Святоотеческое наследие
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Святоотеческое наслѣдiе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Святые по вѣкамъ

Изслѣдованiя
-
I-III вѣкъ
-
IV вѣкъ
-
V вѣкъ
-
VI-X вѣкъ
-
XI-XV вѣкъ
-
Послѣ XV вѣка
-
Acta martyrum

Святые по алфавиту

Указатель
-
Свт. Іоаннъ Златоустъ
А | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л
-
М | Н | О | П | Р
-
С | Т | Ф | Х | Э
-
Ю | Ѳ
Сборники

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - пятница, 24 февраля 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 21.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

I-III ВѢКЪ

Тертулліанъ, пресвитеръ Карѳагенскій († 220 г.)
13. О женскихъ украшеніяхъ
[1].

1. Знаменитыя служительницы Бога живаго, любезнѣйшія во Христѣ сестры мои! Позвольте, чтобы я въ качествѣ вашего собрата, хотя и считаю себя недостойнымъ сего достохвальнаго имени, представилъ вамъ сіе краткое поученіе, движимый не чувствомъ тщеславія, но однимъ побужденіемъ любви къ дѣлу вашего спасенія; дѣло же сіе, о которомъ всѣ мы равно должны пещись, состоитъ главнѣйше въ неукоризненныхъ доказательствахъ нашей чистоты. Какъ мы всѣ составляемъ храмъ Божій чрезъ освященіе насъ Духомъ Святымъ при крещеніи: то чистота сія должна быть такъ сказать привратникомъ и стражемъ сего храма, дабы не входило въ него ничто нечистое, ничто мірское, и дабы Господь въ немъ обитающій, видя жилище Свое оскверненнымъ, не удалился изъ него съ негодованіемъ. Но я не имѣю теперь намѣренія показать вамъ необходимость чистоты: божественныя заповѣди довольно на сей счетъ положительны. Я ограничусь только объясненіемъ вамъ одной важной обязанности, относящейся къ сей добродѣтели, обязанности, какую вы должны соблюдать въ разсужденіи вашей внѣшности. Многія изъ васъ (позвольте мнѣ сдѣлать вамъ сей упрекъ, хотя никто не достоинъ столько упрековъ, какъ я), многія изъ васъ, подъ видомъ мнимаго невѣдѣнія или смѣлаго притворства, ведутъ себя по наружности довольно невоздержно, какъ будьто бы чистота состояла только въ томъ, чтобъ удаляться отъ грубыхъ плотскихъ удовольствій, и какъ будьто бы наружность, то есть, наряды и украшенія тѣла, совершенно ничего не значили.

Особы сіи ничего не упускаютъ къ поддержанію своей красоты и мнимаго своего благоприличія, такъ что никакого почти различія нѣтъ между ими и языческими женами, которымъ истинное цѣломудріе по несчастію неизвѣстно. Я говорю, что сіи невѣрующія не знаютъ истиннаго цѣломудрія, потому что кто не знаетъ истиннаго Бога, виновника и хранителя всякой истины, тотъ не можетъ слѣдовать инымъ путемъ, какъ путемъ заблужденія и лжи. Дѣйствительно если бы даже и можно было повѣрить, что между язычницами существуетъ цѣломудріе: то однакожъ сія ихъ добродѣтель столько несовершенна и недостаточна, что, какъ бы онѣ ни были цѣломудренны въ душѣ, но роскошь одѣянія ихъ обнаруживаетъ въ нихъ наклонность къ разврату. Суетность ихъ такова, что если нельзя имѣть полнаго удовольствія, то онѣ рады воспользоваться частичкою онаго. Сколько между ими такихъ, которыя, притворяясь, что хотятъ нравиться только мужьямъ своимъ, употребляютъ особенное стараніе украшать и наряжать тѣло свое для привлеченія взоровъ чужихъ мужчинъ, сколько бы ни казалось по наружности, что онѣ не имѣютъ тутъ никакого дурнаго намѣренія? Скажемъ еще болѣе. Обыкновенно случается съ сими цѣломудренными язычницами, что если онѣ и не смѣютъ сдѣлать преступленія, то имѣютъ къ тому желаніе, или если теперь и не желаютъ, то по крайней мѣрѣ не заботятся искоренить въ себѣ таковое желаніе. Должно ли сему удивляться? Все, что не происходитъ отъ Бога, не можетъ не быть безнравственно. Язычницы сіи, не имѣя возможности достигнуть до совершеннаго добра, портятъ и малое добро, которымъ онѣ обладаютъ, примѣшивая къ нему зло.

2. Вамъ, любезнѣйшія сестры, надлежитъ отличаться отъ нихъ въ одѣяніи столько же, какъ вы отъ нихъ отличаетесь во всемъ прочемъ, да будете совершени, якоже Отецъ вашъ небесный совершенъ есть (Матѳ. 5, 48). Сіе совершенство, я хочу сказать, христіанская чистота, должно не только отнять у васъ желаніе быть любимыми, но заставить васъ ненавидѣть и отвергать все то, что можетъ воспламенять опасную любовь въ другихъ. Во-первыхъ желаніе нравиться посредствомъ искуственныхъ прикрасъ можетъ происходить единственно отъ испорченнаго и развращеннаго сердца. Извѣстно, какою приманкою сіи прикрасы служатъ къ вовлеченію людей въ запрещенныя удовольствія. За чѣмъ вамъ возжигать преступное пламя? За чѣмъ привлекать къ такому удовольствію, которое долгъ вашъ велитъ считать непозволеннымъ? Во-вторыхъ намъ отнюдь не должно пролагать пути искушеніямъ, которыя часто торжествуютъ, непрестанно на насъ нападая, или по крайней мѣрѣ сильно нарушаютъ спокойствіе души. О Боже! сохрани насъ отъ сего пагубнаго камня претыканія. Мы должны имѣть наружность такую скромную, степенную, Христіанскую, чтобы совѣсть ни въ чемъ не могла насъ упрекнуть. Желая пребывать всегда въ семъ счастливомъ положеніи, мы не должны слишкомъ полагаться на себя; ибо полагаясь на собственныя силы, мы будемъ менѣе остерегаться, сдѣлаемся болѣе отважны. Страхъ есть основаніе спасенія: надмѣнность противоположна страху. Гораздо лучше не довѣрять своей добродѣтели: недовѣріе вселитъ въ насъ страхъ, страхъ сдѣлаетъ насъ осторожнѣе, осторожность поставитъ насъ въ состояніе избѣгать опасности. Напротивъ того если мы положимся на себя: то не боясь ничего и не уважая довольно опасностей, мы почти не можемъ не подвергнуться паденію. Кто ходитъ въ безопасности и ни отъ чего не остерегается, тотъ никогда не станетъ на твердой ногѣ. Но кто внимателенъ ко всему, опасается всего, тотъ пріобрѣтетъ покой и увѣренность въ себѣ. Далъ бы Богъ, чтобы служители Его удостоены были во всякомъ случаѣ Его покровительства, и могли всегда хвалиться милостями, отъ Него изливаемыми!

За чѣмъ намъ стараться губить нашихъ братьевъ? За чѣмъ притворными прикрасами возбуждать въ сердцахъ ихъ похоть? Если новый Господній законъ равное полагаетъ наказаніе и за желанія и за дѣла безчестныя: то думаете ли вы, что тотъ, кто причинилъ другому гибель, останется безъ наказанія? Знайте же, что вы дѣйствительно губите брата своего, когда, представляя глазамъ его свою красоту, пораждаете въ немъ похотливыя желанія. Онъ уже въ душѣ своей совершилъ то, чего преступнически пожелалъ, и вы становитесь для него такъ сказать мечемъ, его убивающимъ. Впрочемъ хотя бы съ вашей стороны и не было никакого положительнаго проступка: но не менѣе того вы не извинительны. Подобно сему, когда случится убійство въ домѣ: то хозяинъ дома, хотя бы и не участвовалъ въ преступленіи, но за небреженіе подвергается строгости правосудія.

И такъ украшайте себя, если угодно, убирайте тщательно тѣло свое, дабы братья ваши, смотря на васъ, погибали. Но что тогда послѣдуетъ съ божественною заповѣдію: возлюбиши искренняго твоего яко самъ себе (Матѳ. 22, 39)? Увы! Если вы мало печетесь о собственномъ спасеніи: то по крайней мѣрѣ не разрушайте спасенія другихъ. Не думайте, чтобы Духъ Святый изъяснился такимъ образомъ въ отношеніи только къ исполненію нѣкоторыхъ дѣлъ милосердія. Нѣтъ! Онъ тутъ говоритъ о всѣхъ вообще случаяхъ, гдѣ только мы можемъ быть полезны ближнему. А какъ неоспоримо то, что собственное наше духовное благо, равно какъ и благо другихъ, подвергается опасности, когда прелести, сами собою уже слишкомъ опасныя, тщательно умножаются: то будьте увѣрены, что долгъ вашъ есть не только отвергать всякаго рода украшенія, воспламеняющія наши страсти, но даже убавлять или изглаживать блескъ натуральной красоты вашей посредствомъ нѣкотораго рода небреженія, коего источникомъ былъ бы Богъ. Симъ способомъ вы пресѣчете опасныя слѣдствія, обыкновенно производимыя глазами. Хотя конечно не должно совершенно осуждать красоты, поколику она составляетъ преимущество тѣла, и будучи украшеніемъ дѣла рукъ Божіихъ, служитъ такъ сказать почетною завѣсою души нашей; но вредъ, какой можемъ мы причинить смотрящимъ на насъ, долженъ возбуждать въ насъ тѣ же опасенія, какимъ подвергся Авраамъ отъ красоты Сарры (Быт. 12, 15; 20, 2). Сей отецъ вѣрующихъ долженъ былъ выдать жену свою за сестру, чтобъ освободить ее отъ поруганія Египтянъ и царя Герарскаго.

3. Впрочемъ пускай красота будетъ не опасна для пользующихся ею и не пагубна для живущихъ съ нами, пускай не подвергаетъ она никого искушенію и не подаетъ повода къ соблазну и паденію; но развѣ недовольно того, что она не нужна для невѣстъ Христовыхъ? Какъ скоро кто Христіански цѣломудренъ, тому нечего дѣлать съ временною красотою, потому что, сказать собственно, отъ нея нельзя ожидать инаго употребленія и плода, кромѣ сладострастія. Я не нахожу, чтобъ о ней можно было судить иначе. По сему надлежитъ оставить попеченіе объ умноженіи тѣхъ пріятностей, какія мы имѣемъ, или о пріобрѣтаніи такихъ, какихъ въ насъ нѣтъ. Предоставимъ попеченіе сіе безумнымъ женщинамъ, которыя, занимаясь своею красотою, думаютъ, что хлопочутъ для себя, между тѣмъ какъ онѣ хлопочутъ для другихъ. — Какъ! скажетъ кто либо. Не уже ли кто сохраняетъ красоту свою, тотъ преступникъ и тогда, какъ блюдетъ цѣломудріе? Развѣ не позволено намъ пользоваться украшеніями тѣла и наслаждаться удовольствіемъ быть хорошо сложенными? — Обстоятельство сіе предаю я на судъ тому, кто поставляетъ все достоинство свое въ преимуществахъ плоти. Мы же должны презирать сію безразсудную выгоду, составляющую качество суетной души; а суетность совсѣмъ не приличествуетъ людямъ, почитающимъ долгомъ званія своего сохранять Христіанское человѣколюбіе. Если всякая вообще слава суетна и безполезна: то какого презрѣнія достойна та слава, которая извлекается отъ слабыхъ нарядовъ тѣла? Вѣрныя ученицы Христовы! Къ вамъ обращаю рѣчь мою. Если позволено хвалиться чѣмъ либо: то надобно хвалиться единственно духовными благами. Прекрасныя качества тѣла не должны насъ много занимать, потому что долгъ нашъ есть украшать только душу свою. Мы должны только радоваться тому, въ чемъ можемъ оказать прямые успѣхи. Слава наша состоитъ въ заслугахъ добрыхъ дѣлъ.

Можно допустить, чтобы Христіанинъ хвалился своею плотію, но плотію, изможденною покаяніемъ и какъ бы отвердѣвшею отъ святыхъ подвиговъ, дабы изможденная такимъ образомъ плоть доставляла торжество уму, а не унижала его, привлекая на себя взоры и вздохи какого нибудь безумнаго молодаго человѣка. Убѣдясь доводами, любезнѣйшія сестры, что красота вамъ безполезна, не заботьтесь о томъ, если нѣтъ ее у васъ, а если есть, то пренебрегайте ею со смиреніемъ. Христіанка естественно можетъ хорошо быть сложена; но красота ея не должна быть предметомъ соблазна. Ей не слѣдуетъ не только привлекать на себя разными прикрасами взоровъ мужчинъ, но и быть ими замѣченною.

4. Хотите ли вы, чтобъ я говорилъ съ вами такъ сказать не по Христіански, и далъ бы вамъ такой совѣтъ, какой могъ бы дать и язычницамъ? Будьте увѣрены, что вы должны стараться нравиться не иному кому, какъ своимъ мужьямъ; нравиться же имъ можете вы только по мѣрѣ того, какъ перестанете заботиться о томъ, чтобы нравиться другимъ. Не бойтесь; жена не можетъ казаться мужу противною. Она ему довольно нравилась, когда качества тѣла и души заставили его избрать ее себѣ супругою. Не вѣрьте, чтобы, презирая убранства и украшенія, могли вы навлечь на себя ненависть или холодность мужей вашихъ. Мужъ, какой бы ни былъ, требуетъ отъ жены своей паче всего ненарушимаго цѣломудрія. Христіанинъ не долженъ обращать вниманія на красоту, потому что преимущества, льстящія язычникамъ, не могутъ нами дорого цѣниться. Да и сами невѣрующіе почитаютъ красоту за вещь подозрительную и опасную. Для кого же хотите вы украшать лице свое? Христіанинъ того не требуетъ, невѣрующій тому не довѣряетъ. Къ чему хлопотать о нарядахъ, возбуждающихъ въ одномъ презрѣніе, а въ другомъ подозрительность? Не напрасно ли тратите вы на то время?

5. Все то, что мною доселѣ сказано, не къ тому клонится, чтобъ обратить васъ къ образу жизни такъ сказать мужицкому и отвратительному, или посовѣтовать вамъ не соблюдать опрятности въ своей особѣ. Намѣреніе мое состоитъ только въ томъ, чтобъ показать вамъ, до какой степени и до какихъ предѣловъ можетъ простираться заботливость ваша о своемъ тѣлѣ, дабы цѣломудріе было неприкосновенно. Не должно выходить изъ границъ скромной благопристойности и приличной опрятности. Надобно начинать съ того, чтобы нравиться Богу. Наиболѣе оскорбляетъ Его безмѣрная склонность многихъ женщинъ употреблять всякаго рода снадобья, чтобы сдѣлать кожу свою бѣлою и гладкою, чтобы красить лице и щеки свои румянами, чтобы чернить свои брови сажею. Видно, что простое твореніе Божіе имъ не нравится, когда онѣ находятъ въ немъ недостатки. Онѣ осуждаютъ премудрость верховнаго Творца всѣхъ вещей; ибо исправлять или передѣлывать то, что сотворено Богомъ, значитъ именно осуждать Его. Но кто учитъ ихъ поступать такъ? Не иной кто, какъ врагъ Божій, какъ діаволъ. Дѣйствительно кто въ состояніи научить безобразить тѣло, какъ не тотъ, злоба коего успѣла измѣнить и умъ человѣка? Перестанемъ сомнѣваться: онъ, именно онъ изобрѣтатель всѣхъ сихъ преступныхъ хитростей, дабы въ самихъ насъ нѣкоторымъ образомъ вести войну противъ Бога. Что пріемлемъ мы отъ рожденія, то твореніе есть рукъ Божіихъ; а что къ тому прибавляемъ, то не отъ кого инаго происходитъ, какъ отъ сатаны. Какая же смѣлость, какая дерзость употреблять въ помощь сатану, чтобы претворять дѣло рукъ Божіихъ! Рабы наши не смѣютъ ничего заимствовать отъ нашихъ враговъ. Воины не требуютъ ничего отъ вождей противной стороны: они считаютъ за преступленіе прибѣгать къ непріятелю своего властителя. Не ужели же Христіанамъ прибѣгать къ злѣйшему своему врагу, то есть, къ злобному духу? Но что я говорю: Христіанамъ? Могутъ ли они послѣ такой невѣрности именоваться Христіанами? Они скорѣе должны называться учениками того, котораго ученію послѣдуютъ.

Изъ сихъ предначертаній познайте, любезныя сестры, какъ недостойно имени Христіанина и противно Религіи, вами исповѣдуемой, искуственно себя наряжать, тогда какъ вамъ предписано соблюдать священную простоту во всемъ вашемъ поведеніи; претворять ваше лице, когда вамъ запрещено претворять всякія ваши чувства; желать того, чего провидѣніе вамъ не дало, въ то время какъ вамъ повелѣвается ничего того не желать, что принадлежитъ другому; стараться умножать ваши прелести, когда требуется отъ васъ строгое цѣломудріе. Скажите, пожалуйте, какъ соблюдать вамъ то, что трудно въ законѣ, когда не храните вы и того, что въ немъ легко и нисколько не тягостно?

6. Иныя изъ васъ безпрерывно занимаются мазаніемъ своихъ волосъ, чтобы доставить имъ бѣлокурый цвѣтъ. Онѣ какъ будьто стыдятся своего отечества, и сердятся, что рождены не въ Галліи или Германіи. Онѣ стараются насильственно передать волосамъ своимъ то, чѣмъ натура одарила сіи народы. Печальное предзнаменованіе составляютъ сіи блестящіе волосы: суетная и мнимая красота ихъ приводитъ къ безобразію. Дѣйствительно, не говоря о прочихъ неудобствахъ, не правда ли, что чрезъ употребленіе сихъ благовоній теряются нечувствительно волосы? Не правда ли, что и самый мозгъ слабѣетъ отъ сихъ постороннихъ влагъ и отъ безмѣрнаго солнечнаго жара, на которомъ угодно вамъ палить и сушить свою голову? Можно ли любить прикрасы, производящія столь гибельныя слѣдствія? Должно ли называть добромъ то, что составлено изъ столь непристойныхъ вещей? Христіанка дѣлаетъ изъ головы своей какъ бы жертвенникъ, на который возливаетъ множество благовоній. Не подобіе ли это жертвы, приносимой нечистому духу? Не лучше ли было бы обратить вещества сіи на употребленіе благочестивое, полезное и нужное, на которое онѣ Богомъ сотворены? Съ другой стороны что заповѣдалъ Іисусъ Христосъ? Не можеши, говоритъ Онъ, власа единаго бѣла или черна сотворити (Матѳ. 5, 36). И жены смѣютъ прекословить Богу? Посмотрите, говорятъ онѣ, какъ искусно изъ темнорусыхъ или черныхъ волосъ дѣлаемъ мы бѣлокурые, и отъ того бываемъ пригожѣе. Но придетъ время, когда онѣ ничего не упустятъ, чтобы бѣлые волосы опять обратились въ черные, и когда старость возвѣститъ имъ, что онѣ слишкомъ долго наслаждались жизнію. Какая несообразность! Люди стыдятся возраста, до котораго усердно желали достигнуть; жалуются на потерю, которой давно уже надлежало ожидать; воздыхаютъ о юности, которую провели преступно; хотѣли бы возобновить случаи къ непозволительнымъ удовольствіямъ. Не дай Богъ, чтобы подобное безуміе приходило въ умъ прямому Христіанину. Чѣмъ кто болѣе старается скрывать свою старость, тѣмъ болѣе она обнаруживается. Если ты хочешь никогда не состарѣться: то сохраняй свою невинность, пріобрѣтенную крещеніемъ. Сію-то нетлѣнную красоту должны мы стараться соблюсти, пока не преселимся на небеса, гдѣ невинность наша получитъ возмездіе. Думаешь ли ты, что приближаешься къ небу, и что заботишься какъ можно скорѣе оставить несчастный міръ сей, когда конецъ дней своихъ почитаешь за несносное для себя бремя и безобразіе?

7. Какую пользу приносятъ спасенію вашему украшенія вашей головы? Развѣ не можете вы оставить въ покоѣ своихъ волосъ? Вы ихъ то завиваете, то развиваете; то подымаете, то понижаете; сегодня ихъ заплетаете, а завтра оставляете волноваться небрежно; иногда обременяете ихъ множествомъ чужихъ волосъ, составляя изъ нихъ или родъ шапки, которою покрываете голову, или видъ пирамиды, чтобы шея была открыта. Какая странность хотѣть преступать безпрерывно заповѣдь Божію! Кто отъ васъ пекійся, говоритъ Спаситель, можетъ приложити возрасту своему лакоть единъ (Матѳ. 6, 27). А вы хотите непремѣнно прибавить къ нему что либо, накопляя на головѣ своей пуки волосъ съ кучею украшеній, которыми обременяете темя головы, какъ бы средоточіе шлема. Если не стыдно вамъ носить такое бремя: то постыдитесь по крайней мѣрѣ недостоинства его. Не кладите на голову, освященную крещеніемъ, смертныхъ остатковъ какого либо бѣдняка, умершаго отъ распутства, или какого нибудь злодѣя, осужденнаго умереть на эшафотѣ. Свободная голова должна устранять себя отъ рабства всѣхъ сихъ тягостныхъ убранствъ. Впрочемъ напрасно стараетесь вы казаться великолѣпно одѣтыми; напрасно употребляете искуснѣйшихъ мастеровъ для уборки волосъ: Богъ хочетъ, чтобы вы были подъ покрываломъ. А за чѣмъ? Вѣроятно за тѣмъ, чтобы никто не видалъ головы женъ, срамляющихъ себе откровенною главою (1 Кор. 11, 5).

Далъ бы Богъ, чтобы въ великій день торжества Христіанъ позволено было мнѣ бѣдному грѣшнику поднять голову до гордой вашей высоты, дабы быть свидѣтелемъ, воскреснете ли вы съ вашими румянами и бѣлилами, съ вашими благовоніями и пышными волосами, и представятъ ли васъ Ангелы Іисусу Христу съ сими свѣтскими нарядами и украшеніями. Нѣтъ сомнѣнія, что если Богъ не одобряетъ роскоши сей здѣсь, то вы обрѣтете ее можетъ быть въ день страшнаго суда, и тѣла ваши будутъ блестѣть тогда тѣми же одеждами, какими вы украшаете ихъ въ семъ мірѣ. Но къ несчастію вашему тѣла и души должны воскреснуть, обнаженныя отъ всякой чуждой примѣси. Что не воскреснетъ съ тѣломъ и душею, то должно быть отринуто, потому что не происходитъ отъ Бога. Отриньте же теперь то, что должны будете тогда отвергнуть, да узритъ васъ Господь и нынѣ такими, какими въ послѣдній день увидитъ.

8. Легко человѣку, скажете вы, а особливо такому, который мало снисходителенъ къ женскому полу, осуждать въ женщинахъ все то, что можетъ дѣлать ихъ пріятными. — Но развѣ одобряю я и въ нашемъ полѣ извѣстныя суетности, не сообразныя съ важностію Религіи? Мужчины одержимы бываютъ такою же страстію нравиться женщинамъ, какъ и женщины мужчинамъ. Въ тѣхъ и въ другихъ порокъ сей вселила испорченная натура. У мужчинъ есть свои снадобья, чтобъ особу свою украшать искуственно. Они любятъ бриться, выдергивать волосы изъ бороды, завиваться, убирать голову, скрывать знаки старости своей, прятать сѣдые волосы, придавать тѣлу своему видъ юности, даже румяниться подобно женщинамъ, выглаживать кожу свою особымъ порошкомъ, смотрѣться безпрерывно въ зеркало, не взирая на то, что оно выказываетъ ихъ слишкомъ вѣрно. Все сіе дѣлается, какъ будьто бы познаніе Бога, воспрещающаго намъ всякое желаніе нравиться и всякую нечистоту, недостаточно было къ тому, чтобы намъ отвергнуть вещи сіи, признавши ихъ безполезными и противными цѣломудрію. Извѣстно, что гдѣ Богъ находится, тамъ присутствуетъ и цѣломудріе вмѣстѣ съ священною степенностію, его сопровождающею. Какимъ же образомъ можетъ торжествовать чистота безъ сихъ оружій, то есть, безъ скромности и степенности? Но равнымъ образомъ какъ намъ употребить и сію степенность въ пользу цѣломудрія, когда лице, одежда и весь составъ нашъ, не будутъ обнаруживать приличной строгости нравовъ?

9. И такъ, въ отношеніи къ вашему одѣянію и къ множеству нарядовъ и прикрасъ вашихъ, вы должны всячески отсѣкать, отвергать и изгонять сію излишнюю для васъ непомѣрную роскошь. Какая для васъ польза, что люди будутъ замѣчать на лицѣ вашемъ признаки Христіанина благочестиваго, смиреннаго, простаго скромнаго, сообразующагося съ правилами Евангелія, между тѣмъ какъ во всѣхъ прочихъ частяхъ вашей наружности выставлять вы станете суетную пышность и не приличную изнѣженность? Легко понять, какъ роскошь сія противна христіанской чистотѣ, и какой путь пролагаетъ она къ величайшимъ безпорядкамъ. Какъ это? Не иначе, какъ осрамляя такъ сказать пріятности красоты посредствомъ нѣги одѣянія. Это такъ справедливо, что безъ помощи сей роскоши, хорошо сложенное лице обыкновенно считается красотою посредственною, непріятною, лишенною прелестей своихъ, такою красотою, которая какъ бы въ разводѣ съ граціями. Напротивъ того при недостаткѣ естественной красоты, люди добавляютъ ее румянами, бѣлилами и другими пособіями. Замѣтно, что даже особы, достигшія возраста спокойствія, и вошедшія въ пристань скромности, не рѣдко все еще поражаются блескомъ и великолѣпіемъ украшеній, и обуреваются сильными пожеланіями, возбуждаемыми пышностію одеждъ, не смотря на холодность ихъ возраста.

Отвергните, вѣрныя служительницы Іисуса Христа, отвергните мужественно всѣ сіи прикрасы и наряды, подобно какъ бы отринули тѣхъ позорныхъ людей, которые торгуютъ дѣвственною чистотою. Если же вы обязаны имѣть уваженіе къ своему роду, качеству и достоинству: то являйтесь съ такимъ скромнымъ великолѣпіемъ, которое бы не было предосудительно для истинной мудрости, внушенной вамъ Евангеліемъ. По крайней мѣрѣ берегитесь, чтобы подъ предлогомъ необходимости, не преступать вамъ границъ, предписываемыхъ Религіею. Какъ можемъ мы показывать на самомъ дѣлѣ смиреніе, составляющее прямую обязанность нашу, когда не сократимъ непомѣрнаго употребленія богатствъ и убранствъ, питающихъ единственно тщеславіе, которое намъ не приличествуетъ?

Развѣ намъ не позволено, возразите вы, пользоваться своимъ имуществомъ? — Но Апостолъ возвѣщаетъ намъ, чтобы мы были требующіи міра сего, яко не требующе; преходитъ бо образъ міра сего (1 Кор. 7, 31). Тамъ же говоритъ онъ, чтобы мы были купующіи, яко не содержаще: время бо прекращено есть прочее. Если же Апостолъ потомъ повелѣваетъ, да и имущіи жены, будутъ якоже не имущіи, по причинѣ краткости времени: то за чѣмъ намъ думать послѣ сего о суетныхъ уборахъ, о коихъ здѣсь рѣчь идетъ? По сему-то самому побужденію многія особы обязываются хранить безпрерывное дѣвство, и для пріобрѣтенія царствія Божія лишаютъ себя такого удовольствія, которое могло бы имъ быть позволено. Другіе люди воздерживаются отъ употребленія вещей, Самимъ Богомъ признанныхъ нужными, какъ то отъ мяса и вина, употребленіе которыхъ не можетъ причинить ни опасности ни угрызенія совѣсти: они предпочитаютъ въ семъ случаѣ покорять и приносить въ жертву Господу душу свою чрезъ подобное умерщвленіе плоти.

Доселѣ вы довольно пользовались богатствами и пріятствами своими, довольно наслаждались плодами естественныхъ своихъ качествъ. Пора послѣдовать спасительнѣйшимъ правиламъ. Мы тотъ возлюбленный народъ, который создалъ Богъ при концѣ вѣковъ. Онъ предназначилъ насъ отъ вѣчности на то, чтобы мы здраво судили о цѣнности времени, дабы, будучи наставлены въ семъ божественномъ ученіи, отметали всѣ излишества вѣка сего. Мы духовно обрѣзаны отъ всѣхъ вещей по духу и по тѣлу, и должны духовно и тѣлесно перемѣнить правила міра сего.

10. Думаете ли вы, что Самъ Богъ научилъ людей искуству окрашивать шерсть сокомъ извѣстныхъ растѣній или масляными частьми извѣстныхъ рыбъ? Вѣроятно въ началѣ міра Онъ забылъ сотворить овецъ красныхъ или голубыхъ, и потому въ послѣдствіи открылъ тайну придавать разные цвѣты тканямъ, дабы ихъ тонину и легковѣсность сдѣлать цѣннѣе. Вѣроятно Онъ же произвелъ сіи золотыя игрушки, блестящія множествомъ драгоцѣнныхъ камней, и проткнулъ вамъ края ушей для привѣски къ нимъ великолѣпныхъ жемчужинъ. Не Онъ ли полно призналъ нужнымъ мучить Свое твореніе и утомлять дѣтей, недовольныхъ своею участію, до того, что изъ прорѣзовъ на тѣлѣ, опредѣленномъ для работы, висятъ какія-то зерна, которыми Парѳяне, народъ варварскій, покрываютъ все свое тѣло въ видѣ ожерелья? Между тѣмъ тоже самое золото, которое приводитъ васъ въ восхищеніе, употребляется иными народами на дѣланіе цѣпей и оковъ; о чемъ ихъ же историки повѣствуютъ. Видно правда, что вещи сіи цѣнятся не потому, что сами по себѣ хороши, а потому, что рѣдки.

Но кто открылъ ихъ? Не иной кто, какъ мятежные ангелы или клевреты ихъ: они первоначально указали людямъ сіи земныя произведенія. Потомъ трудъ и промышленность, совокупно съ ихъ рѣдкостію, содѣлали ихъ еще драгоцѣннѣе отъ безумнаго рвенія къ удовлетворенію роскоши женщинъ. Надобно полагать, что Богъ ввергнетъ въ кромѣшную тьму сихъ злыхъ духовъ между прочимъ и за то, что они указали людямъ сіи опасныя вещества, какъ то: золото, серебро и дѣлаемыя изъ нихъ вещи, и особливо за то, что научили искуству красить ткани и самое лице. Какъ можемъ мы угодить Богу, когда любимъ произведенія тѣхъ, которыхъ правосудіе Его предало вѣчной казни?

Но положимъ, что самъ Богъ даровалъ всѣ сіи вещи, и что Онъ позволилъ употреблять ихъ. Положимъ, что Пророкъ Исаія (3, 16-25) именемъ Господнимъ не вопіялъ противъ женскихъ багряныхъ ризъ, что онъ не порочилъ ихъ златыхъ вплетеній, перстней, монистъ и запястій, что онъ ничего не сказалъ на счетъ множества другихъ ихъ суетныхъ украшеній. Не уже ли же не должны мы отличаться отъ язычниковъ, и преимуществовать надъ ними въ томъ, что для нихъ драгоцѣнно! Вспомнимъ, что у насъ нѣтъ инаго Господа и наставника, кромѣ истиннаго Бога, и что Онъ ревнивъ, когда кто преступаетъ божественное Его ученіе. Убѣдимся, какъ и слѣдуетъ, что сей божественный Строитель съ самаго начала міра учредилъ все премудрымъ образомъ, и для испытанія добродѣтели вѣрныхъ Своихъ учениковъ расположилъ такъ металлы и минераллы, чтобы данная имъ свобода пользоваться ими могла умножать заслуги ихъ по мѣрѣ того, какъ они станутъ лишать ихъ себя. Не случается ли иногда, что умный отецъ семейства нарочно выставляетъ наружу нѣкоторыя цѣнныя вещи для испытанія вѣрности слугъ своихъ? Счастливы они, если покажутъ знаки своей честности и воздержанія. Но сколь достохвальнѣе тотъ слуга, который отказывается и отъ того, что ему предоставлено, и который даже боится излишней снисходительности своего господина! Таково мнѣніе и Апостола: вся ми лѣть суть, говоритъ онъ, но не вся назидаютъ (1 Кор. 10, 23). Во сколько кратъ болѣе будемъ мы опасаться употреблять запрещенныя вещи, когда пріучимся страшиться пользоваться вещами позволенными?

11. Скажите: какую причину имѣете вы являться въ великолѣпномъ нарядѣ, когда вы разлучены съ другими женщинами, имѣющими надобность въ немъ по такимъ побужденіямъ, которыя до васъ не касаются? Вы не посѣщаете языческихъ храмовъ, не присутствуете на ихъ зрѣлищахъ, не бываете на празднествахъ боговъ. Обыкновенные же поводы расточать такую пышность въ одеждѣ состоятъ именно въ томъ, чтобы находиться въ собраніяхъ, чтобы видѣть другихъ и себя показать, чтобы блеснуть суетнымъ тщеславіемъ, чтобы выставить на продажу цѣломудріе. Но вамъ, вѣрныя служительницы Господни, вамъ предлежатъ иныя спасительныя побужденія выходить изъ дому: вы должны или посѣщать больныхъ, или присутствовать при богослуженіи, или приходить слушать слово Божіе. Все сіе суть упражненія благочестивыя, воздержныя и скромныя. Для сего не нужны ни чрезвычайныя, ни великолѣпныя съ длинными хвостами одѣянія. Если благопристойность, дружба или обязанность заставятъ васъ посѣтить языческихъ дамъ: то почему не являться вамъ къ нимъ съ своею простотою, тѣмъ болѣе, что вы хотите слѣдовать по пути вѣры? Чрезъ сіе покажете вы существенное различіе между служительницами истиннаго Бога и служительницами діавола. Вы послужите имъ назидательнымъ примѣромъ. Прославите убо Бога, говоритъ Апостолъ, въ тѣлесѣхъ вашихъ (1 Кор. 6, 20). Если же Богъ прославляется сохраненіемъ чистоты: то Онъ прославляется также и пристойною одеждою и приличнымъ поведеніемъ.

Мнѣ извѣстны еще другія возраженія нѣкоторыхъ женщинъ. Мы боимся, говорятъ онѣ, чтобъ имя Божіе не подверглось хулѣ, когда мы откажемся отъ прежнихъ уборовъ. — Руководствуясь симъ правиломъ, мы стало быть не должны отказываться и отъ прежнихъ пороковъ; мы стало быть должны сохранить тѣ же нравы, потому что хотимъ сохранить туже наружность; и тогда-то вѣроятно народы не станутъ хулить имени Божіяго. Подлинно великая хула, когда кто скажетъ о комъ либо изъ васъ: эта женщина стала скромнѣе, сдѣлавшись Христіанкою! Какъ! Не уже ли вы боитесь прослыть бѣднѣе, сдѣлавшись богаче, или показаться небрежнѣе, ставши почтеннѣе? Христіанинъ долженъ ли слѣдовать правиламъ языческимъ, или правиламъ Божіимъ?

12. Намъ должно опасаться, чтобы не подать справедливѣйшаго предлога къ хулѣ. Дѣйствительно можетъ ли что быть соблазнительнѣе, какъ видѣть христіанскихъ женъ, которыя, нося званіе священныхъ хранительницъ чистоты, являются публично разодѣтыми и разрумяненными подобно блудницамъ? Какое тогда будетъ различіе между вами и сими несчастными жертвами нечистоты? Строгость законовъ отдѣляла ихъ прежде отъ замужнихъ женщинъ, и запрещала имъ носить наряды знатныхъ особъ; но нынѣ своевольство вѣка сего, усиливаясь вседневно, равняетъ сихъ мерзавицъ съ знаменитѣйшими дамами, такъ что нельзя уже и распознать однѣхъ отъ другихъ. Священное Писаніе вразумляетъ насъ, что наряды и раскрашиваніе лица знаменуютъ любодѣяніе тѣла. Господь, наименовавъ великую любодѣицу, сѣдящую на водахъ многихъ, даетъ ей и одѣяніе, сообразное съ ея именемъ: и бѣ жена, сказано, облечена въ порфиру и въ червленицу (Апок. 17, 2-4): одѣяніе подлинно проклятое; безъ чего не была бы она и названа мерзкою любодѣйцею. Іуда, сынъ Іаковль, увидѣвши Ѳамарь, сѣдящую предъ враты Енани, облеченную въ ризу лѣтнюю и украшенную (Быт. 38, 14), не смотря на то, что лице ея было подъ покрываломъ, тотчасъ догадался, что она блудница: по качеству одѣянія узналъ онъ, какое ея занятіе. Опытъ вскорѣ показалъ ему, что онъ не ошибся. Все сіе насъ убѣждаетъ въ томъ, что мы всячески должны стараться не подавать своею внѣшностію повода къ дурному заключенію о нашей добродѣтели. Къ чему послужитъ непорочность души, подозрѣваемая другими? За чѣмъ доставлять другимъ предлоги къ преступническому пожеланію того, чѣмъ сами мы гнушаемся? Почему одежда наша не должна быть свидѣтельствомъ нашихъ нравовъ, дабы отнять у безстыдства всякой поводъ къ очерненію души? Позволено казаться цѣломудреннымъ, но запрещено казаться безстыднымъ.

13. Иная изъ васъ можеть быть скажетъ мнѣ: я не имѣю нужды въ одобреніи людей, свидѣтельство ихъ мало меня безпокоитъ, Богъ видитъ сердце мое, Онъ одинъ мой судія. — Пусть и такъ; но вспомнимъ, чтó говоритъ на сей счетъ Апостолъ: кротость ваша разумна да будетъ всѣмъ человѣкомъ (Флп. 4, 5). На какой конецъ? Не на тотъ ли, чтобы злоба не могла найти ничего противнаго въ нашемъ поведеніи, и чтобы добрый нашъ примѣръ служилъ злымъ людямъ какъ бы укоризною? Какой также смыслъ заключается въ сихъ словахъ: да просвѣтится свѣтъ вашъ предъ человѣки, яко да видятъ ваша добрая дѣла (Матѳ. 5, 16). Для чего Іисусъ Христосъ называетъ насъ свѣтомь міра? Для чего сравниваетъ онъ насъ съ градомъ иже не можетъ укрытися верху горы стоя? Не для того ли, чтобы мы просвѣщали людей, находящихся во тьмѣ, и возвышались надъ людьми, погруженными въ пороки? Да и въ самомъ дѣлѣ когда вы будете ставить свѣтильникъ подъ спудомъ: то всякой будетъ имѣть право обвинять васъ въ преступномъ небреженіи, потому что вы какъ бы гасите сей свѣтильникъ.

Свѣтильниками міра мы становимся отъ добрыхъ нашихъ дѣлъ, дѣла же сіи, когда онѣ истинно хороши, не любятъ мрака: онѣ должны быть обнаруженными, и приличіе требуетъ, чтобы другіе ихъ знали и видѣли. Посему для Христіанина не довольно быть цѣломудреннымъ: надобно ему такимъ и казаться. Чистота сія, если смѣю сказать, такъ должна быть изобильна, чтобъ изъ сердца изливалась на платье, и изъ внутренности орошала всю особу. Она такимъ образомъ оградитъ цитадель внутренности надежными укрѣпленіями внѣшности, и съ бóльшею безопасностію сохранитъ вѣрность, подобающую Богу. Надлежитъ совершенно отказаться отъ всякой нѣги, обезсиливающей строгую добродѣтель.

Впрочемъ я не знаю, въ состояніи ли рýки, привыкшія къ запястьямъ, поднять тяжесть оковъ. Сомнѣваюсь, чтобы ноги, столь часто носившія шелковыя подвязки, могли перенесть боль отъ веревочнаго вязанія ихъ. Боюсь, чтобы голова, покрытая изумрудами и брилліантами, не отступила подло отъ меча, которымъ мы ежечасно угрожаемся. А потому, вѣрныя служительницы Іисуса Христа, привыкайте къ самотруднѣйшимъ вещамъ, и вы не ощутите ихъ при случаѣ. Откажитесь отъ удовольствій и нарядовъ, и вы не пожалѣете о нихъ нѣкогда. Будьте всегда готовы переносить жесточайшіе удары, и не имѣйте ничего такого, съ чѣмъ тяжело бы было вамъ растаться. Всѣ блага міра сего не иное что суть, какъ цѣпи, задерживающія полетъ нашей надежды. Отвергнемъ всѣ сіи земныя украшенія, если хотимъ блистать на небесахъ.

Остерегайтесь любить пагубное золото, которымъ запечатлѣно главное преступленіе Израильтянъ (Исх. 32, 2-6). Вамъ должно ненавидѣть то, что погубило Іудеевъ, заставивъ ихъ оставить Бога для поклоненія творенію рукъ своихъ. Впрочемъ время Христіанъ всегда, и особенно нынѣ, есть вѣкъ желѣзный, а не золотый. Намъ готовятся мантіи мученичества: Ангелы насъ въ нихъ какъ бы уже облекаютъ. Предстаньте же предъ нихъ, отличаясь красою и пріятствами Апостоловъ. Простота и цѣломудріе да будетъ единственнымъ вашимъ убранствомъ. Начертите на глазахъ своихъ смиренную скромность, происходящую отъ благоустроенной внутренности. Привяжите слово Божіе къ ушамъ, а иго Христово къ шеѣ своей. Покаряйтесь мужьямъ: сего довольно для вашего украшенія. Занимайте руки свои пряденіемъ, и удерживайте ваши ноги въ кругу домовъ вашихъ: ноги ваши отъ того сдѣлаются болѣе красивы, чѣмъ отъ избытка золота. Исполняйтесь радостію мудрости, святости и чистоты. Если вы такъ себя изукрасите: то самъ Богъ будетъ вашимъ вѣрнымъ и вѣчнымъ подружіемъ.

Примѣчаніе:
[1] Сочинено въ 205 году по Р. X.

Источникъ: Творенія Тертулліана, христіанскаго писателя въ концѣ втораго и въ началѣ третьяго вѣка. Часть вторая. / Пер. Е. В. Карнеева. — СПб.: Въ типографіи Е. Фишера, 1847. — С. 172-192.

Назадъ / Къ оглавленію раздѣла / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0