ее находится среди малаго числа людей добрыхъ. Какъ путешествіе бываетъ трудно особенно тогда, когда путешественникъ одинъ и не имѣетъ никого своимъ спутникомъ, такъ точно и здѣсь. Дѣйствительно, не маловажное дѣло — участіе и утѣшеніе братій. Потому и Павелъ говоритъ: разумѣвая другъ друга въ поощреніи любве и добрыхъ дѣлъ (Евр. X, 24). Потому и древнихъ праведниковъ особенно нужно ублажать не только за то, что они совершали добродѣтели, но и за то, что совершали ихъ при великомъ оскудѣніи добродѣтелей, когда нигдѣ не видно было добродѣтельныхъ. Это выражаетъ и Писаніе, когда говоритъ: Ное (человѣкъ) праведенъ, совершенъ въ родѣ своемъ (Быт. VI, 9). Мы удивляемся Аврааму, Лоту, Моисею потому, что они были какъ бы звѣздами среди глубокой ночи, розами среди терній, овцами среди множества волковъ, шли по пути, противоположному всѣмъ, и не останавливались. Если въ толпѣ это бываетъ трудно, и когда многіе идутъ въ противоположную сторону, то одинъ, идущій вопреки толпѣ, встрѣчаетъ многочисленныя затрудненія; если во время мореплаванія, когда волны несутся въ противоположную сторону, бываетъ трудно направлять корабль имъ на встрѣчу, — то тѣмъ болѣе въ добродѣтеляхъ. Вотъ почему и этотъ праведникъ, шедшій по пути добродѣтели, тогда какъ всѣ другіе шли по противоположному пути, прибѣгаетъ къ промышленію Божію и говоритъ...» (СПб., 1899.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ЗЛАТОУСТЪ. БЕСѢДЫ НА ПСАЛМЫ. НА ПСАЛОМЪ 10-Й (1899)

Святой пророк, псалмопевец и царь Давид «На Господа уповахъ, како речете души моей: превитай по горамъ, яко птица. Другой: взойди (ἀναστατοῦ) на горы, яко птица. Третій: переселись (μετακινοῦ). Яко се грѣшницы налякоша лукъ, уготоваша стрѣлы въ тулѣ, сострѣляти во мрацѣ правыя сердцемъ. Другой: какъ во тьмѣ (ὡς ἐν ζόφῳ). Зане яже ты совершилъ еси, они разрушиша. Другой: потому что законы нарушены (θεσμοὶ κατελύθησαν). Третій: потому что ученія будутъ низвращены (αἱ διδασκαλίαι συντριβήσονται). Велика сила надежды на Бога. Она есть неприступная ограда, непреоборимая стѣна, непобѣдимая помощь, тихая пристань, несокрушимая крѣпость, неотразимое оружіе, неодолимая сила, пролагающая себѣ путь среди мѣстъ непроходимыхъ. Ею безоружные побѣждали вооруженныхъ, жены — мужей, дѣти весьма легко оказывались сильнѣе опытныхъ въ военномъ искусствѣ. И удивительно ли, что они побѣждали враговъ, когда они одерживали побѣду надъ самымъ міромъ? Предъ ними стихіи забывали свою природу и обращались въ ихъ пользу, звѣри не были болѣе звѣрями, и пещь — пещію, потому что надежда на Бога преобразуетъ все. Острые зубы, тѣсная темница, естественная свирѣпость, мучительный голодъ, челюсти близъ самаго тѣла пророка, ничто (не было для нихъ) преградою, но надежда на Бога, сильнѣе всякой узды сдерживая челюсти, обращала ихъ назадъ. Представляя это, Псалмопѣвецъ и говорилъ тѣмъ, которые совѣтовали ему удалиться и бѣжать и искать себѣ спасенія въ мѣстахъ безопасныхъ...» (СПб., 1899.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ЗЛАТОУСТЪ. БЕСѢДЫ НА ПСАЛМЫ. НА ПСАЛОМЪ 9-Й (1899)

Святой пророк, псалмопевец и царь Давид «Псаломъ этотъ продолжителенъ. И это есть дѣло мудрости Духа. Онъ сдѣлалъ не всѣ псалмы краткими, и не всѣ продолжительными, но самымъ размѣромъ ихъ сообщилъ разнообразіе этой книгѣ, продолжительностію возбуждая (слушателей) отъ лѣности, а краткостію облегчая трудъ. Исповѣмся тебѣ, Господи, всѣмъ сердцемъ моимъ, повѣмъ вся чудеса твоя. Исповѣданіе бываетъ двоякаго рода: оно есть или сознаніе собственныхъ грѣховъ, или приношеніе благодарности Богу. Здѣсь оно означаетъ благодарность. Что же значитъ: всѣмъ сердцемъ моимъ? Со всею охотою и усердіемъ, не только за благоденствіе, но и за противное тому. То особенно и свойственно душѣ благодарной и любомудрой, чтобы благодарить Бога и въ скорбныхъ обстоятельствахъ, прославлять Его за все — не только за благодѣянія, но и за наказанія. Этимъ заслуживается большая награда. Принося благодарность за благодѣянія, ты отдаешь долгъ; а принося благодарность за бѣдствія, ты дѣлаешь Бога должникомъ своимъ. Кто наслаждается благоденствіемъ и чувствуетъ благодарность, тотъ исполняетъ должное, а кто терпитъ бѣдствія и прославляетъ Бога, тотъ приготовляетъ себѣ воздаяніе. За такую благодарность Богъ даруетъ много другихъ благъ и тамъ и здѣсь, такъ что для насъ бываютъ нечувствительными и самыя бѣдствія. Никто не скорбитъ о томъ, за что благодаритъ Бога. Такимъ образомъ отсюда мы можемъ получить еще другую пользу — избавиться отъ скорби. Если ты лишишься имущества...» (СПб., 1899.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ЗЛАТОУСТЪ. БЕСѢДЫ НА ПСАЛМЫ. НА ПСАЛОМЪ 8-Й (1899)

Святой пророк, псалмопевец и царь Давид «Въ предыдущемъ псалмѣ пророкъ сказалъ: исповѣмся Господеви по правдѣ его, и пою имени Господа вышняго (Псал. VII, 18). Здѣсь онъ исполняетъ обѣщаніе, вознося Ему пѣснопѣніе. Въ томъ псалмѣ онъ говорилъ отъ одного лица: Господи Боже мой, на тя уповахъ, спаси мя (ст. 2), а здѣсь отъ лица многихъ: Господи, Господь нашъ, яко чудно имя твое. Но умолкните и слушайте внимательно. Если на зрѣлищѣ, когда поютъ сатанинскіе хоры, бываетъ великая тишина, чтобы слышать тѣ пагубныя пѣсни, между тѣмъ какъ тамъ хоръ состоитъ изъ шутовъ и плясуновъ, управляетъ ими какой-нибудь простой музыкантъ, поется сатанинская и пагубная пѣсня, воспѣвается нечистый и злой бѣсъ, то здѣсь, гдѣ хоръ состоитъ изъ мужей святыхъ, управляетъ имъ пророкъ, пѣснь поется не по внушенію сатаны, а по благодати Духа, и воспѣвается не бѣсъ, а Богъ, не должно ли хранить глубокое молчаніе и слушать съ трепетнымъ благоговѣніемъ? Въ нашемъ хорѣ участвуютъ и горнія силы, потому что и горніе хоры, херувимы и серафимы, исполняютъ тоже дѣло — непрестанно воспѣваютъ Бога. Изъ этихъ хоровъ нѣкоторые являлись и на землѣ и пѣли вмѣстѣ съ бодрствовавшими пастырями (Лук. II, 13). Выслушаемъ же и это пѣснопѣніе. Воспѣвающіе царей земныхъ говорятъ имъ о власти, о трофеяхъ, о побѣдѣ, исчисляютъ побѣжденные ими народы, называютъ ихъ побѣдоносцами и покорителями варваровъ, и т. д. Подобную пѣснь воспѣваетъ и блаженный Давидъ. Онъ говоритъ о побѣдѣ, о трофеѣ...» (СПб., 1899.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. О МОЛИТВѢ. СЛОВО 3-Е (1861)

Святитель Григорий Нисский «Законъ, сѣнь имый грядущихъ благъ (Евр. 10, 1.), и нѣкіими прообразовательными гаданіями провозвѣщающій истину, когда во святилище вводитъ священника для принесенія молитвы Богу, сперва очистительными нѣкіими жертвами и окропленіями очищаетъ входящаго, потомъ, украсивъ священническою одеждою, благолѣпно испещренною золотомъ, багряницею и красками другихъ цвѣтовъ, возложивъ на него наперсникъ и увясло, прицѣпивъ къ краямъ одежды звонки съ пуговицами; — а на раменахъ состегнувъ верхнюю одежду, и главу пріукрасивъ діадимою, обильно изливъ мѵро на власы, вводитъ его наконецъ во святилище, совершать таинственныя священнодѣйствія. Духовный же законоположникъ, Господь нашъ Іисусъ Христосъ, обнажая законъ отъ тѣлесныхъ покрывалъ и приводя въ ясность гадательный смыслъ прообразовъ, во-первыхъ не одного только, избавъ изъ цѣлаго народа, вводитъ въ собесѣдованіе съ Богомъ, но всякому равно даруетъ сіе достоинство, предложивъ желающимъ общую благодать священства; а потомъ незаимствованнымъ убранствомъ, найденнымъ въ какой либо краскѣ и ткатскомъ ухищреніи, придаетъ искусственную красоту священнику, но возлагаетъ свойственное и сродное ему украшеніе, вмѣсто разнообразно испещренной одежды, дѣлая цвѣтоноснымъ пріятностями добродѣтелей; и грудь украшаетъ, не земнымъ золотомъ, но непорочною и чистою совѣстію придавая лѣпоту сердцу. Къ увяслу же сему принаровляетъ и блескъ драгоцѣнныхъ камней, а это, по мнѣнію Апостола...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. О МОЛИТВѢ. СЛОВО 2-Е (1861)

Святитель Григорий Нисский «Когда великій Моисей пріуготовлялъ Израильскій народъ къ тайноводству на горѣ; тогда не прежде удостоилъ ихъ богоявленія, какъ предписавъ народу законъ объ очищеніи соблюденіемъ плотской чистоты и омовеніемъ. Да и послѣ сего не осмѣлились Израильтяне видѣть явленіе Божія могущества, но въ ужасъ приводило ихъ все видимое, огонь, мракъ, дымъ, трубы; и снова обратившись къ себѣ самимъ, просили законодателя стать ихъ посредникомъ предъ божественнымъ изволеніемъ, такъ какъ у нихъ не было достаточной силы приблизиться къ Богу и перенести Божіе присутствіе. А нашъ Законоположникъ, Господь нашъ Іисусъ Христосъ, намѣреваясь привести насъ къ Божественной благодати, указуетъ намъ словомъ не гору Синайскую, покрытую мракомъ и дымящуюся огнемъ, не гласы трубъ, звучащихъ чтó-то невнятное и страшное, и не соблюденіемъ тридневной плотской чистоты, не водою, омывающею скверны, очистивъ душу, и всю церковь оставивъ при подошвѣ горы, одному только позволяетъ взойдти на вершину, покрытую мракомъ, сокрывающимъ въ себѣ Божественную славу; а напротивъ того, сперва вмѣсто горы возводитъ на самое небо, содѣлавъ оное для людей удобопроходимымъ посредствомъ добродѣтели; потомъ содѣлываетъ, не зрителями только, но и причастниками Божественной силы, и приступающихъ къ Нему вводитъ нѣкоторымъ образомъ въ родство съ превысшимъ естествомъ, и не мракомъ покрываетъ все превосходящую славу, чтобы неудобозримою была для ищущихъ, но, озаривъ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. О МОЛИТВѢ. СЛОВО 1-Е (1861)

Преподобный отец «Божіе слово преподаетъ намъ ученіе о молитвѣ, въ которомъ достойнымъ ученикамъ своимъ, тщательно ищущимъ вѣдѣнія о молитвѣ, излагаетъ оно, какими молитвенными реченіями надлежитъ преклонять къ себѣ Божій слухъ. А я осмѣливаюсь предпоставить написанному, что настоящему собранію надлежитъ сперва учиться не тому, какъ должно молиться, но тому, что непремѣнно должно молиться, о чемъ, можетъ быть, и не слыхали еще многіе. Священное и божественное сіе дѣло — молитва многими во время жизни оставляется въ нерадѣніи и небреженіи. Посему, кажется мнѣ, прилично будетъ сперва, сколько возможно, подтвердить словомъ, что непремѣнно должно, какъ говоритъ Апостолъ, пребывать въ молитвѣ (Рим. 12, 12.); и потомъ уже выслушать Божественное слово, излагающее намъ способъ, какъ надлежитъ возносить моленіе ко Господу. Вижу, что въ настоящей жизни о всемъ другомъ прилагается болѣе тщанія, одинъ къ одному, другой къ другому устремленъ душею, но благо молитвы не съ усердіемъ взыскуется людьми. Мелочный торгашъ съ ранняго утра сидитъ съ товарами, стараясь прежде промышляющихъ тѣмъ же показать покупщикамъ свое, чтобы, предваривъ другихъ, удовлетворить потребности нуждающагося и продать свое. А также и покупщикъ, имѣя въ виду не остаться безъ потребнаго ему, если прежде захватитъ это другой, спѣшитъ не въ домъ молитвы, а на рынокъ. И у всякаго, кто имѣетъ равное пожеланіе получить...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. О ЖИЗНИ МОИСЕЯ ЗАКОНОДАТЕЛЯ. ЧАСТЬ 2-Я (1861)

Святые пророки Моисей и Аарон «Когда законъ мучителя повелѣвалъ истреблять мужескій полъ; тогда раждается Моисей. Посему какъ можемъ по произволенію подражать сему случайными обстоятельствами сопровождаемому рожденію Моисея? Конечно, скажетъ иный, не отъ насъ зависитъ, чтобы человѣкъ своимъ рожденіемъ подражалъ славному сему рожденію. Но нимало не трудно начаться подражанію и тѣмъ, чтó, по видимому, весьма затруднительно. Ибо кто не знаетъ, что все подлежащее измѣненію никогда не остается однимъ и тѣмъ же, но непрестанно изъ одного обращается въ другое, вслѣдствіе измѣненія дѣлаясь всегда лучшимъ или худшимъ. Разумѣй же сіе примѣнительно. Вещественное и страстное расположеніе, къ которому особенно поползновенна природа человѣческая, это женственное въ жизни. когда раждается, угодно бываетъ мучителю; а твердость и неослабность добродѣтели, это мужеское порожденіе, враждебно мучителю и подозрительно тѣмъ, что можетъ востать противъ его власти. Посему, чтó какъ ни есть измѣняется, тому, конечно, должно непрестанно раждаться; потому что въ природѣ удобопревратной не увидишь ничего пребывающаго всегда одинаковымъ; а такъ родиться зависитъ не отъ посторонняго побужденія, подобно тому, какъ раждаютъ что либо тѣлесное; напротивъ того по собственному произволенію совершается подобное рожденіе, и мы бываемъ нѣкоторымъ образомъ отцами себя самихъ, раждая себя такими, какими сами желаемъ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. О ЖИЗНИ МОИСЕЯ ЗАКОНОДАТЕЛЯ. ЧАСТЬ 1-Я (1861)

Святой пророк и Боговидец Моисей «Итакъ повѣствуется, что Моисей родился, когда законъ мучителя запрещалъ оставаться въ живыхъ раждающимся мужескаго пола младенцамъ; но онъ пріятностію своего лица предупредилъ всякое требовавшееся временемъ пожертвованіе, и родителей, еще въ пеленахъ увидѣвшихъ его лѣпа (Исх. 2, 2.), побудилъ къ тому, что не поспѣшили такого младенца предать смерти, и даже, когда превозмогла угроза мучителя, не просто ввергли въ воды Нила, но положивъ въ нѣкій ковчегъ, по пазамъ помазанный клеемъ и смолою, потомъ уже предали потоку (сіе разсказано тщательно написавшими о немъ исторію). Поелику же ковчегомъ правила Божія нѣкая сила, то онъ устремленъ къ возвышающемуся на сторонѣ берегу, и въ этомъ мѣстѣ безпрепятственно прибитъ къ нему стремленіемъ волнъ. А какъ на луга того берега, куда былъ принесенъ ковчегъ, пришла царская дочь; то Моисей, издавъ младенческій вопль въ ковчегѣ, дѣлается находкою царевны. Когда посмотрѣла на него царевна, и увидѣла красоту младенца, немедленно привлекъ онъ благорасположеніе царевны, и взятъ ею вмѣсто сына. Но оказавъ естественное отвращеніе къ иноплеменному сосцу, по примышленію одной изъ близкихъ по роду, былъ воскормленъ матернею грудью. А вышедши уже изъ дѣтскаго возраста, питался царскою пищею, и обученъ былъ внѣшнимъ наукамъ, чтó почиталось славнымъ у внѣшнихъ, не рѣшился же пользоваться тѣмъ долѣе, и признавать матерью эту вымышленную, у которой былъ онъ вмѣсто сына...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. О ЖИЗНИ МОИСЕЯ ЗАКОНОДАТЕЛЯ. ВВЕДЕНІЕ (1861)

Святой пророк и Боговидец Моисей «Чтó испытываютъ на себѣ охотники смотрѣть на конскія ристалища; о комъ изъ состязующихся въ скорости бѣга заботятся они, хотябы у того небыло ни малаго недостатка въ усердіи ускорить бѣгъ, изъ заботливости однакоже объ его побѣдѣ подаютъ ему голосъ съ верху, слѣдя за нимъ глазами по всему поприщу, и увеличиваютъ (по ихъ мнѣнію) стремительность ѣздока, крича въ тоже время на коней, протягивая къ нимъ руки и махая ими; а все это дѣлаютъ не потому, что симъ дѣйствительно способствуютъ побѣдѣ, но чтобы изъ благорасположенія къ состязающимся въ жару усердія и голосомъ и тѣлодвиженіями выразить свою заботливость: подобное нѣчто, кажется, дѣлаю и я съ тобою, дражайшій для меня изъ друзей и братьевъ, потому что, когда ты прекрасно подвизаешься въ божественномъ теченіи на поприщѣ добродѣтели, частыми и легкими скачками стремишься достигнуть почести вышняго званія (Филип. 3, 14.), и голосъ подаю тебѣ, и побуждаю тебя поспѣшать, и прошу заботливо усилить скорость. Дѣлаю же, не какимъ либо неразумнымъ усердіемъ движимый къ этому, но, какъ возлюбленному чаду, желая доставить тебѣ удовольствіе. Поелику письмо, недавно тобою присланное, сообщило мнѣ это прошеніе, чтобы дали мы тебѣ какое либо правило для совершенной жизни; то призналъ я приличнымъ удовлетворить сему. Хотя иное въ сказанномъ не будетъ, можетъ быть, и сколько нибудь для тебя полезнымъ; однакоже не останется, конечно, безполезнымъ то самое...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 30-Я (1861)

Святитель Григорий Нисский «Но хотя точному устройству нашего тѣла учитъ каждый самъ себя, имѣя учителемъ собственное свое естество въ томъ, что онъ видитъ, живетъ и чувствуетъ; однакоже можно дознать въ точности все и тому, кто возметъ книги, въ которыхъ изложена исторія всего этого, трудолюбиво составленная мудрыми въ подобномъ сему. — Одни изъ нихъ чрезъ разсѣченіе тѣлъ изучали, какое положеніе имѣетъ въ насъ каждый членъ; а другіе примѣчали и объясняли, на чтó именно сотворена всякая часть тѣла, такъ что трудолюбивыми почерпается отсюда достаточное вѣдѣніе человѣческаго устроенія. Но если кто потребуетъ учительницею во всемъ этомъ имѣть Церковь, чтобы ни для чего не было нужды въ постороннемъ голосѣ (ибо, какъ говоритъ Господь, — вотъ законъ для духовныхъ овецъ, — не слушать имъ чуждаго гласа (Іоан. 10, 5.)); то кратко изложимъ ученіе и объ этомъ. Въ естествѣ тѣла примѣтили мы три цѣли, для которыхъ устроенъ въ насъ каждый членъ въ отдѣльности. Одно устроено, чтобы жить, другое, чтобы жить хорошо, и иное приспособлено къ потомственному преемству. Посему все таковое, безъ чего не можетъ состояться въ насъ человѣческая жизнь, примѣтили мы въ трехъ частяхъ: въ головѣ, сердцѣ, и печени. А чтó служитъ нѣкоторымъ добавленіемъ къ симъ благамъ, по щедрости естества, и чѣмъ даруется человѣку возможность жить хорошо, то составляютъ орудія чувствъ. Таковыя орудія не существенны для жизни, потому что нерѣдко, и при недостаткѣ нѣкоторыхъ изъ нихъ, человѣкъ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 29-Я (1861)

Святитель Григорий Нисский «Поелику человѣкъ, состоящій изъ души и тѣла, есть единое; то предполагаемъ одно общее начало его состава, такъ что онъ ни старше ни моложе самого себя, и не прежде въ немъ тѣлесное, а потомъ другое. Напротивъ того утверждаемъ, что предвѣдущимъ Божіимъ могуществомъ, согласно съ изложеннымъ нѣсколько выше ученіемъ, приведена въ бытіе вся полнота человѣческаго естества, какъ свидѣтельствуетъ о семъ пророчество, которое говоритъ, что Богъ вѣдаетъ вся прежде бытія ихъ (Дан. 13, 42.). Въ сотвореніи же каждой части не предпоставляемъ одного другому, и души тѣлу, и наоборотъ, чтобы человѣкъ, раздѣляемый разностію во времени, не былъ поставляемъ въ разладъ съ самимъ собою. Поелику, по ученію апостольскому, естество наше представляется двоякимъ, инымъ въ человѣкѣ видимомъ, и инымъ въ потаенномъ (1 Петр. 3, 4.); то, если одно предсуществовало, а другое произошло послѣ, сила Создателя окажется какою-то несовершенною, недостаточною, чтобы произвести все вдругъ, но раздробляющею дѣло, и трудящеюся особо надъ каждою половиной. Но какъ о пшеничномъ зернѣ, или о другомъ какомъ сѣмени, говоримъ, что оно въ возможности заключаетъ все относящееся къ колосу, зелень, стебль, колѣна на стеблѣ, плодъ, ости и утверждаемъ, что изъ всего этого, по закону природы, въ естествѣ сѣмени ничто не предсуществуетъ, или не происходитъ прежде, но по естественному порядку обнаруживается сокрытая въ сѣмени сила, и не вмѣшивается въ дѣло чуждая природа...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 28-Я (1861)

Монограмма Христа «Не внѣ, можетъ быть, предѣловъ предлежащаго намъ труда, изслѣдованіе того, чтó въ церквахъ составляетъ предметъ недоумѣнія о душѣ и тѣлѣ. Однимъ изъ жившихъ прежде насъ, а именно занимавшимся ученіемъ о началахъ, разсудилось утверждать, что души, подобно какому-то обществу, по особымъ постановленіямъ существуютъ сами по себѣ; и тамъ есть для нихъ образцы порока и добродѣтели; и душа, пребывающая въ добрѣ, остается не испытавшею соединенія съ тѣломъ; но, если она уклонится отъ общенія съ добромъ, и возъимѣетъ поползновеніе къ здѣшней жизни, въ такомъ случаѣ бываетъ соединена съ тѣломъ. Другіе же, держась описаннаго Моисеемъ порядка въ устроеніи человѣка, говорятъ, что душа по времени вторая послѣ тѣла. Поелику Богъ, сперва вземъ персть отъ земли (Быт. 2, 7.), создалъ человѣка: а потомъ уже одушевилъ его вдуновеніемъ; то на семъ основаніи доказываютъ, что плоть предпочтительнѣе души, вошедшей въ предварительно созданную плоть. Душа, говорятъ они, сотворена для тѣла, чтобы не быть ему тварію бездыханною и недвижимою. А все, дѣлаемое для чего нибудь, конечно малоцѣннѣе того, для чего дѣлается, какъ и Евангеліе сказуетъ, что душа больши есть пищи, и тѣло одежди (Матѳ. 6, 25.), потому что для души и тѣла. — одежда и пища; а не для пищи душа, и не для одежды устроены тѣла, напротивъ того, когда существовали уже тѣла, по необходимости изобрѣтены и одежды. Итакъ, поелику въ обоихъ предположеніяхъ достойно порицанія...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 27-Я (1861)

Монограмма Христа «Но, можетъ быть, смотря на составныя части вселенной, подумаешь: поелику воздухъ, который въ насъ, похищенъ сродной ему стихіей, а также и теплота, и влажность, и земленистое смѣшались съ однороднымъ, то отъ общаго частному трудно возвратиться въ свое мѣсто. Почему же не заключаешь по человѣческимъ примѣрамъ, что по крайней мѣрѣ это не превышаетъ предѣловъ Божественнаго могущества? Безъ сомнѣнія, видѣлъ ты гдѣ нибудь около жилищъ человѣческихъ общее стадо какихъ бы то ни было животныхъ, составленное изъ общаго достоянія. Но когда снова оно дѣлится владѣльцами, тогда или привычка животнаго къ дому, или положенные на немъ знаки, каждому доставляютъ свое. Подобное нѣчто представляя въ умѣ и о себѣ, не погрѣшишь въ приличномъ истинѣ. Поелику душа естественною какою-то дружбою и любовію была расположена къ сожителю — тѣлу, то хранится тайно въ душѣ какая-то дружеская связь и знакомство въ слѣдствіе срастворенія съ свойственнымъ, какъ бы отъ какихъ-то наложенныхъ природою знаковъ, по которымъ остается въ ней неслитная общительность, отличающая свою собственность. Посему. когда душа снова повлечетъ къ себѣ сродное и собственно ей принадлежащее, тогда какое, скажи мнѣ, затрудненіе воспретитъ Божественной силѣ произвести соединеніе сроднаго, по нѣкоему неизъяснимому влеченію природы поспѣшающаго къ своей собственности? А что въ душѣ и по отрѣшеніи отъ тѣла остаются нѣкоторые знаки нашего соединенія...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 26-Я (1861)

Монограмма Христа «Но есть и такіе, которые, по безсилію человѣческаго разсудка, судя о Божественной силѣ по нашимъ мѣрамъ, утверждаютъ, что невмѣстимое для насъ невозможно и для Бога. Ибо они указываютъ на уничтоженіе древнихъ мертвецовъ, на остатки обращенныхъ въ пепелъ огнемъ; а сверхъ сего представляютъ еще въ словѣ плотоядныхъ животныхъ, рыбу, которая, принявъ въ собственное свое тѣло плоть потерпѣвшаго кораблекрушеніе, сама также сдѣлалась пищею людей, и посредствомъ пищеваренія перешла въ составъ ѣвшаго. И многое подобное сему, и само въ себѣ маловажное, и недостойное великой Божіей силы и власти, описываютъ въ опроверженіе ученія, какъ будто невозможно Богу тѣми же опять путями чрезъ разложеніе возстановить человѣку принадлежащее ему. Но мы въ краткихъ словахъ положимъ конецъ длиннымъ изворотамъ красноглаголивой ихъ суетности, признавая, что совершается разложеніе тѣла на то, изъ чего оно состояло, и не только земля по Божію слову разлагается въ землю, — но и воздухъ, и влажность преходятъ въ сродное имъ, и совершается перехожденіе въ сродное всего, чтó въ насъ, хотябы тѣло человѣческое было пожрано плотоядными птицами, или свирѣпыми звѣрями, и смѣшалось съ ихъ плотію, хотябы прошло подъ зубами рыбъ, хотя бы огнемъ превращено было въ пары и въ пепелъ. Куда бы кто въ предположеніи своемъ не перенесъ человѣка словомъ, безъ сомнѣнія онъ все еще въ мірѣ. А что міръ содержится въ рукѣ Божіей, сему учитъ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 25-Я (1861)

Монограмма Христа «Но иный, можетъ быть, смотря на разрушившіяся тѣла, и по мѣрѣ собственныхъ своихъ силъ судя о Божествѣ, скажетъ, что слово о воскресеніи есть нѣчто невозможное, и станетъ при семъ утверждать, что, какъ движущемуся теперь придти въ покой, такъ не движущемуся теперь придти въ движеніе, нѣтъ и возможности. Но таковый пусть приметъ для себя первымъ и самымъ важнымъ доказательствомъ истины воскресенія достовѣрность проповѣди о немъ. А достовѣрность сказуемаго въ Писаніи дѣлаетъ несомнѣнною событіе прочихъ предреченій. Поелику божественное Писаніе предлагаетъ много всякаго рода сказаній, то, разсмотрѣвъ, точно ли лживо, или истинно, прочее въ немъ сказанное, можно поэтому составить понятіе и о догматѣ воскресенія. Ибо, если слова Писанія въ другомъ чемъ изобличаются лживыми и погрѣшающими противъ истины, то, конечно, и это слово не нелживо. Если же все прочее свидѣтелемъ истины имѣетъ опытъ, то послѣдовательно будетъ, основываясь на семъ, и предреченіе о воскресеніи почитать истиннымъ. Поэтому приведемъ себѣ на память одно или два предвѣщанія, и съ предсказаннымъ сличимъ событіе, чтобы узнать изъ сего, близко ли къ истинѣ сіе ученіе. Кто не знаетъ, какъ въ древности процвѣталъ народъ израильскій, противостоявшій всѣмъ царствамъ во вселенной? Какіе во градѣ Іерусалимѣ были царскіе домы? Какія стѣны, башни? Какое величественное зданіе — храмъ? Все сіе признавали достойнымъ удивленія и ученики Господни...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 24-Я (1861)

Святитель Григорий Нисский «Не внѣ того, до чего послѣдовательно доходитъ разумъ, кажется и это предположеніе о веществѣ, утверждающее, что происходитъ оно отъ умопредставляемаго и невещественнаго. Ибо найдемъ, что всякое вещество состоитъ изъ какихъ либо качествъ, и если бы лишено было оныхъ, никакъ не моглобы постигаемо быть разумомъ. Но каждый видъ качества отдѣляется въ понятіи разума отъ подлежащаго. Понятіе же есть нѣчто умопредставляемое, а не тѣлесное воззрѣніе, Напримѣръ, если подлежитъ воззрѣнію какое либо животное, или дерево, или что либо другое изъ имѣющаго вещественный составъ; то многое въ предметѣ семъ представляемъ мыслію отдѣльно, и понятіе отдѣльнаго не смѣшивается съ подлежащимъ воззрѣнію. Ибо иное понятіе о цвѣтѣ, иное о тяжести, иное опять о количествѣ, и иное о какомъ либо осязательномъ свойствѣ, потому что мягкость, длина и прочія упомянутыя качества, ни одно съ другимъ, ни съ самымъ тѣломъ не смѣшиваются по понятію. Но каждому изъ свойствъ, каково оно само въ себѣ, примышляется особое положительное опредѣленіе, неимѣющее ничего общаго съ какимъ либо инымъ качествомъ изъ усматриваемыхъ въ подлежащемъ. Посему, если умопредставляемъ цвѣтъ, умопредставляемы также упорность, количественность и прочія подобныя симъ свойства, если съ отъятіемъ каждаго изъ сихъ у подлежащаго уничтожается всякое понятіе о тѣлѣ: то слѣдуетъ предположить, что въ отсутствіи чего находимъ причину уничтоженія тѣла...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 23-Я (1861)

Святитель Григорий Нисский «Если же кто, взирая на настоящее теченіе міра, совершающееся въ нѣкоей связности, въ каковой усматривается временное продолженіе, скажетъ, что невозможно произойдти предвозвѣщенной остановкѣ движимаго: то таковый, очевидно, не вѣритъ, что и въ началѣ небо и земля сотворены Богомъ. Ибо кто придаетъ движенію начало, тотъ непремѣнно не усумнится и о концѣ; а кто не принимаетъ конца, тотъ не принимаетъ начала. Но какъ совершитися вѣкомъ глаголомъ Божіимъ, по слову Апостола, разумѣваемъ, вѣруя отъ неявляемыхъ видимымъ быти (Евр. 11, 3.): такъ тою же вѣрою руководиться будемъ, и слыша глаголъ Божій, предвозвѣщающій необходимую остановку существъ. А какъ она будетъ, сіе должно быть изъято изъ предметовъ нашего любопытства. Ибо и тамъ, отложивъ въ сторону изслѣдованіе непостижимаго, вѣрою приняли мы совершитися видимому отъ неявляемыхъ; хотя разумъ внушалъ намъ недоумѣвать во многомъ, представляя немаловажные поводы къ сомнѣнію въ томъ, чему повѣрили. Ибо и тамъ любителямъ споровъ можно благовидными доводами поколебать вѣру такъ, чтобы не признавалось истиннымъ ученіе о сотвореніи вещества, какое преподаетъ намъ святое Писаніе, утверждая, что всѣ существа имѣютъ бытіе отъ Бога. А защитники противнаго ученія усиливаются доказать, что вещество совѣчно Богу, пользуясь слѣдующими доводами въ подтвержденіе своего ученія. Если Богъ по естеству простъ, не вещественъ, не качественъ, не количественъ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 22-Я (1861)

Монограмма Христа «Но будемъ держаться послѣдовательности въ изслѣдованіяхъ. Иный, можетъ быть, окриливъ мысль сладостію надежды, почтетъ бременемъ и потерею для себя, если не скоро насладится тѣхъ благъ, которыя выше и чувства и вѣдѣнія человѣческаго, и несноснымъ представляетъ это протяженіе времени, отдѣляющее его отъ желаемаго. Но пусть не тревожитъ себя, подобно какому нибудь ребенку, котораго огорчаетъ малое замедленіе въ доставленіи ему удовольствія. Поелику все устрояется разумомъ и премудростію: то по всей необходимости должно признать и все, чтó ни бываетъ, не чуждымъ сего разума и присущей въ немъ премудрости. Посему скажешь: какой же это законъ, по которому не вдругъ совершается переходъ отъ жизни скорбной въ вожделѣнное состояніе, но опредѣленное нѣкое время, продолжавшаяся тяжкая и тѣлесная эта жизнь ждетъ конца, — исполненія всего, чтобы тогда уже, какъ бы отъ нѣкоей узды освободившись, человѣческая жизнь, опять независимая и свободная, возвратилась къ житію блаженному и безстрастному? Но приближается ли слово наше къ истинѣ искомаго, видитъ это ясно сама истина; а чтó пришло на мысль намъ, таково: именно же то первое слово, къ которому возвращаюсь снова. Богъ говоритъ: сотворимъ человѣка по образу Нашему и по подобію; и сотвори Богъ человѣка; по образу Божію сотвори его (Быт. 1, 26. 27.). Посему образъ Божій, усматриваемый во всемъ естествѣ человѣческомъ, уже былъ, но не произошелъ еще Адамъ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 21-Я (1861)

Монограмма Христа «Но порокъ не столько могущественъ, чтобы превозмогать ему добрую силу, и безразсудство естества нашего не выше и не тверже Божественной премудрости. Да и невозможно превратному и измѣняемому быть сильнѣе и постояннѣе того, чтó всегда тоже и водружено въ добрѣ. Совѣтъ же Божій всегда и непремѣнно непреложенъ, а нашей природы превратность не тверда даже и во злѣ. И непремѣнно всегда движимое, если оно на пути къ добру, по безпредѣльности проходимаго дѣла, никогда не прекратитъ стремленія впередъ, и не найдетъ никакого конца искомому, достигнувъ котораго могло бы со временемъ остановиться въ движеніи; а если уклонилось оно въ противоположное: то, когда совершитъ путь порока, и достигнетъ самой крайней мѣры зла, тогда приснодвижность стремленія, по природѣ своей не находя никакого покоя, какъ скоро пройдетъ поприще порока, по необходимости обращаетъ движеніе къ добру. Ибо, такъ какъ порокъ не простирается въ безпредѣльность, но ограниченъ необходимыми предѣлами; то по сему самому за предѣломъ зла слѣдуетъ преемство добра; а такимъ образомъ, по сказанному, всегдашняя подвижность нашей природы опять наконецъ возвращается на добрый путь, припамятованіемъ прежнихъ несчастій уцѣломудриваемая не отдаваться снова въ плѣнъ подобнымъ бѣдствіямъ. Поэтому намъ снова будетъ возможно теченіе на поприщѣ добра, потому что порокъ по природѣ своей ограниченъ необходимыми предѣлами...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 20-Я (1861)

Монограмма Христа «Посему, чтó это такое, въ чемъ срастворено вѣдѣніе добра и зла вмѣстѣ, и чтó украшено удовольствіями для чувства? Конечно не далекимъ отъ истины будетъ мое гаданіе, если въ начало обозрѣнія употреблю уразумѣніе того, чтó значитъ вѣдѣніе. Думаю же, что здѣсь Писаніе подъ вѣдѣніемъ разумѣетъ не познаніе, но нахожу, по словоупотребленію Писанія, нѣкую разность въ словахъ: вѣдѣніе и различеніе. Ибо Апостолъ говоритъ, что отличать добро отъ зла съ знаніемъ дѣла принадлежитъ совершеннѣйшей способности и чувствамъ обученнымъ (Евр. 5, 14.). Поэтому даетъ и повелѣніе — вся искушать (1 Сол, 5, 21.), и говоритъ, что различать свойственно духовному (1 Кор. 2, 15.). Но вѣдѣніе не вездѣ но смыслу рѣчи означаетъ познаніе и уразумѣніе, а иногда и расположеніе къ пріятному. Такъ: позна Господь сущыя Своя (2 Тим. 2, 19.). И Моисею говоритъ Богъ: позналъ Я тебя паче всѣхъ (Втор. 34, 11.). Объ осужденныхъ же за порочность говоритъ Всевѣдущій: яко николиже знахъ васъ (Мѳ. 7, 23.). Итакъ древо, которымъ въ плодъ приносится смѣшанное вѣдѣніе, принадлежитъ къ запрещенному. А плодъ оный, имѣвшій защитникомъ своимъ змія, смѣшанъ изъ противоположностей, по той, можетъ быть, причинѣ, что предлагается не зло обыкновенное, какимъ представляется оно само въ себѣ по собственной своей природѣ; потому что не имѣлъ бы и силы порокъ, неприкрашенный ничѣмъ хорошимъ, привлекающимъ обольщаемаго къ пожеланію...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 19-Я (1861)

Монограмма Христа «Но, можетъ быть, скажетъ иный, что человѣкъ придетъ не въ тотъ же опять образъ жизни, если первоначально нужно было намъ вкушать пищу, а послѣ настоящей жизни освободимся отъ сего служенія. А я, слушая святое Писаніе, не только тѣлесное разумѣю вкушеніе и плотское веселіе, но знаю и другую нѣкую, имѣющую нѣкоторое сходство съ тѣлесною, пищу, наслажденіе которою простирается на одну душу. Ядите мой хлѣбъ, повелѣваетъ алчущимъ премудрость (Притч. 9, 4.), и Господь ублажаетъ алчущихъ таковой снѣди (Мѳ. 5, 6.), и говоритъ: аще кто жаждетъ, да пріидетъ ко Мнѣ и піетъ (Іоан. 7, 37.). И великій Исаія способнымъ понять высоту его повелѣваетъ: пійте радость (Иса. 25, 6.). Есть и нѣкая пророческая угроза достойнымъ наказанія, что наказаны будутъ гладомъ; и гладъ этотъ будетъ не отъ какого либо недостатка въ хлѣбѣ и водѣ, но отъ лишенія слова; ибо сказано: не гладъ хлѣба, ни жажду воды, но гладъ слышанія слова Господня (Амос. 8, 11.). Посему надлежитъ представлять себѣ нѣкій плодъ, достойный Божія насажденія въ Едемѣ (а Едемъ толкуется: услажденіе), и не сомнѣваться, что питался имъ человѣкъ; и для пребыванія въ раю не воображать себѣ непремѣнно эту преходящую и истекающую пищу. Сказано: отъ всякаго древа, еже въ раи, снѣдію снѣси (Быт. 2, 16.). Чувствующему здравый гладъ кто дастъ оное древо, еже въ раю, заключающее въ себѣ всякое благо, которому имя: всяко — все, вкушеніе чего даруется человѣку Божіимъ словомъ?...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 18-Я (1861)

Святитель Григорий Нисский «Думаю, что и всякая страсть отъ сего начала, какъ изъ нѣкоего источника произникши, наводняетъ человѣческую жизнь. Доказательствомъ же сказаннаго служитъ сродство страстей, равно обнаруживающееся и въ насъ, и въ безсловесныхъ; ибо несправедливо приписывать первыя начала страстнаго расположенія естеству человѣческому, созданному по образу Божію. Но поелику привзошла въ этотъ міръ и жизнь безсловесныхъ, а человѣкъ, по сказанной выше причинѣ, и изъ естества безсловесныхъ заимствовалъ нѣчто, разумѣю способъ рожденія; то чрезъ сіе заимствовалъ и прочее, замѣчаемое въ этомъ естествѣ; ибо не въ раздражительной силѣ у человѣка подобіе Божіе, и не сластолюбіемъ отличается естество преимущественное; и боязливость, и дерзость, и желаніе большаго. и отвращеніе отъ скудости, и все тому подобное, далеки отъ признаковъ боголѣпія. Посему естество человѣческое извлекло это изъ безсловесной въ себѣ части; ибо, чѣмъ безсловесная жизнь ограждена для самосохраненія, то, будучи перенесено въ жизнь человѣческую, стало страстію. Животныя плотоядныя охраняются раздражительностію; животныхъ многородящихъ спасаетъ сластолюбіе; животное малосильное хранитъ робость, удобоуловимое сильнѣйшими — страхъ, преизбыточествующее плотію — прожорливость. И не удовлетворить въ чемъ либо своему сластолюбію — для безсловесныхъ служитъ предлогомъ къ скорби. Все сіе и подобное тому, по причинѣ скотскаго рожденія, привзошло въ устройство человѣка...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 17-Я (1861)

Святитель Григорий Нисский «Лучше же сказать, прежде изслѣдованія предположеннаго, благоразумнѣе, можетъ быть, поступимъ, пріискавъ рѣшеніе предлагаемаго намъ противниками. Ибо говорятъ, что прежде грѣха не повѣствуется ни о рожденіи, ни о болѣзни рожденія, ни о желаніи чадородія. Но, когда послѣ грѣха изгнаны люди изъ рая, и жена осуждена въ наказаніе на болѣзни рожденія, тогда Адамъ приступилъ къ супругѣ своей, и позналъ ее брачно, и тогда положено начало чадородію. Посему, если въ раю не было брака, ни болѣзни рожденія, ни самаго рожденія; то въ слѣдствіе сего, говорятъ, необходимо заключить, что не было бы множества душъ человѣческихъ, еслибы даръ безсмертія не обращенъ былъ въ смертность, и бракъ не соблюлъ естества раждающимися вновь, вмѣсто отходящихъ вводя происшедшихъ отъ нихъ; такъ что грѣхъ, прившедшій въ жизнь человѣческую, нѣкоторымъ образомъ принесъ пользу. Ибо родъ человѣческій ограничивался бы четою первосозданныхъ, еслибы страхъ смерти не побудилъ естества къ произведенію потомства. Но и въ этомъ опять истинное ученіе если оно доступно кому, можетъ быть явнымъ только для посвященныхъ, подобно Павлу, въ тайны рая; а наше мнѣніе таково: саддукеи оспоривали нѣкогда ученіе о воскресеніи, и въ подтвержденіе своего ученія указывали на жену многобрачную, бывшую за семью братьями, потомъ спрашивали: котораго изъ нихъ женою будетъ она по воскресеніи? Господь на этотъ вопросъ отвѣтствуетъ, нетолько вразумляя саддукеевъ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ЗЛАТОУСТЪ. ТОЛК. НА СВ. МАТѲЕЯ ЕВАНГЕЛИСТА. БЕСѢДА 44-Я (1901)

Святитель Иоанн Златоуст «То самое, о чемъ я говорилъ прежде, т. е. что безъ добродѣтели все безполезно, весьма ясно открывается и теперь. Я говорилъ, что и возрастъ, и полъ, и пустынножительство, и тому подобное безполезны, когда нѣтъ добраго расположенія. А теперь мы узнаемъ еще болѣе: безъ добродѣтели нѣтъ никакой пользы и Христа носить во чревѣ и родить этотъ дивный плодъ. Это особенно видно изъ приведенныхъ словъ. Еще Ему глаголющу къ народомъ, говоритъ евангелистъ, рече нѣкій Ему, яко мати Твоя и братія Твоя ищутъ Тебя. А Христосъ отвѣчаетъ: кто мати Моя, и кто братія Моя? Это говоритъ Онъ не потому, чтобы стыдился Матери Своей, или отвергалъ родившую Его (если бы Онъ стыдился, то и не прошелъ бы сквозь утробу ея); но желалъ этимъ показать, что отъ того нѣтъ ей никакой пользы, если она не исполнитъ всего должнаго. Въ самомъ дѣлѣ, поступокъ ея происходилъ отъ излишней ревности къ правамъ своимъ. Ей хотѣлось показать народу свою власть надъ Сыномъ, о Которомъ она еще не думала высоко; а потому и приступила не во время. Итакъ смотри, какая неосмотрительность со стороны ея и братьевъ! Имъ надлежало бы войти и слушать вмѣстѣ съ народомъ, или, если не хотѣли этого сдѣлать, дожидаться окончанія бесѣды, и потомъ уже подойти. Но они зовутъ его вонъ, и притомъ при всѣхъ, обнаруживая чрезъ это излишнюю ревность къ правамъ своимъ и желаніе показать, что они съ большою властію повелѣваютъ Имъ. Объ этомъ самомъ и евангелистъ съ укоризною говоритъ...» (СПб., 1901.) далѣе...


СВТ. ІОАННЪ ЗЛАТОУСТЪ. ТОЛК. НА СВ. МАТѲЕЯ ЕВАНГЕЛИСТА. БЕСѢДА 43-Я (1901)

Святитель Иоанн Златоуст «Можетъ ли быть что-нибудь, — не говорю, нечестивѣе, а безумнѣе этого? Послѣ столькихъ знаменій, фарисеи говорятъ такъ, какъ будто бы ни одного изъ нихъ не бывало: хощемъ отъ Тебе знаменіе видѣти! Для чего же такъ они говорятъ? Для того, чтобы опять уловить Іисуса. Такъ какъ Онъ уже много разъ словами Своими заграждалъ имъ уста и обуздывалъ безстыдный ихъ языкъ, то вотъ они снова обращаются къ дѣламъ. Дивясь этому, евангелистъ опять повторяетъ слово — тогда. Тогда отвѣшаша Ему нѣцыи отъ книжникъ, знаменія просяще. Тогда: когда же это? Когда слѣдовало бы преклонить голову, когда надлежало исполниться удивленіемъ, когда не оставалось ничего болѣе, какъ придти въ изумленіе и уступить. А они и тогда не отстаютъ отъ своего лукавства. И смотри, какъ слова ихъ исполнены ласкательства и притворства. Они надѣялись этимъ заманить Его въ свои сѣти. Только что предъ тѣмъ они поносили Его, а теперь льстятъ; только что называли Его бѣснующимся, а теперь величаютъ Учителемъ, — но и то и другое говорятъ съ злымъ намѣреніемъ, хотя слова ихъ совершенно несходны одни съ другими. Вотъ почему и Спаситель обличаетъ ихъ теперь весьма строго. Когда они грубо предлагали Ему вопросы и поносили Его, Онъ отвѣчалъ имъ кротко; а когда стали льстить ему, Онъ обращается къ нимъ со всею строгостію и изрекаетъ противъ нихъ слова поносныя, показывая тѣмъ, что Онъ выше и той, и другой страсти, и что какъ тогда не могли они разсердить Его, такъ теперь своею лестію...» (СПб., 1901.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 16-Я (1861)

Монограмма Христа «Но возвратимся опять къ Божію слову: сотворимъ человѣка по образу Нашему и по подобію (Быт. 1, 26.). Какъ низко и недостойно естественнаго величія человѣка представляли о немъ иные изъ язычниковъ, величая, какъ они думали, естество человѣческое сравненіемъ его съ этимъ міромъ! Ибо говорили: человѣкъ есть малый міръ, состоящій изъ однихъ и тѣхъ же со вселенною стихій. Но, громкимъ симъ именованіемъ воздавая такую похвалу человѣческой природѣ, сами того не замѣтили, что почтили человѣка свойствами комара и мыши; потому что и въ нихъ раствореніе четырехъ стихій, почему какая либо большая или меньшая часть каждой изъ нихъ непремѣнно усматривается въ одушевленномъ, а не изъ нихъ неестественно и составиться чему либо одаренному чувствомъ. Посему чтó важнаго въ этомъ, — почитать человѣка образомъ и подобіемъ міра; когда и небо преходитъ, и земля измѣняется, и все, чтó въ нихъ содержится, преходитъ прехожденіемъ содержащаго? Но въ чемъ же по церковному ученію состоитъ человѣческое величіе? Не въ подобіи тварному міру, но въ томъ, чтобы быть по образу естества Сотворшаго. Посему чтóже означается словомъ: образъ? Можетъ быть, спросишь: какъ уподобляется тѣлу безтѣлесное, вѣчному временное, неизмѣняемому, чтó круговращательно измѣняется, безстрастному и нетлѣнному страстное и тлѣнное, чуждому всякаго порока. чтó всегда съ нимъ живетъ и воспитывается? Великое разстояніе между тѣмъ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 15-Я (1861)

Монограмма Христа «Если иная тварь имѣетъ питательную дѣятельность, а другая упражняется силою чувствующею, и первая не имѣетъ чувства, а послѣдняя — естества умнаго, и по этому предполагаетъ кто либо множество душъ: то таковый не объяснитъ различія душъ отличительными ихъ чертами. Ибо все мыслимое въ существахъ, если представляется въ умѣ совершенно тѣмъ, чтó оно есть, то въ собственномъ смыслѣ именуется придаваемымъ ему именемъ. А если чтó не во всѣхъ чертахъ есть то, чѣмъ наименовано; то напрасно носитъ сіе названіе. Напримѣръ, если кто покажетъ настоящій хлѣбъ, то скажемъ, что таковый въ собственномъ смыслѣ это имя придаетъ предмету; а если кто вмѣсто естественнаго хлѣба покажетъ сдѣланный искуственно изъ камня, у котораго и видъ такой же, и равная величина, и есть подобіе въ цвѣтѣ, такъ что по многому кажется онъ однимъ и тѣмъ же съ первообразомъ, недостаетъ же ему одного, — возможности служить пищею: то на сіе скажемъ, что камень получилъ названіе хлѣба не въ собственномъ смыслѣ, но не по точному словоупотребленію. На томъ же основаніи и все, о чемъ сказуется что либо, не во всѣхъ отношеніяхъ принадлежащее сему, имѣетъ названіе не по точному словоупотребленію. Такъ, поелику и совершенство души въ умной силѣ и дарѣ слова, то все, чтó не таково, можетъ быть чѣмъ-то подобоименнымъ душѣ, однакоже есть не дѣйствительная душа, а нѣкая жизненная дѣятельность, названіемъ приравниваемая душѣ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 14-Я (1861)

Монограмма Христа «Но далеко уклонились мы отъ предположеннаго. Слово наше имѣло для себя цѣлію показать, что умъ не привязанъ къ какой либо части тѣла, но равно прикосновенъ ко всему тѣлу, сообразно съ природою производя движеніе въ подлежащемъ его дѣйствію членѣ. Бываетъ же иногда, что умъ слѣдуетъ и естественнымъ стремленіямъ, какъ бы дѣлаясь слугою. Ибо нерѣдко управляетъ имъ естество тѣлесное, влагая въ него и чувство скорбнаго и вожделѣніе увеселяющаго; почему естество сіе доставляетъ и первыя начала, производя, или пожеланіе пищи, или вообще побужденіе къ какому нибудь удовольствію; а умъ, пріемля таковыя побужденія, по собственнымъ своимъ примышленіямъ доставляетъ тѣлу средства къ полученію желаемаго. Но не со всѣми бываетъ подобное сему, а только съ имѣющими болѣе грубыя расположенія, — съ людьми, которые, поработивъ разумъ естественнымъ побужденіямъ, при содѣйствіи ума отыскивая усладительное для чувствъ, раболѣпно льстятъ имъ; съ болѣе же совершенными бываетъ не такъ; ими правитъ умъ, избирая полезное разуму, а не страсти; естество же идетъ по слѣдамъ правителя. А какъ слово наше открыло разности въ жизненной силѣ: силу питательную безъ чувства, силу питательную и растительную, чуждую разумной дѣятельности, силу разумную и совершенную, распоряжающуюся всякою другою силою, такъ что можно существовать и при тѣхъ силахъ, и имѣть превосходство по умственной силѣ: то никто да не предполагаетъ поэтому...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 13-Я (1861)

Монограмма Христа «Вещественная и быстро протекающая жизнь тѣлъ, всегда движущаяся впередъ, въ томъ и имѣетъ силу бытія, что никогда не останавливается въ движеніи. Какъ рѣка какая нибудь, текущая по своему направленію, хотя то углубленіе, по которому течетъ, показываетъ полнымъ, однакоже въ ней не всегда видима одна и таже вода въ одномъ и томъ же мѣстѣ, но одна уже протекла, а другая притекаетъ. Такъ и вещественное въ здѣшней жизни, въ слѣдствіе какого-то движенія и теченія, мѣняется отъ непрерывнаго преемства противоположностей, такъ что никогда не можетъ стать безъ измѣненія, но, при возможности придти въ неподвижность, продолжаетъ непрестанное движеніе, подобное замѣняя подобнымъ. Если же когда движимое прекратитъ свое движеніе, то непремѣнно произойдетъ и прекращеніе существованія. Напримѣръ: за полнотою послѣдовала пустота, и мѣсто пустоты заняла опять полнота. Сонъ ослабилъ напряженное въ бодрствованіи; потомъ бодрствованіе привело въ напряженіе, чтó было ослаблено. И ни которое изъ сихъ состояній не продолжается вмѣстѣ съ другимъ и непрестанно, но оба уступаютъ мѣсто другъ другу при появленіи того и другаго; и такимъ образомъ естество сими перемѣнами обновляетъ само себя, такъ что непрестанно пребывая въ томъ или другомъ состояніи переходитъ изъ одного въ другое. Ибо въ живомъ существѣ всегдашнее напряженіе дѣятельностей производитъ какой-то разрывъ и расторженіе напрягаемыхъ членовъ...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 12-Я (1861)

Святитель Григорий Нисский «Посему да умолкнетъ всякое водящееся догадками пустословіе заключающихъ мыслительную дѣятельность въ какихъ либо тѣлесныхъ членахъ. Одни изъ нихъ полагаютъ, что владычественное души въ сердцѣ, другіе говорятъ, что умъ пребываетъ въ головномъ мозгу, и таковыя мнѣнія подтверждаютъ нѣкіими слабыми вѣроятностями. Предполагающій владычество въ сердцѣ въ доказательство своего положенія приводитъ мѣстное положеніе сердца, такъ какъ оно, повидимому, занимаетъ средину всего тѣла, чтобы произвольное движеніе изъ средины удобно удѣлялось всему тѣлу, и такимъ образомъ приходило въ дѣятельность. А въ подтвержденіе своего ученія представляетъ скорбное и раздраженное расположеніе человѣка, а именно, что таковыя страстныя движенія, по видимому, этотъ членъ въ тѣлѣ возбуждаютъ къ сострастію. А тѣ, которые головный мозгъ освящаютъ въ храмъ разсудку, говорятъ, что голова устроена природою, какъ нѣкая твердыня всего тѣла; и въ ней, какъ нѣкій царь, обитаетъ умъ, окружаемый чувствилищами, какъ бы нѣкіими предстоящими предъ нимъ вѣстниками или щитоносцами. И въ доказательство таковаго мнѣнія представляютъ они, что у кого повреждена мозговая оболочка, у тѣхъ разсудокъ дѣйствуетъ неправильно, и у кого голова отяжелѣла отъ упоенія, тѣ дѣлаются незнающими приличія. Каждый же изъ защитниковъ сихъ мнѣній присовокупляетъ и другія болѣе естественныя причины своей догадки о владычественномъ въ душѣ. Ибо одинъ утверждаетъ, что движеніе мысли...» (М., 1861.) далѣе...


СВТ. ГРИГОРІЙ НИССКІЙ. ОБЪ УСТРОЕНІИ ЧЕЛОВѢКА. ГЛАВА 11-Я (1861)

Святитель Григорий Нисский «Посему чтóже такое по природѣ своей умъ, который удѣляетъ себя чувственнымъ силамъ, и каждою пріобрѣтаетъ сообразное ей познаніе о существахъ? Что онъ есть нѣчто иное отъ чувствъ, въ этомъ, думаю, не сомнѣвается никто изъ здравомыслящихъ. Еслибы умъ былъ одно и тоже съ чувствомъ; то, конечно, имѣлъ бы сродство съ одною изъ чувственныхъ дѣятельностей; потому что онъ простъ, и въ простомъ не усматривается разнообразія. Но теперь въ сложности всѣхъ чувствъ иное нѣчто есть осязаніе, и иное обоняніе, также и другія чувства между собою разобщены, и не смѣшиваются, тогда какъ умъ равно присущъ каждому чувству; посему непремѣнно надлежитъ предположить естество ума чѣмъ-то отличнымъ отъ чувства, чтобы къ умопредставляемому не примѣшалось какого либо разнообразія. Кто разумѣ умъ Господень? говоритъ Апостолъ (Рим. 11, 34.). А я присовокуплю къ этому: кто уразумѣ собственный свой умъ? Пусть скажутъ утверждающіе, что разумѣніемъ своимъ объяли естество Божіе, уразумѣли ли они себя самихъ? Познали ли естество собственнаго своего ума? Есть ли онъ что либо многочастное и многосложное, и посему умопредставляемое въ сложности? Или умъ есть какой-то способъ срастворять разнородное? Но умъ простъ и не сложенъ; какъ же разсѣвается въ чувственной многочастности? Отчего въ единствѣ разнообразное? Какъ въ разнообразіи единое? Но нашелъ я рѣшеніе сихъ недоумѣній, прибѣгнувъ къ Божію слову. Ибо сказано: сотворимъ человѣка по образу Нашему и по подобію...» (М., 1861.) далѣе...

Просьба о молитвенной поддержкѣ

Просимъ молитвъ нашихъ читателей о здравіи и спасеніи рабовъ Божіихъ, Евгенія, Димитрія, Василія, Андрея, Алексія, Александра, Александра, Александра, чьими трудами созданъ и поддерживается нашъ порталъ.

Нашъ баннеръ

Мы будемъ благодарны если вы установите на своемъ сайтѣ нашъ баннеръ:

Баннеръ Размѣры Кодъ баннера
88 x 31 <!--tvorenia.russportal.ru-->
<a href=http://tvorenia.russportal.ru><img src=http://tvorenia.russportal.ru/image/tvorenia88x31.gif width="88" height="31" border=0 title='Святоотеческое наследие'></a>
<!--tvorenia.russportal.ru-->


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0