Святоотеческое наследие
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Святоотеческое наслѣдiе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Святые по вѣкамъ

Изслѣдованiя
-
I-III вѣкъ
-
IV вѣкъ
-
V вѣкъ
-
VI-X вѣкъ
-
XI-XV вѣкъ
-
Послѣ XV вѣка
-
Acta martyrum

Святые по алфавиту

Указатель
-
Свт. Іоаннъ Златоустъ
А | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л
-
М | Н | О | П | Р
-
С | Т | Ф | Х | Э
-
Ю | Ѳ
Сборники

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - вторникъ, 22 августа 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 13.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

ИЗСЛѢДОВАНІЯ И СТАТЬИ ПО ПАТРОЛОГІИ И ЦЕРКОВНОЙ ИСТОРІИ

Свящ. М. А. Поторжинскій
ИСТОРИЧЕСКАЯ ХРИСТОМАТІЯ

II. Св. Кириллъ, еп. Туровскій († 1183 г.)

Св. Кириллъ былъ однимъ изъ самыхъ видныхъ представителей не только проповѣднической, но и вообще русской литературы второй половины XII в. Онъ родился и воспитанъ въ г. Туровѣ (на р. Припети) Минской губерніи отъ богатыхъ родителей. Съ юныхъ лѣтъ предался книжному ученію и хорошо навыкъ божественнымъ писаніямъ. Поступивъ въ монастырь, онъ своею строго благочестивою жизнію научалъ братію пребывать въ послушаніи игумену и потомъ, чтобы достигнуть бóльшаго совершенства, заключилъ себя въ столпѣ, гдѣ подвизался не только въ постѣ и молитвахъ, но и въ составленіи назидательныхъ сочиненій. Слава о немъ, какъ великомъ подвижникѣ и учительномъ мужѣ, распространилась по всей окрестности, и потому, когда сдѣлалась свободною епископская каѳедра въ г. Туровѣ, ок. 1162 г., князь и народъ упросили благочестиваго столпника занять ее. Около 1182 г. Кириллъ, вѣроятно, отказался отъ епископской каѳедры и скончался въ уединеніи, неизвѣстно въ какомъ году, а за свои добродѣтели причисленъ къ лику святыхъ. Память его совершается 28 апрѣля.

Изъ «множайшихъ» сочиненій св. Кирилла, которыми онъ, просвѣщалъ землю русскую и возсіялъ въ Россіи паче всѣхъ, какъ второй Златоустъ, до насъ дошли девять словъ его на праздники и воскресные дни, отъ недѣли Ваій до Пятидесятницы (за исключеніемъ недѣли о Самарянынѣ) и кромѣ того, слово о слѣпцѣ и хромцѣ, въ видѣ притчи, которое читалось въ 5-ю нед. вел. поста.

Проповѣди св. Кирилла особенно важны для опредѣленія того вліянія, какое имѣла на древнюю русскую литературу византійская, въ теченіе многихъ столѣтій, до XVII в. Содержаніемъ словъ Кирилла Туровскаго, служитъ раскрытіе таинственнаго, духовнаго смысла евангельскихъ повѣствованій. Раскрывая общехристіанскія истины, они не касаются явленій современной жизни русскаго народа и не могутъ назваться народными, хотя и содержатъ указаніе на нѣкоторыя современныя обстоятельства, напримѣръ на равнодушіе паствы къ его поученіямъ; они имѣють значеніе какъ памятникъ церковнаго ораторства одного изъ лучшихъ проповѣдниковъ русскихъ, состоявшихъ подъ вліяніемъ греческой отеческой и византійской письменности. Русскіе люди видѣли въ епископѣ туровскомъ втораго златословеснаго витію, т. е. русскаго Златоуста; но этотъ взглядъ ихъ показываетъ, что они мало знакомы были съ свойствами проповѣдей Златоуста. Въ проповѣдяхъ Кирилла Туровскаго меньше всего можно встрѣчать нравоученіе, общедоступность изложенія и современность, которыя были отличительными чертами проповѣди Іоанна Златоуста. Гораздо болѣе сходства можно найти у Кирилла Туровскаго съ другими проповѣдниками восточными; напримѣръ въ словѣ въ недѣлю Ваій есть много сходныхъ мѣстъ съ словомъ на тотъ же день Прокла Константинопольскаго, а отчасти съ бесѣдою на праздникъ Ваій св. Кирилла Александрійскаго. Въ словѣ въ недѣлю новую по Пасхѣ встрѣчаемъ большое сходство съ словомъ св. Григорія Богослова также на новую недѣлю и на память мученика Маманта. Въ словѣ о мѵроносицахъ рѣчь Іосифа Аримаѳейскаго похожа на такую же рѣчь въ словѣ св. Епифанія Кипрскаго на погребеніе Спасителя. Въ этомъ же словѣ Кирилла находимъ ясные слѣды подражанія плачу Богородицы, который приписывается Симеону Метафрасту. Наконецъ, самъ Кириллъ проповѣди свои называетъ словесами отъ пророческихъ, евангельскихъ и апостольскихъ сказаній. И дѣйствительно многія его поученія представляютъ собою евангельскій разсказъ событія, распространенный и дополненный собственными соображеніями проповѣдника, заимствованными изъ книгъ Ветхаго Завѣта, особенно пророческихъ и псалмовъ. Форма представленія у Кирилла Туровскаго символическая, происходящая отъ символическаго воззрѣнія на природу и человѣка. Иногда символизмъ этотъ доходитъ до одушевленнаго, поэтическаго представленія, вѣрно передавая сходство предметовъ міра вещественнаго и духовнаго, а иногда, напротивъ, впадаетъ въ искусственность, вслѣдствіе произвольныхъ, натянутыхъ сближеній и желанія провести символическую параллель не только въ цѣломъ, но и въ частностяхъ. Образы для своихъ мыслей онъ заимствуетъ то изъ Священнаго Писанія Ветхаго и Новаго Завѣта, то изъ природы. Иногда они передаютъ его мысль ясно, наглядно, а иногда, если этихъ образовъ много, затемняютъ ее. Изложеніе у Кирилла Туровскаго нерѣдко переходитъ отъ повѣствовательнаго къ драматическому: лица, о которыхъ говорится въ проповѣди, становятся какъ бы дѣйствующими, вступаютъ другъ съ другомъ въ бесѣду и выражаютъ свои мысли и чувства монологами, иногда очень длинными. Начало этого драматизма видимъ въ Библіи, но тамъ онъ не доходитъ до крайности и служитъ средствомъ оживляющимъ разсказъ; у Кирилла же Туровскаго, какъ у его образцовъ — византійскихъ проповѣдниковъ, онъ нерѣдко доходитъ до крайности: выводимыя въ евангельскомъ разсказѣ лица говорятъ рѣчи другъ предъ другомъ, иногда очень длинныя и не соотвѣтствующія по своей витіеватости ни характеру лицъ, которымъ приписываются, ни мѣсту, ни времени; кратко сказать, проповѣди Кирилла Туровскаго со стороны слога отличаются образностію формы рѣчи, драматизмомъ, сравненіями, противоположеніями, вопросами, восклицаніями, обращеніями, олицетвореніями и другими риторическими прикрасами. Вообще все то, что сказано о характерѣ византійской литературы вполнѣ относится и къ Кириллу Туровскому. Цѣлью своихъ словъ проповѣдникъ поставлялъ — показать народу величіе празднуемаго событія, пригласить народъ къ его празднованію, къ прославленію Христа или святыхъ Его: отсюда сходство словъ Кирилла Туровскаго съ церковными пѣснями, отъ которыхъ онъ заимствуетъ иногда не только форму, но и цѣлыя выраженія.

Лучшими изъ проповѣдей Кирилла Туровскаго считаются слова въ недѣлю новую по Пасхѣ, слово въ недѣлю о разслабленномъ и слово на Вознесеніе Господне. Первое замѣчательно своимъ символическичъ взглядомъ на природу, второе поэтическимъ характеромъ изложенія, а третье запечатлѣно игривою фантазіею и не чуждо произвольныхъ предположеній. Всѣ проповѣди Кирилла имѣютъ форму слова, заключая въ себѣ слѣдующія части: приступъ, изложеніе и заключеніе. Въ приступѣ выражена какая нибудь общая мысль, не всегда идущая къ предмету слова. Въ изложеніи разсматривается самый предметъ въ панегирическомъ тонѣ и аллегорическомъ смыслѣ, а въ заключеніи содержится иногда краткое назиданіе, а большею частію молитва къ Богу или похвала угодникамъ или молитва къ нимъ. Общій характеръ проповѣди Кирилла — преобладаніе поэтическаго элемента надъ дидактизмомъ. Рѣдко можно встрѣтить въ нихъ обдуманное построеніе и строгость въ изложеніи. Это не столько поученія, сколько свободныя изліянія благочестивыхъ помысловъ — гимны. Вообще о словахъ святителя туровскаго можно сказать, что отдѣльныя мѣста въ нихъ есть весьма хорошія и даже прекрасныя, но цѣлаго, вполнѣ выдержаннаго и совершеннаго слова, нѣтъ ни одного; что въ нихъ довольно искусственности и изысканности, какъ въ сочетаніи мыслей, такъ и въ выраженіяхъ, и очень мало нравственныхъ наставленій. Главныя отличительныя свойства Кирилла Туровскаго, какъ писателя, живое, плодовитое, неистощимое воображеніе, мягкое, доброе, воспріимчивое чувство, легкій, свободный, витіеватый языкъ.

Проповѣди Кирилла Туровскаго въ древней Руси читались, списывались и помѣщались въ разнаго рода сборникахъ въ теченіе пяти вѣковъ (съ XIII-XVII в.) очень усердно, что доказывается множествомъ списковъ, дошедшихъ до насъ. Существеннымъ измѣненіямъ текстъ не подвергался; они ограничивались большею частію пропускомъ или замѣною однихъ выраженій и словъ другими, а иногда сокращеніями. Въ нѣкоторыхъ поученіяхь опущены начала — приступы, въ другихъ — заключенія, въ иныхъ — мѣста въ срединѣ, такъ какъ по объему проповѣди довольно обширны. Даже въ XVII в., когда началоcь новое направленіе, схоластическое, и въ литературѣ вообще и въ церковной проповѣди въ частности, память о Кириллѣ Туровскомъ, какъ лучшемъ проповѣдникѣ древней Руси не изгладилась (См. Λιϑος Петра Могилы, стр. 352). Въ 1684 г. священникъ города Орла Пермской епархіи, при составленіи своихъ проповѣдей, названныхъ «Статиръ», пользовался наравнѣ съ твореніями Златоуста, Григорія Богослова, Ѳеофилакта Болгарскаго, Ѳедора Студита и др. и, русскими проповѣдниками, — между которыми встрѣчаемъ и Кирилла Туровскаго.

Печатается по изданію: Историческая христоматія, для изученія исторіи русской церковной проповѣди, съ общей характеристикой періодовъ ея, съ біографическими свѣденіями о замѣчательнѣйшихъ проповѣдникахъ русскихъ (съ XI-XVIII в. включительно) и съ указаніемъ отличительныхъ чертъ проповѣдничества каждаго изъ нихъ. / Сост. Свящ. М. А. Поторжинскій, преподаватель Кіевской духовной Семинаріи. – Кіевъ: Типографія Г. Т. Корчакъ-Новицкаго, 1879. – С. 31-32.

Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0