Святоотеческое наследие
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Святоотеческое наслѣдiе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Святые по вѣкамъ

Изслѣдованiя
-
I-III вѣкъ
-
IV вѣкъ
-
V вѣкъ
-
VI-X вѣкъ
-
XI-XV вѣкъ
-
Послѣ XV вѣка
-
Acta martyrum

Святые по алфавиту

Указатель
-
Свт. Іоаннъ Златоустъ
А | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л
-
М | Н | О | П | Р
-
С | Т | Ф | Х | Э
-
Ю | Ѳ
Сборники

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - четвергъ, 30 марта 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 17.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

ИЗСЛѢДОВАНІЯ И СТАТЬИ ПО ПАТРОЛОГІИ И ЦЕРКОВНОЙ ИСТОРІИ

Посланіе старца Псковскаго Елеазарова монастыря Филоѳея къ великому князю Василію Іоановичу [1].

Старецъ Псковскаго Елеазарова монастыря Филоѳей уже извѣстенъ читателямъ «Православнаго Собѣседника», по своему посланію къ великокняжескому дьяку во Псковѣ Мисюрю Мунехину [2]. Здѣсь издается посланіе того же старца къ самому великому князю Василію Ивановичу. Основная мысль обоихъ посланій одна и таже: «все христіанство заключилось теперь въ одно царство православнаго русскаго государя: два Рима пали, третій (Москва) стоѝтъ, а четвертому не быть. Старый Римъ палъ нравственно, заразившись ересью Аполлинарія; новый Римъ — Константинополь палъ и нравственно и политически, сдѣлавшись столицею бусурманства — за свое соединеніе съ латинянами на осьмомъ (флорентинскомъ) соборѣ». Въ виду этихъ чрезвычайныхъ обстоятельствъ времени, государь русской земли долженъ, по мысли Филоѳея, дѣйствовать такъ, чтобы его царство, на самомъ дѣлѣ, являлось единственнымъ въ мірѣ убѣжищемъ православія и благочестія. Въ частности, русскому самодержцу, по указанію Филоѳея, предлежитъ совершить слѣдующія три великія дѣла: во-первыхъ — установить, чтобы всѣ его подданные право полагали на себѣ знаменіе честнаго и животворящаго креста. Вѣроятно, старецъ обращаетъ вниманіе великаго князя на ту неправильность въ совершеніи православными крестнаго знаменія, о которой царь Иванъ Васильевичь предлагалъ собору 1551 года: «крестное знаменіе не по существу полагается», т. е. какъ объясняетъ соборъ въ своемъ отвѣтѣ: «мнози неразумніи человѣцы махающе рукою по лицу своему творятъ, крестящеся, а всуе труждающеся» (гл. 32). Исправленіе крестнаго знаменія старецъ Филоѳей, наравнѣ съ прочими современными ему русскими книжниками, считалъ тѣмъ болѣе необходимымъ и важнымъ дѣломъ, что видѣлъ въ людяхъ, не по чину крестящихся, враговъ креста Христова, имже конецъ, по словамъ апостола, пагуба (Флп. 3, 18-19). Во-вторыхъ, великій князь долженъ «наполнить святыя соборныя церкви епископами, чтобы въ его правленіе не вдовствовала святая соборная Церковь»: намекъ на новогородскую и псковскую епархію, которая, по низложеніи архіепископа Серапіона, осмѣлившагося протестовать противъ присоединенія Волоколамскаго монастыря къ митрополичьей области, въ продолженіи семнадцати лѣтъ оставалась безъ своего «владыки». Вообще, новогородская и псковская церковь, по тѣсной связи своего юридическаго быта съ прежними «вольными обычаями» того и другаго города, должна была, съ уничтоженіемъ здѣсь и тамъ вѣчеваго устройства, въ значительной степени раздѣлить съ своими дѣтьми тяжесть новыхъ «московскихъ обычаевъ». Извѣстно, какъ Іоаннъ III, взявъ Новгородъ, распорядился съ тамошними церковными вотчинами. Вѣроятно, и сынъ его, при взятіи Пскова, не пощадилъ также вотчинъ здѣшняго духовенства. Но крайней мѣрѣ, нашъ старецъ пишетъ покорителю Пскова: «не обижай святыхъ Божіихъ церквей и честныхъ монастырей; не отнимай у нихъ того, чтó дано Богу въ наслѣдіе вѣчныхъ благъ, на память послѣднему роду». Наконецъ, старецъ Филоѳей съ особенною силою умоляетъ великаго князя искоренить въ Русской землѣ «горькій плевелъ» — содомскій грѣхъ, которому предавались не только міряне, но и другіе, о комъ благочестивый писатель умалчиваетъ изъ стыда и приличія… Но главную цѣль своего посланія Филоѳей высказываетъ на концѣ: «сія же писахъ ти любя и взывая и моля щедротами Божіими, яко да премѣниши скупость на щедроты и немилосердіе на милость: утѣши плачущихъ и вопіющихъ день и нощь, избави обидимыхъ изъ руки обидящихъ». Здѣсь нашъ старецъ является «печаловникомъ» за свою родную псковскую землю, которая въ 1510 году взята была великимъ княземъ въ «свое государство» и отдана потомъ въ управленіе московскимъ намѣстникамъ и дьякамъ. Мѣстные лѣтописцы такъ изображаютъ современное состояніе Пскова и его области: «у намѣстниковъ, у ихъ тіуновъ и у дьяковъ великаго князя правда взлетѣла на небо, а между ними стала ходить кривда; всѣ они были немилостивы до псковичей, грабили ихъ, какъ поганыхъ иноземцевъ, взимая съ нихъ пошлины сверхъ опредѣленныхъ великокняжескою уставною граматою. А кто изъ псковичей, оберегая себя отъ хищности и насилія московскихъ правителей, ссылался на эту грамату, того убивали, приговаривая: «вотъ тебѣ, смердъ, великаго князя грамата»! И отъ того насильства и грабежа многіе изъ псковичей разбѣжались по чужимъ городамъ; покинувъ женъ и дѣтей. Убѣжали бы и остальные, да «вѣдь земля не разступится, а вверхъ не взлетѣть». Правда, великій князь, извѣщаясь по временамъ о жестокостяхъ своихъ псковскихъ намѣстниковъ и дьяковъ, сводилъ ихъ со Пскова, но судьба порабощенныхъ Москвѣ псковичей отъ того мало измѣнялась къ лучшему. Съ горькою ироніей говоритъ псковскій лѣтописецъ объ этихъ административныхъ перемѣнахъ: «быша по Мисюри дьяки частые (милосердый Богъ милостивъ до своего созданія), и быша дьяки мудры, а земля пуста, и нача казна великаго князя множитися во Псковѣ» [3]. Такое печальное положеніе общественныхъ дѣлъ во Псковѣ наводило мѣстныхъ лѣтописцевъ на самыя мрачныя думы о современныхъ судьбахъ міра и Церкви: «всему этому Богъ повелѣлъ быть за наше согрѣшеніе, — говоритъ одинъ изъ лѣтописцевъ въ заключеніе своего разсказа о «псковскомъ взятіи». Ибо писано въ Апокалипсисѣ въ главѣ 54 (по толковому Апокалипсису Андрея Кесарійскаго): пять царей минуло, а шестый есть, но еще не пришелъ; шестымъ же именуетъ (тайнозритель) царя въ Руси скиѳскаго острова; онъ-то и есть шестый, потомъ еще седмый, а осьмый — антихристъ... Сему царству разширяться и злодѣйству умножаться! Охъ, увы»! [4] Туже, кажется, мысль о московскомъ государствѣ выражаетъ и старецъ Филоѳей въ слѣдующей цитатѣ изъ Ипполитова слова объ антихристѣ: «когда мы увидимъ Римъ, осаждаемый персскими войсками, и персовъ, сходящихся на насъ на брань со скиѳянами, тогда неблазненно познаваемъ, что пришелъ уже антихристь».

Нельзя не видѣть, что взглядъ псковскихъ книжниковъ (въ томъ числъ и старца Филоѳея) на современныя судьбы міра и Церкви имѣетъ весьма близкое сродство съ еще двумя современными Филоѳею сказаніями: о бѣломъ клобукѣ и о Тихвинской иконѣ Пресвятой Богородицы [5]. Та и другая святыня, по этимъ сказаніямъ, чудеснымъ образомъ перешла изъ Греціи въ Россію, какъ въ единственное убѣжище Церкви и православія. Замѣчательно, что и сами греки поддерживали въ русскихъ такое убѣжденіе. При учрежденіи у насъ патріаршества, констнтинопольскій патріархъ Іеремія говорилъ царю Ѳеодору Ивановичу: «воистину въ тебѣ, благочестивомъ царъ, Духъ Святый пребываетъ, и отъ Бога сицевая мысль тобою въ дѣло произведена будетъ правѣ, и истинно вашего благородія начинаніе, а нашего смиренія и всего освященнаго собора того превеликаго дѣла совершеніе. Понеже убо ветхій Римъ падеся Аполлинаріевою ересью. Вторый же Римъ, иже есть Константинополь, агарянскими внуцы отъ безбожныхъ турокъ обладаемь. Твое же, о благочестивый царю, великое русійское царство третій Римъ благочестіемъ всѣхъ превзыде, и вся благочестивая въ твое царствіе во едино собрашася: и ты единъ подъ небесемъ христіянскій царь именуешися во всей вселеннѣй, во всѣхъ Христіянѣхъ» [6]. Можно подумать, что вселенскій патріархъ приводитъ въ своей рѣчи цитату изъ нижеслѣдующаго посланія псковскаго старца Филоѳея къ великому князю Василію Ивановичу.

Примѣчанiя:
[1] Это посланіе издается нами по двумъ сборникамъ солов. библіотеки (№ 233, л. 106-111 и № 875, л. 248-251). Въ томъ и другомъ сборникѣ оно озаглавливается такъ: «Посланіе къ великому князю Василію, въ немже о исправленіи крестнаго знаменія и о содомскомъ блудѣ». Мы приписываемъ это посланіе псковскому старцу Филоѳею на томъ основаніи, что оно по складу рѣчи, по тону и основной мысли имѣетъ весьма близкое сходство съ посланіемъ Филоѳея къ Мисюрю Мунехину, изданнымъ —
[2] Въ майской книжкѣ «Православнаго Собесѣдника» за 1861 годъ.
[3] Полн. Собр. Русск. Лѣтоп. т. IV. стр. 282. 288. 297.
[4] Полн. Собр. Русск. Лѣтоп. т. IV. стр. 282.
[5] См. объ этихъ сказаніяхъ у Буслаева въ Очеркахъ русской народной словесности и искуства. т. II. въ статьѣ: «Новгородъ и Москва».
[6] См. второе приложеніе ко второй части старой кормчей.

Печатается по изданiю: Памятники Древле-Русской духовной письменности: Посланіе старца Псковскаго Елеазарова монастыря Филоѳея къ великому князю Василію Іоановичу. // Журналъ «Православный собесѣдникъ», Казань. – 1863 г. – Книга I. – с. 337-343.

Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0