Святоотеческое наследие
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Святоотеческое наслѣдiе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Святые по вѣкамъ

Изслѣдованiя
-
I-III вѣкъ
-
IV вѣкъ
-
V вѣкъ
-
VI-X вѣкъ
-
XI-XV вѣкъ
-
Послѣ XV вѣка
-
Acta martyrum

Святые по алфавиту

Указатель
-
Свт. Іоаннъ Златоустъ
А | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л
-
М | Н | О | П | Р
-
С | Т | Ф | Х | Э
-
Ю | Ѳ
Сборники

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - пятница, 26 мая 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 14.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

IV ВѢКЪ

Арнобій († ок. 327 г.)

Арнобій — раннехристіанскій богословъ и апологетъ IV вѣка, авторъ сочиненія «Противъ язычниковъ» («Adversus nationes» или «Adversus gentes»). По свидѣтельству блаж. Іеронима, до обращенія въ христіанство Арнобій преподавалъ риторику въ нумидійскомъ г. Сикка (Sicca Veneria). Въ число его учениковъ входилъ знаменитый впослѣдствіи апологетъ Лактанцій (Hieron. De vir. illustr. 79, 80; Chron. ad a. 2340; Ep. 58. 10). По разсказу самого Арнобія, первоначально онъ былъ ярымъ противникомъ христіанства, пока подъ дѣйствіемъ откровенія, полученнаго во снѣ, не увѣровалъ во Христа (Adv. nat. I, 39). Желая изложить епископу, который долженъ былъ его крестить, свое христіанское вѣроисповѣданіе, онъ написалъ семь томовъ подъ заглавіемъ «Adversus nationes», гдѣ опровергаетъ обвиненія язычниковъ противъ христіанства. Написано это сочиненіе ок. 305 г. † Арнобій ок. 327 г. Въ XIX в. лучшія изданія были сдѣланы Орелли (2 т., Лейпцигъ, 1816), Гильдебрандомъ (Галле, 1844), Эллеромъ (Лейпцигъ, 1846) и Рейффершейдомъ (Вѣна, 1875). Русскій переводъ съ примѣчаніями издалъ Н. М. Дроздовъ (Кіевъ, 1917).

Творенія

Арнобій († ок. 327 г.)
Семь книгъ противъ язычниковъ (Adversus nationes)
[1].

Книга первая.

2. Итакъ разсмотримъ смыслъ этого мнѣнія и значеніе (quale set) тѣхъ словъ и, устранивъ всякую наклонность къ препирательствамъ, чрезъ которыя обыкновенно затемняется и прикрывается разсмотрѣніе дѣлъ, изслѣдуемъ чрезъ разборъ соотвѣтствующихъ пунктовъ, справедливо ли то, что говорятъ [противъ насъ]. Ибо изъ послѣдовательнаго ряда доводовъ будетъ безъ сомнѣнія вытекать заключеніе, что не столько мы безбожники (impii), сколько тѣ самые оказываются виновными въ этомъ преступленіи, которые выдаютъ себя за почитателей боговъ и за приверженцевъ укоренившихся религій. И прежде всего просто и спокойно обратимся къ нимъ съ слѣдующими вопросами: послѣ того, какъ получило начало на землѣ имя христіанской религіи, что необычайнаго, что неизвѣстнаго, что вопреки законамъ, изначала установленнымъ, испытала или потерпѣла самая такъ называемая природа? Развѣ тѣ первичные элементы, изъ которыхъ, по всеобщему мнѣнію, все образовалось, измѣнили свои качества въ противоположныя? Развѣ строй того огромнаго чуднаго сооруженія (machinae) [6], которое надъ всѣми нами простирается и всѣхъ насъ окружаетъ, ослабѣлъ или разрушился въ какой-либо части? Развѣ вращеніе небеснаго свода (mundi) оставило мѣру (moderamen) первоначальнаго движенія и начало или слишкомъ медленно тянуться или нестись съ головокружительною быстротою? Развѣ восхожденіе звѣздъ нáчало происходить на западѣ, а захожденіе свѣтилъ на востокѣ? Развѣ главное изъ свѣтилъ, самое солнце, свѣтомъ котораго все облекается и теплотою котораго все оживляется, перестало пылать (exarsit) или охладѣло и измѣнило обычную температуру въ противоположныя свойства? Развѣ луна перестала возобновляться и, постоянно возстановляя новыя формы, переходить въ прежнія? Развѣ холодъ, развѣ тепло, развѣ средняя температура неодинаковыхъ временъ [года] перепутались и исчезли? Развѣ зима начала имѣть длинные дни, а лѣтнія ночи слишкомъ поздно возобновлять [дневной] свѣтъ? Развѣ вѣтры утратили свою способность дуть и, по прекращеніи дуновеній ихъ, небо не покрывается облаками и поля не орошаются дождями? Земля отказывается принимать ввѣренныя ей сѣмена и деревья не хотятъ покрываться листьями? Измѣнился вкусъ съѣдобныхъ плодовъ и винограднаго сока? Изъ масличчныхъ ягодъ выжимается отвратительная жижа (cruor) и не служитъ она для поддержанія угасшаго свѣта? Животныя, привыкшія къ сушѣ, равно какъ и живущія въ водѣ, не испытываютъ полового влеченія, не беременѣютъ и не оберегаютъ плоды чрева своего свойственными имъ способами и сообразно съ своими обычаями? Наконецъ, самые люди, разсѣявшіеся съ самаго начала своего происхожденія (prima incipiensque nativitas) [7] по двумъ обитаемымъ [8] поясамъ (oras) земнымъ, развѣ не вступаютъ въ брачные союзы съ соблюденіемъ установленныхъ обычаемъ формальностей? Развѣ они не производятъ на свѣтъ дорогихъ [для нихъ] потомковъ — дѣтей? Не занимаются ли они дѣлами общественными, частными и домашними? Не примѣняютъ ли они, какъ кому угодно, свои таланты къ различнымъ родамъ искусствъ и наукъ и не получаютъ ли выгодъ (usuras) отъ своего усердія и старанія? Не господствуютъ ли, не повелѣваютъ ли тѣ, которымъ это опредѣлено судьбою? Не возрастаетъ ли ежедневно достоинство и власть ихъ, не предсѣдательствуютъ ли они на судѣ при разборѣ дѣлъ и не истолковываютъ ли законы и права? Не совершаютъ ли всѣ все прочее, чѣмъ ограждается (succingitur) и поддерживается жизнь человѣческая, сообразно съ издавна уставовившимися среди ихъ народовъ обычаями?

3. Такъ какъ таково положеніе вещей и въ нихъ не вторглось ничего новаго, что, разрушивъ постоянную связь ихъ, прекратило бы непрерывное продолженіе существовавшихъ, то чтó хотятъ сказать, когда говорятъ, что послѣ того, какъ христіанская религія появилась въ мірѣ, и открыла тайны сокровенной истины, земля стала подвергаться гибели? Но, говорятъ, моровыя язвы, засухи, войны, недостатокъ полевыхъ плодовъ, саранчу, мышей, градъ и другія бѣдствія (noxias), постигающія жизнь человѣческую (negotia humana), посылаютъ намъ боги, будучи раздражены вашими беззаконіями и оскорбленіями. Если бы не было глупостью долѣе останавливаться на томъ, что ясно и не требуетъ никакой защиты, то я, напомнивъ о прежнихъ вѣкахъ, навѣрное доказалъ бы, что тѣ злоключенія, о которыхъ вы говорите, не были неизвѣстными и что не внезапно послѣ того, какъ нашъ народъ [9] удостоился счастія получить это наименованіе, вторглись эти бѣдствія, и человѣчество (mortalia) начали постигать разнаго рода бѣды. Ибо если мы служимъ причивою и если по причинѣ нашего преступленія изысканы эти пагубныя явленія (pestes), то откуда древность [10] узнала эти названія бѣдствій, откуда дала наименованіе воинамъ? Какимъ образомъ она могла обозначить моровую язву, градъ или принять въ область своихъ словъ, чрезъ которыя развивался языкъ (oratio)? Ибо если эти злоключенія новы и имѣютъ причины въ оскорбленіяхъ, бывшихъ въ послѣднее время [11], то образомъ могло произойти то, что она [12] образовала слова для [обозначенія] того, чего она сама не испытывала и о чемъ не знала, какъ о бывшемъ въ какія-либо времена предковъ? Говорятъ: «скудость полевыхъ плодовъ и недостатокъ хлѣба слишкомъ часто постигаютъ насъ (angustiae frumentariae artius nos habent)». Но древніе и самые отдаленные вѣка были ли когда-либо свободными отъ этой нужды? Самыя названія, которыми обозначаются эти бѣдствія, не свидѣтельствуютъ ли и не говорятъ ли громко о томъ, что никто изъ смертныхъ никогда не былъ свободенъ отъ нихъ? Если же было бы трудно повѣрить этому, то мы могли бы представить свидѣтельства писателей о томъ, какъ многіе, какъ часто и какіе народы испытали ужасный голодъ и вслѣдствіе частыхъ опустошеній (aggerata vastatione) погибли. «Весьма часто бываетъ градъ, который все уничтожаетъ» [13]. Но не находимъ ли мы въ памятникахъ древней письменности изложеній и описаній того, какъ даже каменные дожди часто опустошали цѣлыя страны? «Недостатокъ дождей причиняетъ гибель посѣвамъ и предвѣщаетъ полямъ (terris) безплодіе». Но была ли древность свободна отъ этихъ бѣдствій, когда мы знаемъ, что даже большія рѣки изсякали до такой степени, что илъ высыхалъ? «Заразительныя повальныя болѣзни губятъ (urunt) родъ человѣческій». Просмотрите лѣтописи, написанныя на разныхъ языкахъ, и вы узнаете, что всѣ страны часто опустошались и лишались своихъ жителей. «Саранча и мыши уничтожаютъ и поѣдаютъ всѣ роды полевыхъ плодовъ». Пробѣгите свою исторію, и вы ознакомитесь съ тѣмъ, какъ часто люди въ прежнее время подвергались этимъ язвамъ и доходили до жалкой нищеты. «Отъ весьма сильныхъ землетрясеній городá колеблются и погибаютъ». Но прежнія времена не видѣли ли городá вмѣстѣ съ жителями, поглощенными въ огромныхъ разсѣлинахъ и были ли они обезпеченными отъ подобнаго рода несчастій? [14]

4. Когда родъ человѣческій былъ истребляемъ наводненіями? Не ранѣе ли нашего времени (non ante nos)? Когда міръ былъ превращаемъ огнемъ въ прахъ и пепелъ? Не ранѣе ли нашего вренени? Когда величайшіе города были покрыты морскими волнами? [15] Не ранѣе ли нашего времени? Когда воевали съ дикими звѣрями и боролись со львами? Не ранѣе ли нашего времени? Когда народы подвергались гибели отъ ядовитыхъ змѣй? [16] Не ранѣе ли нашего времени? — Такъ какъ вы обыкновенно ставите намъ въ упрекъ причины частыхъ войнъ, опустошенія городовъ, вторженія германцевъ и скиѳовъ, то, съ вашего позволенія а добраго согласія, я могъ бы сказать, что, вслѣдствіе страсти къ оклеветанію, вы не замѣчаете того, какое значеніе имѣютъ ваши слова.

5. Развѣ мы были причиною того, что за десять тысячъ лѣтъ, какъ описываетъ Платонъ [17], съ острова, признаваемаго за Атлантиду Нептуна, ринулась огромная масса людей и совершенно истребила и уничтожила безчисленные народы? Развѣ вслѣдствіе ненависти къ намъ [18] произошло то, что нѣкогда между ассиріянами и бактрійцами подъ предводительствомъ Нина и Зороастра велась война не только посредствомъ оружія и военныхъ силъ, но также при помощи тайныхъ наукъ маговъ и халдеевъ? [19] Развѣ имѣло связь съ преступностію нашей религіи то, что Елена была похищена подъ руководствомъ и по поощренію боговъ и была зловѣщею для своихъ и роковою для послѣдующихъ временъ? Развѣ вслѣдствіе оскорбленія нашимъ именемъ [20] произошло то, что страшный (immanis) Ксерксъ вводилъ море въ сушу и пѣшкомъ переходилъ черезъ моря? [21] Развѣ мы причинили и вызвали то, что одинъ юноша, происшедшій изъ предѣловъ Македоніи [22], завоевалъ и поработилъ царства и народы Востока? Развѣ мы привели боговъ (numina) въ такую ярость, что впослѣдствіи [23] римляне, подобно нѣкоему бурному потоку, наводнили и поглотили всѣ народы? И если нѣтъ никого изъ людей, кто рѣшился бы то, что уже давно произошло, ставить въ вину нашимъ временамъ, то какимъ образомъ мы можемъ служить причинами современныхъ бѣдствій, когда не происходитъ ничего новаго, но все старо и не было неизвѣстнымъ въ какое-либо изъ прежныхъ временъ?

6. Впрочемъ не трудно доказать, что тѣ войны, которыя, по вашимъ словамъ, вызываются ненавистью къ нашей религіи, не только не увеличились послѣ того, какъ въ мірѣ услышали Христа, но большею частью даже уменьшились вслѣдствіе обузданія неистовствъ. Ибо такъ какъ мы, составляющіе такое множество людей, усвоили изъ Его наставленій и заповѣдей то, что не должно воздавать зломъ за зло (сн. Матѳ. 5, 39; 1 Петр. 3, 9; Рим. 12, 17; 1 Сол. 5, 15), что лучше перенести, нежели нанести обиду (сн. 1 Кор. 6, 7), что предпочтительнѣе свою кровь пролить, нежели чужою запятнать руки и совѣсть, то неблагодарный міръ (orbis) уже давно облагодѣтельствованъ Христомъ, благодаря Которому дикая ярость смягчилась и начала удерживать руки враговъ отъ пролитія крови родственныхъ существъ. И если бы всѣ вообще тѣ, которые сознаютъ, что они люди не по тѣлесному виду, а по разумности, захотѣли нѣсколько внять Его спасительнымъ и умиротворяющимъ заповѣдямъ (decretis) и если бы они, вслѣдствіе гордости и высокомѣрнаго превозношенія, не вѣрили болѣе своимъ чувствамъ, чѣмъ Его наставленіямъ, то давно уже весь міръ (orbis), обративъ употребленіе желѣза на болѣе мирныя занятія (сн. Ис. 2, 4), жилъ бы вполнѣ тихо и спокойно и находился бы въ спасительномъ взаимномъ согласіи, свято и ненарушимо соблюдая договоры.

7. «Но», говорятъ, «если чрезъ васъ не причиняется никакого вреда положенію людей, то откуда эти бѣдствія, которыми уже давно угнетается и отъ которыхъ страдаетъ жалкое человѣчество (mortalitas)?» Ты требуешь отъ меня рѣшенія, въ которомъ нѣтъ никакой нужды для настоящаго дѣла. Ибо настоящее, находящееся въ рукахъ изслѣдованіе предпринято мною не для того, чтобы объяснять или доказывать, отъ какихъ причинъ или основаній происходитъ всякое явленіе (res), а съ тою цѣлью, чтобы показать, что столь великая и ужасная вина [какая приписывается намъ], чужда намъ. Если я выполняю и дѣлаю это (quod si praesto, si facio) [24] и если чрезъ отличныя доказательства выясняется истинное положеніе дѣла, то мнѣ нѣтъ дѣла до того, отчего происходятъ эти бѣдствія или изъ какихъ источниковъ и основаній они проистекаютъ.

8. Однако, чтобы не показалось, что я совершенно ничего не могу представить въ отвѣтъ на вопросъ о томъ, чтó я думаю объ этихъ вещахъ, я могу сказать: чтó, если первичная матерія, распредѣленная по четыремъ элементамъ, заключаетъ и скрываетъ въ своихъ опредѣленныхъ законахъ (rationibus) причины всѣхъ бѣдствій? Что, если движенія свѣтилъ соотвѣтственно извѣстнымъ знакамъ зодіака, частямъ, временамъ и положенію звѣздъ (lineis) производятъ эти бѣдствія и тѣмъ, которые имъ подчинены, приносятъ неизбѣжность разнаго рода опасностей? Что, если въ опредѣленныя времена происходитъ перемѣна вещей и, подобно тому, какъ при морскихъ приливахъ, то наступаетъ счастливое состояніе, то оно отступаетъ назадъ и счастіе смѣняется несчастіемъ? Что, если тотъ осадокъ матеріи, который мы топчемъ своими нагами, испускаетъ, по свойственному ему закону, весьма вредныя испаренія, и испорченный ими воздухъ заражаетъ тѣла и ослабляетъ дѣятельность людей? Что, если, — и это наиболѣе близко въ истинѣ, — все, кажущееся намъ бѣдственнымъ (adversum), не есть зло для самого міра, и мы, судя (statuentes) о происходящемъ соотвѣтственно собственной пользѣ, винимъ естественныя явленія влѣдствіе несправедливаго мнѣнія о нихъ? Великій Платонъ, глава и столпъ философовъ, въ своихъ сочиненіяхъ (commentariis) [25] говоритъ объ извѣстныхъ страшныхъ потопахъ и міровыхъ пожарахъ, какъ объ очищеніи земли, и этотъ мудрый мужъ не убоялся назвать уничтоженіе рода человѣческаго, разореніе, разрушеніе, погибель и смерть обновленіемъ вещей и сравнить это съ возстановленіемъ какъ бы юношескихъ силъ.

9. Говорятъ: «небо не даетъ дождя и мы страдаемъ отъ какого-то недостатка хлѣба». Почему же ты требуешь, чтобы стихіи служили твоимъ нуждамъ, и что времена года должны примѣняться къ твоимъ удобствамъ, чтобы ты могъ жить пріятнѣе и роскошнѣе? Что, если бы любитель мореплаванія сталъ такимъ образомъ жаловаться на то, что уже давно нѣтъ вѣтровъ и что они перестали дуть? Неужели изъ-за этого слѣдуетъ сказать, что это безвѣтріе (tranquillitas) въ мірѣ гибельно, какъ мѣшающее желаніямъ мореплавателей (vectoribus)? Что, если бы кто-либо, привыкшій отъ солнца загорать и получать сухощавость (siccitatem) для тѣла, сталъ на подобнаго рода основаніи жаловаться на то, что скопляющіяся дождевыя облака лишили его пріятности ясной погоды? Неужели изъ-за этого слѣдуетъ говорить, что облака, нависающія въ видѣ покрова, враждебны, какъ не допускающія безполезнаго удовольствія дѣлаться смуглымъ отъ жары (rutilare se flammis) [26] и пользоваться предлогами для попоекъ? Обо всѣхъ этихъ явленіяхъ, происходящихъ и случающихся въ этомъ громадномъ мірѣ, должно судить не по нашимъ мелочнымъ удобствамъ, а сообразно законамъ и порядку природы.

10. И если случается что-либо такое, что имѣетъ неблагопріятное вліяніе на насъ самихъ или на наше состояніе, то отсюда не слѣдуетъ, что это есть зло и что оно должно считаться пагубнымъ. Идетъ въ мірѣ дождь или не идетъ, для него самого [27] дождь идетъ или не идетъ, и, — чего ты, можеть быть, не знаешь, — или уменьшается чрезъ осушающій жаръ слишкомъ большая влажность, или умѣряется чрезъ проливные дожди слишкомъ долго продолжающаяся засуха. Указываютъ на моры, болѣзни, голодъ и другіе пагубные виды бѣдствій: откуда ты можешь знать, не устраняется ли такимъ образомъ то, что было излишнимъ, чтобы чрезъ эту убыль положить предѣлъ излишествамъ?

11. Ты осмѣливаешься, можетъ быть, сказать, что то и то составляетъ въ мірѣ зло, хотя не можешь объяснить и раскрыть ни происхожденія, ни причинъ его, и такъ какъ это препятствуетъ, можетъ бытъ, твоимъ наслажденіямъ и прихотямъ, то ты называешь его пагубнымъ и бѣдственнымъ (asperum)? Что же? Такъ какъ холодъ неблагопріятенъ для твоихъ членовъ и обыкновенно охлаждаетъ и сдерживаетъ (constringere) [28] жаръ въ твоей крови, то неужели поэтому не должна быть зима въ мірѣ? И такъ какъ ты не можешь выносить и выдерживать (sustinere [29], perferre) палящихъ солнечныхъ лучей, то неужели лѣто должно быть устранено изъ года и должна быть вновь организована (ordinanda) другая природа по другимъ законамъ? Чемерица служитъ ядомъ для людей: неужели поэтому она не должна расти? Волкъ устраиваетъ засаду при овчарняхъ: неужели природа виновна въ томъ, что произведа столь вредное для овецъ (lanitiis) животное? Змѣя укушеніемъ лишаетъ жизни: неужели ты можешь проклинать [30] начало бытія (primordiis rerum) за то, что къ одушевленнымъ твореніямъ (genituris) были присоединены столь жестокія чудовища (prodigia)?

12. Это — слишкомъ большое высокомѣріе, что ты, не будучи господиномъ себя самого и принадлежа другому, хочешь предписывать условія болѣе могущественнымъ, чтобы было то, чего ты желаешь, а не то, что ты засталъ издавна устроеннымъ и твердо установленнымъ. Поэтому если вы, люди, желаете, чтобы ваши жалобы были умѣстными, то предварительно должны узнать, откуда вы происходите и кто вы таковы, для васъ ли былъ созданъ и устроенъ міръ или вы пришли въ него изъ другихъ странъ, какъ поселенцы (inquilini). Такъ какъ вы не можете сказать и не въ состояніи объяснить, для чего вы живете подъ этимъ небеснымъ сводомъ, то перестаньте думать, что что-либо относится къ вамъ, потому что все происходящее не ради чего-либо въ отдѣльности происходитъ, но клонится и относится къ цѣлому во всей его совокупности.

13. Говорятъ: «изъ-за христіанъ боги посылаютъ всякаго рода бѣдствія и причиняется небожителями (ab superis) гибель плодамъ». Спрашиваю: говоря это, не замѣчаете ли, что вы безстыдно клевещете, [допуская] явную и очевидную ложь? Почти триста лѣтъ, — нѣсколько менѣе или болѣе, — прошло съ того времени, какъ мы начали быть и называться (censeri) на землѣ христіанами: неужели во всѣ эти годы были безпрерывныя войны и постоянное безплодіе, и не было никакого мира на землѣ, никакой дешевизны или обилія продуктовъ (rerum)? Вѣдь тому, кто обвиняетъ насъ, прежде всего, слѣдуетъ доказать то, что эти бѣдствія были постоянными и безпрерывными, что никогда человѣчество (mortalia) совсѣмъ не имѣло отдыха (respirasse) отъ нихъ и безъ всякой, какъ говорится, передышки (sine ullis feriis) [31], переносило разнообразные виды опасностей.

14. Напротивъ того, мы видимъ, что въ эти годы и въ теченіе этихъ временъ одержаны безчисленныя побѣды надъ побѣжденными врагами, расширены предѣлы имперіи и покорены такіе народы, имя которыхъ [прежде] было неизвѣстно (inauditi nomiois), часто были весьма большіе годовые урожаи, дешевизна и изобиліе продуктовъ (rerum) такіе, что торговля, вслѣдсгвіе упадка значенія цѣнъ, приходила въ застой (stuperent) [32]. Да и какъ міръ могъ бы существовать (res agi) и родъ человѣческій (genus mortalium) продолжаться до настоящаго времени, если бы общее плодородіе не доставляло всего того, чего требуетъ жизнь (usus)?

15. Были, однако, иногда времена оскудѣнія (in necessitatibus) но они снова умѣрялись чрезъ изобиліе; были ведены нѣкоторыя войны вопреки желанію, но они вознаграждались (correcta) потомъ побѣдами и успѣхами. Что же? Неужели мы должны сказать, что боги то помнятъ, то снова не помнятъ о причиняемыхъ имъ нами оскорбленіяхъ? Если говорятъ, что во время голода они гнѣваются, то отсюда слѣдуетъ, что во время изобилія они не бываютъ гнѣвающимися и немилостивыми, и это приводитъ къ такому заключенію, что они, съ смѣшнымъ непостоянствомъ (ludicris vicibus), то оставляютъ гнѣвъ, то снова возвращаются къ нему и постоянно приходятъ въ прежнее состояніе вслѣдствіе воспоминанія объ оскорбленіяхъ или забвенія о нихъ (vel oblivione[33].

16. Впрочемъ, невозможно понять и ясно представить себѣ (explicabili conprehensione cognosci) смыслъ тѣхъ словъ. Если [боги] потому восхотѣли, чтобы вполнѣ были побѣждены аламанны (alamannos) [34], персы и скиѳы, что въ ихъ странахъ (gentibus) находились и жили христіане; то какимъ образомъ они даровали побѣду римлянамъ, хотя такъ же и въ ихъ странахъ (gentibus) находились и жили христіане? Если они восхотѣли, чтобы въ Азіи [35] и Сиріи чрезвычайно размножились мыши и саранча потому, что такъ же въ этихъ странахъ жили христіане; то почему въ то же время нисколько не появилось ихъ въ Испаніи и Галліи, хотя такъ же и въ этихъ провинціяхъ жили безчисленные христіане? Если по этой же причинѣ у гетуловъ и пентаполійцевъ (quinquegentanos) [36] они послали бездождіе и засуху для посѣвовъ; то почему въ тотъ годъ они дали маврамъ и нумидійцамъ (nomadibus) [37] богатѣйшій урожай, хотя такая же религія была распространенною такъ же и въ этихъ странахъ? Если изъ отвращенія къ нашему имени [38] они въ какомъ-либо государствѣ погубили весьма многихъ голодомъ, то почему тамъ же вслѣдствіе дороговизны хлѣба они сдѣлали не только не принадлежащихъ къ нашему обществу, но такъ же и христіанъ болѣе богатыми и очень состоятельными? Итакъ, или всѣ ни въ чемъ не должны имѣть счастія (laetum), если мы служимъ причиною бѣдствій, потому что мы находимся среди всѣхъ народовъ, или, — такъ какъ вы видите, что счастіе перемѣшано съ несчастіемъ, — перестаньте приписывать намъ то, что вредитъ вашему состоянію (res vestras), потому что мы нисколько не препятствуемъ счастію и благополучію. Ибо если я причиняю то, что бываегъ худо, то почему я не мѣшаю тому, чтобы было хорошо? Если я (meum nomen) служу виновникомъ великой скудости, то почему я нисколько не мѣшаю тому, чтобы было величайшее плодородіе? Если меня называютъ виновникомъ судьбы, приносящей пораженіе въ войнахъ то почему я не служу неблагопріятнымъ предвѣщаніемъ, когда враги погибаютъ, и чрезъ зловѣщее значеніе худого предзнаменованія не измѣняю благопріятныя обстоятельства въ неблагопріятныя?

17. И однако почему вы, великіе почитатели и служители (antistites) божествъ, утверждаете, что эти святѣйшіе (augustissimos) боги гнѣваются на христіанскій народъ? Неужели же вы не замѣчаете, не видите, какія позорныя волненія (adfectus), какія неприличествующія божествамъ безумства приписываете вы имъ? Ибо что иное значитъ гнѣваться, какъ не безумствовать, какъ неистовствовать, какъ не увлекаться страстью мщенія и съ дикимъ безсердечіемъ упиваться (bacchari) мучительными страданіями другого? Такимъ образомъ испытываютъ, переносятъ и чувствуютъ великіе боги то, что звѣри, что животныя и чѣмъ обладаютъ смертоносныя змѣи въ ядовитомъ зубу. То непостоянство (levitatis), которое въ человѣкѣ, которое въ земномъ существѣ заслуживаетъ порицанія, испытываетъ, по вашему увѣренію, это превосходнѣйшее и неизмѣнно пребывающее въ постоянномъ совершенствѣ (virtutis) Существо (natura) [39], и что же отсюда слѣдуетъ съ необходимостію, какъ не то, что изъ глазъ ихъ [40] сверкаютъ пылающія (flammeae) искры, тяжело дышащая грудь вздымается (aestuet) [41], изо рта извергается пѣна и ссохшіяся отъ пылкихъ словъ губы блѣднѣютъ?

18. Но если это вѣрно и если съ достовѣрностію дознано, что боги воспламеняются гнѣвомъ и подвергаются подобнаго рода волненію [и] душевному разстройству (perturbatione), то они не безсмертны и не вѣчны и имъ не можетъ быть приписываема какая-либо божественность [42]. Ибо, гдѣ есть какое-либо волненіе (adfectus), тамъ, какъ думаютъ философы (sapientibus) [43], необходимо бываетъ страсть (passio); гдѣ есть страсть, тамъ естественно слѣдуетъ душевное разстройство (perturbatio); гдѣ есть разстройство, тамъ бываетъ болѣзнь и страданіе; а гдѣ есть болѣзнь и страданіе, тамъ уже есть мѣсто для ослабленія и разрушенія; а если удручаютъ эти два [состоянія], то предстоитъ близкая погибель, смерть, все оканчивающая и лишающая жизни все, обладающее чувствомъ.

19. Мало того, — вы такимъ образомъ выставляете ихъ не только непостоянными (leves) и вспыльчивыми, но, — чтó должно быть вполнѣ чуждо богамъ, — пристрастными (iniquos) и несправедливыми и совершенно не соблюдающими требованій (nullam prorsus optinere rationem) даже умѣренной справедливости. Ибо что столь несправедливо, какъ гнѣваться на однихъ, а наносить вредъ другимъ, негодовать на людей, а губить неповинный [въ этомъ] хлѣбъ (frumenta), ненавидѣть христіанъ (christianum nomen), а подвергать всякаго рода лишеніямъ (dispendiis onmibus labefactare) своихъ почитателей? [44]

20. Или, можетъ бытъ, потому они проявляютъ жестокость даже въ отношеніи къ вамъ, чтобы вы, побуждаемые собственными (intestinis) бѣдствіями, возстали для отмщенія за нихъ. Въ такомъ случаѣ боги ищутъ человѣческаго заступничества, и безъ вашей помощи и защиты не способны, не въ состояніи сами отвратить и отразить наносимыя имъ оскорбленія. Если вѣрно то, что они воспламеняются гнѣвомъ, то лучше предоставьте ихъ собственной ихъ власти, — пусть сами они защищаютъ себя и для отмщенія за оскорбленіе величія проявляютъ и испытываютъ собственныя свои силы. Могутъ они, если захотятъ, чрезъ жаръ, могутъ чрезъ наиболѣе пагубный холодъ, могутъ чрезъ заразительный воздухъ, могутъ чрезъ происходящія отъ совершенно неизвѣстныхъ причинъ болѣзни морить, губить и совершенно истребить насъ изъ всего человѣческаго (mortali) общества или, если они имѣютъ пагубное намѣреніе употребить противъ насъ силу (adgredi nos vi), то пусть они дадутъ какое-либо указаніе на (свое) рѣшеніе (judicationis) [45], чтобы для всѣхъ могло быть яснымъ, что мы живемъ подъ небомъ совершенно вопреки ихъ желанію.

21. Пусть вамъ они даютъ хорошее состояніе здоровья, а намъ противоположное и наихудшее. Пусть ваши поля они орошаютъ благопріятными дождями, а отъ нашихъ небольшихъ полей пусть удаляютъ всякую дождевую влагу. Пусть они пекутся объ умноженіи вашихъ овецъ чрезъ многочисленный приплодъ, а нашему скоту пусть приносятъ бѣдственное (infaustum) безплодіе. Пусть нашимъ масличнымъ рощамъ и виноградникамъ они даютъ приносить полный и обильный осенній сборъ (plenam fundi autumnitatem), а изъ нашихъ лозъ пусть не допускаютъ выжать ни одной капли (rorem). Наконецъ, и въ послѣдній разъ, пусть они повелятъ, чтобы въ вашемъ рту плоды удерживали свои естественныя качества, а въ нашемъ — чтобы медъ дѣлался горькимъ, чтобы оливковое масло (fluenta) дѣлалось прогорклымъ и чтобы вино внезапно и вѣроломно [46] превращалось у краевъ самаго стакана (sub ipsius poculi labris) [47] въ уксусъ.

22. Но такъ какъ это нисколько не подтверждается дѣйствительностью и такъ какъ не подлежитъ сомнѣнію, что ничто изъ жизненныхъ благъ не бываетъ у насъ въ меньшемъ, а у васъ въ большемъ изобиліи; то что это за столь великая страсть утверждать, что боги — враги и противники христіанъ, которые въ несчастіи и счастіи, какъ ты видишь, не отличаются отъ тебя? Если позволите сказать вамъ правду и притомъ безъ всякой лести, это — слова, [пустыя] слова или, скорѣе, такіе предметы, которымъ повѣрили вслѣдствіе клеветы, а не такіе, которые доказаны свидѣтельствомъ какого-либо разслѣдованія.

23. Впрочемъ, истинные боги и тѣ, которые вполнѣ достойны имѣть и носить это авторитетное имя, не гнѣваются и не негодуютъ и не устрояютъ съ коварными ухищреніями того, что могло бы вредить другому. Ибо, въ дѣйствительности, нечестиво и превосходитъ всѣ поруганія религіи (sacrilegia) думать, что это мудрое и блаженнѣйшее Существо [48] считаетъ чѣмъ-то великимъ, если кто-либо преклоняется предъ Нимъ съ льстивымъ униженіемъ, а если это не будетъ дѣлаться, то Оно считаетъ Себя презрѣннымъ и низверженнымъ съ высоты своего величія (ab summi culminis fastigio). Это — ребячество, мелочность и нелѣпость, едва ли примѣнимыя и къ тѣмъ, которыхъ свѣдущіе ученые уже давно называютъ демонами и героями [49], — будто Оно не знаетъ неба (caelestia), но вращается, вслѣдствіе жребія (sorte) [50] Своего положенія, въ этомъ, болѣе грубомъ, матеріальномъ мірѣ [51].

24. Это — ваши безбожныя мнѣнія и еще болѣе безбожныя вѣрованія. Мало того, — говоря ближе къ истинѣ, — гаруспики [52], снотолкователи, гадатели, прорицатели и всегда лживые фанатики [53] сочинили (concinnavere) эти басни. Чтобы ихъ ремесло не погибло и чтобы не лишиться небольшихъ подаяній отъ кліентовъ, сдѣлавшихся уже рѣдкими, они, какъ только замѣчаютъ у васъ желаніе, чтобы христіанство (rem) [54] подверглось ненависти, поднимаютъ крикъ: боги презираются и храмы уже пустѣютъ (raritas summa est), древнія религіозныя церемоніи подвергаются осмѣянію и самые старые обряды прежнихъ священнодѣйствій прекратились вслѣдствіе суевѣрій новыхъ религій, и справедливо родъ человѣческій удручается столь многими тяжелыми бѣдствіями, терзается столь многими тяжелыми страданіями. И этотъ безумный (brutum) родъ людей, живущихъ при солнечномъ свѣтѣ, но, вслѣдствіе прирожденной слѣпоты, не могущихъ видѣть, осмѣливается въ изступленіи утверждать то, чему вы, будучи въ здравомъ умѣ, не стыдитесь вѣрить.

25. Однако чтобы кто-либо, вслѣдствіе недовѣрія къ [нашему] отвѣту, не подумалъ, что мы одаряемъ боговъ дарами спокойствія и ложно приписываемъ (adfingere) имъ настроеніе, чуждое причиненія вреда (innoxias mentes) и всякаго волненія (perturbatione), мы допустимъ, какъ это вамъ угодно, что они направляютъ гнѣвъ на насъ, что они жаждутъ крови нашей и уже давно желаютъ искоренить насъ изъ рода человѣческаго (mortalium de saeculis). Но если не обременительно, если не тяжело, если общій долгъ требуетъ разсмотрѣть не соотвѣтственно расположенію, а сообразно съ истиной основные пункты этого пренія; то мы просимъ васъ выслушать, чтó служитъ основаніемъ, чтó составляетъ причину того, что противъ насъ столько и небесные боги (superi) проявляютъ жестокости, и люди пылаютъ раздраженіемъ? Говорятъ: «вы [слѣдуете] безбожной религіи (religiones impias) и совершаете неслыханный въ земномъ мірѣ культъ». Что вы, люди, обладающіе разумомъ, осмѣливаетесь произносить, какой вздоръ говорить, что пытаетесь высказать въ словахъ, полныхъ безразсудства и отчаянія? Богу верховному (principem), Владыкѣ всего существующаго, возвышающемуся надъ всѣмъ высшимъ (summitatem omnium summorum obtinentem) поклоняться, призывать Его съ благоговѣйнымъ послушаніемъ, въ бѣдственномъ положеніи прилѣпляться (amplexari) къ Нему, такъ сказать, всѣми чувствами, любить Его, благоговѣть предъ Нимъ: неужели это есть достойная проклятія и приносящая несчастіе религія, полная нечестія и богохульства (sacrilegii) и своимъ новымъ суевѣріемъ оскверняющая издревле установленныя священнодѣйствія?

26. Неужели это [55], — спрашиваю я васъ, — есть то дерзкое и ужасное преступленіе, ради котораго великіе небожители направляютъ на насъ жало своего гнѣва и негодованія, — то, почему и вы сами, когда охватываетъ васъ страсть къ жестокости, лишаете насъ имущества, изгоняете изъ отцовскихъ мѣстъ жительства, требуете смертныхъ казней, пытаете, терзаете, жжете [56] и, наконецъ, бросаете на растерзаніе дикимъ звѣрямъ? Неужели тотъ, кто это въ насъ осуждаетъ или считаетъ заслуживающимъ какого-либо обвиненія, достоинъ называться именемъ человѣка, хотя бы онъ и считалъ себя таковымъ, и неужели можетъ признаваться за бога, хотя бы онъ выдавалъ себя за таковаго чрезъ тысячу прорицателей? Додонскій [57] или... Юпитеръ называетъ насъ нечестивыми (profanos) [58], безбожными; но неужели самъ онъ можетъ называться богомъ и считаться въ ряду божественныхъ существъ, — онъ, взводящій на служащихъ высочайшему Царю обвиненіе въ безбожіи и мучащійся изъ-за того, что величіе и культъ Того предпочитаются ему? Неужели долженъ считаться богомъ Делоскій или Кларосскій, Дидимейскій, Филезійскій, Пиѳійскій [59], (Сминѳійскій[60] Аполлонъ, который не знаетъ высочайшаго Повелителя и которому неизвѣстно то, что мы смиренно молимся Ему въ ежедневныхъ молитвахъ? Если бы онъ не могъ проникнуть въ тайны сердецъ и узнать тó, чтó мы скрываемъ во глубинѣ чувствъ; то однако онъ могъ бы и [своими] ушами слышать (scire), и по звуку самыхъ словъ, которыми мы пользуемся въ молитвахъ, узнать, что мы призываемъ высочайшаго Бога и испрашиваемъ у Него то, чего желаемъ (quod postulamus).

27. Еще не время разъяснять, кто это всѣ тѣ, которые обвиняютъ насъ, или откуда они происходятъ, насколько они сильны или свѣдущи (qnantum possint vel noverint), почему они испытываютъ страхъ при упоминаніи о Христѣ и почему считаютъ врагами и ненавидятъ учениковъ Его; однако въ людяхъ, способныхъ къ здравому пониманію (humanum pollicentibus sensum), мы желали бы чрезъ одно опредѣленіе сразу утвердить слѣдующее положеніе (quod una pariter definitione figamus): мы, христіане, не что другое, какъ чтители высочайшаго Царя и Повелителя (Principis) согласно съ ученіемъ Христа (magistro Christo). Ничего другого, при тщательномъ разсмотрѣніи, ты не найдешь въ этой религіи. Въ этомъ сущность всей дѣятельности, это составляетъ предназначеніе (propositus terminus) божесгвеннаго служенія (officiorum) и конечную цѣль. Предъ Нимъ всѣ мы по обычаю повергаемся ницъ, Ему мы поклоняемся при общихъ молитвахъ, у Него мы испрашиваемъ того, что справедливо, что честно и что достойно того, чтобы было услышано Имъ, и это не потому, чтобы самъ Онъ желалъ нашего преклоненія и чтобы Ему нравилось видѣть столько тысячъ выражающахъ [предъ Нимъ] благоговѣніе (substerni venerationem): это служитъ намъ на пользу и имѣетъ цѣлью наше благо (commodi nostri rationem spectans). Ибо, такъ какъ мы, вслѣдствіе врожденной слабости, склонны къ порокамъ (culpas) и къ разнаго рода страстнымъ влеченіямъ, то Онъ позволяетъ намъ всегда представлять Его себѣ въ своихъ мысляхъ, чтобы мы, молясь Ему и стремясь быть достойными даровъ Его, получили желаніе быть безпорочными и чрезъ удаленіе отъ всѣхъ пороковъ очищали себя отъ всякаго пятна.

28. Что говорите вы, истолкователи священнаго и божественнаго права? [61] Неужели болѣе правы (meliorisne sunt causae) тѣ, которые поклоняются Грудулійскимъ Ларамъ (Grundulios Lares), Аіямъ Локуціямъ (Aios Locutios) и Лиментинамъ (Limentinos) [62], нежели всѣ мы, чтущіе Бога, Отца всего существующаго, и испрашивающіе у Него защиты при бѣдственномъ и безпомощномъ положеніи (rebus fessis languentibusque)? Вы считаете умными, мудрыми, самыми благоразумными и вполнѣ безукоризнеными тѣхъ, которые чтутъ Фавновъ, Фатуй (Fatuas), геніевъ городовъ, Паворовъ (Pauores) и Беллонъ [63], а мы, предавшіе себя Богу, по мановенію и волѣ котораго все существующее продолжаетъ безпрерывно существовать и установлено неизмѣннымъ въ своемъ существѣ (in essentiae suae perpetuitate defixum est) [64], признаемся тупыми, безразсудными, глупыми, слабоумными и безумными. Не выражаете ли вы такого мнѣнія, не устанавливаете ли и не объявляете ли вы такого закона, чтобы надѣлялся высшими почестями всякій, кто молится вашимъ рабамъ, и чтобы подвергался позорнѣйшей крестной казни всякій, обращающійся съ моленіемъ къ вамъ, самымъ господамъ? Въ великихъ государствахъ и у могущественныхъ народовъ публично приносятся жертвы тѣмъ, которыя прежде были продажными блудницами и отдавались публичному разврату [65]: и боги нисколько не гнѣваются. Воздвигаются высокіе (sublimibus fastigiis) храмы кошкамъ, жукамъ и быкамъ [66]: и могущественные боги (numinum potestates), подвергающіеся такому издѣвательству, молчатъ и не испытываютъ никакой зависти, видя, что къ нимъ приравниваются по святости ничтожныя животныя. Неужели къ однимъ только намъ боги относятся враждебно, въ отношеніи къ намъ оказываются ожесточенными врагами, потому что мы чтимъ ихъ Отца, чрезъ котораго они, — если они существуютъ, — начали имѣть свое бытіе, могущество и величіе (esse et habere substantiam sui numinis majestatisque), благодаря которому они считаются (sentiuntur), такъ сказать, надѣленными (sortiti esse) самою божественностью и признаются (recognoscuntur) [67] находящимися въ числѣ дѣйствительныхъ существъ (rerum), по волѣ и опредѣленію котораго они могутъ какъ погибнуть и уничтожиться, такъ не погибать и не уничтожаться? Ибо если всѣ мы согласны въ томъ, что есть одинъ только первовиновникъ (Princeps), которому ничто не предшествуетъ по времени (vetustate temporis), то все [другое] должно было послѣ Него произойти, быть созданнымъ и получить свое имя (nata esse et prodita et in sui nominis prosiluisse naturam). Если же это вѣрно и несомнѣнно, то мы [68] должны признать, какъ прямой выводъ изъ этого, то, что боги были созданы (esse nativos) и имѣютъ начало своего происхожденія отъ Первоисточника всего существующаго. А если они произошли и были созданы (si sint nativi et geniti), то они подлежатъ, конечно, и опасности уничтоженія. Но они признаются безсмертными, вѣчными и никогда не имѣющими конца. Слѣдовательно, это составляетъ даръ милости Бога Отца, что они, будучи по природѣ тлѣнными и разрушимыми, удостоились существовать въ теченіе безконечныхъ вѣковъ.

29. О, если бы можно было собрать весь міръ какъ бы въ одно собраніе, чтобы родъ человѣческій могъ слышать слѣдующую рѣчь! Итакъ, мы оказываемся у васъ виновными въ нечестивой религіи, и такъ какъ мы съ благоговѣйною покорностію приближаемся къ Главѣ и Опорѣ (columen) всего существующаго, то — воспользуюсь вашими укорами, — называютъ насъ приносящими несчастія (infausti) и безбожными? Но кто болѣе заслуживаетъ этихъ ненавистныхъ названій, нежели тотъ, кто вмѣсто этого Бога признаетъ другого или старается познать его и вѣруетъ въ него? Не Ему ли всѣ мы обязаны прежде всего тѣмъ самымъ, что мы существуемъ, что мы называемся людьми и что ниспосланныя Имъ или павшія души [69] содержатся (continemur) въ темницѣ этого тѣла? Не отъ Него ли происходитъ то, что мы ходимъ, дышемъ и живемъ, и не Его ли жизненною силою производится то, что мы существуемъ и вслѣдствіе душевнаго возбужденія (agitatione) движемся? Не отъ Него ли проистекаютъ причины, по которымъ наше благосостояніе усиливается (fulcitur) чрезъ обиліе (munificentia) разнаго рода наслажденій? Чей этотъ міръ, въ которомъ вы живете, или кто далъ его вамъ въ пользованіе и обладаніе? Кто далъ этотъ всеобщій свѣтъ [70], чтобы вы могли видѣть, осязать и разсматривать подлежащіе (subjectas) предметы? Кто установилъ жаръ (ignes) солнечный для содѣйствія развитію всего существующаго, чтобы жизненные элементы, оставаясь неизмѣнно въ бездѣйственной косности (fixa pigritiae stupore), не пришли въ оцѣпенѣніе? Неужели вы, признавая солнце богомъ, не хотите знать Творца и Создателя его? Неужели вы, считая луну богинею, не стараетесь также узнать, кто ея Виновникъ и Творецъ?

30. Неужели вамъ не приходитъ на мысль разсмотрѣть и изслѣдовать, въ чьемъ владѣніи вы живете? Въ чьей области (re) вы находитесь? Чья эта земля, по которой вы ходите (fatigatis)? Чей этотъ воздухъ, который вы чрезъ жизненное дыханіе вдыхаете и выдыхаете? Чьими источниками вы пользуетесь и чьею водою? Кто распредѣлилъ дуновенія вѣтровъ, кто изобрѣлъ дождевыя облака, кто раздѣлилъ плодоносныя силы сѣмянъ но природнымъ ихъ свойствамъ (rationum proprietate)? Аполлонъ посылаетъ вамъ дождь? Меркурій надѣдяетъ васъ дождемъ? Эскулапъ, Геркулесъ или Діана придумали законы (rationem finxerunt) дождей и бурь? Но какимъ образомъ это можетъ быть, когда вы признаёте, что они родились въ мірѣ и въ опредѣленное время получили жизненную способность чувствованія? Вѣдь если міръ превосходитъ ихъ древностію и прежде, чѣмъ они родились, природа уже знала дожди и бури, то они, какъ позже родившіеся, не имѣютъ никакой власти надъ дождемъ и не могутъ вмѣшиваться въ тѣ явленія (rationibus), которыя они застали здѣсь [71] совершающимися (agi) и производимыми болѣе могущественнымъ Виновникомъ (majore abauctore).

31. О, величайшій и высочайшій Творецъ невидимаго, который самъ невидимъ и непостижимъ никакимъ существомъ! Достоинъ Ты, по истинѣ достоинъ Ты, — если только смертныя уста могутъ назвать Тебя достойнымъ, — того, чтобы всякое дышащее и разумное существо никогда не переставало питать къ Тебѣ и приносить Тебѣ благодарность, въ теченіе всей жизни колѣнопреклоняться предъ Тобою и обращаться къ Тебѣ съ постоянными молитвами. Ибо Ты — первопричина, мѣсто и пространство для всего (locus rerum ac spatium) [72], основаніе (fundamentum) [73] всего существующаго, безконечный, нерожденный, безсмертный, вѣчный, единый, котораго никакая тѣлесная форма не очертываетъ, никакое ограниченіе (circumscriptio) не ограничиваетъ (determinat), чуждый качества и количества, не имѣющій мѣста (sine situ), движенія и вида (habitu) и относительно котораго ничто не можетъ быть сказано и выражено словами человѣческими. Если хотятъ познать Тебя, должно смолкнуть, и для того, чтобы блуждающее гаданіе (suspicio) могло по тѣни слѣдить за Тобою, не слѣдуетъ даже шепотомъ говорить. Прости, всевышній Царь, тѣхъ, которые преслѣдуютъ Твоихъ слугъ, и прости, какъ это свойственно Твоей благости, убѣгающихъ отъ служенія Твоему имени и Твоей религіи. Не удивительно, если не знаютъ Тебя; болѣе удивительно, если знаютъ Тебя, развѣ только кто-либо осмѣливается, — ибо это остается неистовствующему безумію, — спорить и сомнѣваться, есть ли Богъ, или нѣтъ, и вѣруютъ ли въ Него вслѣдствіе изслѣдованія истинности вѣры, или вслѣдствіе предположенія, основывающагося на пустой молвѣ. Ибо мы слышимъ, что одни изъ философовъ отрицаютъ существованіе какой-либо божественной силы [74]; другіе ежедневно ставятъ вопросъ, существуетъ ли она [75]; иные признаютъ, что все существующее происходитъ случайно, вслѣдствіе случайныхъ столкновеній [атомовъ], и образуется вслѣдствіе различнаго направленія (impetu) ихъ [76]. Но съ ними мы въ настоящее время совсѣмъ не будемъ спорить о такомъ упорствѣ ихъ; потому что люди здраво мыслящіе говорятъ, что оспариваніе глупостей служитъ доказательствомъ бóльшей глупости.

32. Мы обращаемся съ своею рѣчью къ тѣмъ, которые, соглашаясь съ тѣмъ, что божественный родъ существуетъ, сомнѣваются относительно высшихъ существъ (de majoribus), признавая ихъ обыкновенными (plebeja) и низшими. Къ чему же мы будемъ стараться и усиливаться чрезъ доказательства подтверждать такія вещи? Да будетъ чуждо намъ и, повторяю, да будетъ, какъ говоритея, отвращено отъ насъ это безуміе! Ибо такую же смѣлость представляетъ попытка путемъ аргументаціи доказать, что Богъ есть верховное существо (principem), какъ и желаніе чрезъ доказатедьства подобнаго рода убѣдиться въ томъ, что Онъ существуетъ. Не важно также и безразлично, отрицаешь ли ты Его, или доказываешь и признаешь бытіе Его, потому что одинаковую погрѣшность (culpa) составляетъ и доказываніе такой истины (rei), и отрицаніе невѣрующаго опровергателя.

33. Развѣ есть кто-либо изъ людей, кто вступилъ бы въ день своего рожденія безъ идеи (notione) объ этомъ верховномъ Существѣ (principis) и кому не было бы врождено, привито и почти въ самой утробѣ (in genitalibus) матери впечатлѣно и внѣдрено, что есть Царь, Владыка и Правитель всего существующаго? Наконецъ, если бы безсловесныя животныя могли говорить, если бы они владѣли способностію къ нашей рѣчи, если бы деревья, глыбы земли и камни, будучи оживлены жизненною способностію чувствованія, могли издавать звуки гóлоса и произносить части словъ, то въ такомъ случаѣ, побуждаемые и руководимые природою, не понимали ли бы они съ неиспорченною простотою вѣры, что Богъ существуетъ, и не заявляли ли бы громко, что Онъ есть единый Владыка всего существующаго?

34. Но, говорятъ, «напрасно вы нападаете на насъ и взводите на насъ ложное и злокозненное обвиненіе, будто бы мы отвергаемъ высшаго Бога, между тѣмъ какъ нами признается Юпитеръ и считается наилучшимъ и величайшимъ (optimus et maximus) [77], и ему мы устроили величественнѣйшія помѣщенія (sedes) и огромные капитоліи» [78]. Вы стараетесь соединить въ одно различныя вещи и, допустивъ смѣшеніе, подвести ихъ подъ одно понятіе (speciem). Ибо всемогущій Богъ единодушно и единогласно всѣмъ человѣчествомъ признаётся нерожденнымъ, не произведеннымъ когда-либо на свѣтъ и не начавшимъ бытіе въ какой-либо моментъ времени (temporis puncto) [79], или въ вѣкъ. Онъ самъ есть источникъ всѣхъ вещей, виновникъ вѣковъ и временъ. Ибо они не сами по себѣ существуютъ, но происходятъ изъ Его неизмѣнной вѣчности и безконечнаго и безпрерывнаго существованія (ex ejus perpetuitate perpetua et infinita semper continuatione). Юпитеръ же, какъ вы разсказываете, имѣетъ отца и мать, дѣдовъ, бабокъ, братьевъ; только въ недавнее время (nunc nuper) [80] образовавшись въ утробѣ своей матери и достигнувъ въ теченіе десяти мѣсяцевъ окончательнаго завершенія, онъ получилъ жизненность и вступилъ въ неизвѣстный ему свѣтъ. И, если это такъ, то какимъ образомъ Юпитеръ можетъ быть Богомъ, когда Тотъ несомнѣнно вѣченъ, а этотъ [81], по вашему мнѣнію, не только, имѣлъ дни рожденія, но также, въ испугѣ отъ новаго состоянія плакалъ и кричалъ [82].

35. Но пусть они [83], какъ это вы утверждаете, одно и то же и нисколько не различаются божественною силою и величіемъ: почему въ такомъ случаѣ вы преслѣдуете насъ съ несправедливою ненавистью? Почему вы приходите въ ужасъ при упоминаніи нашего имени, какъ при самомъ зловѣщемъ предзнаменованіи, если мы чтимъ того же Бога, какого и вы? И какимъ образомъ вы можете утверждать, что въ одномъ и томъ же дѣлѣ боги къ вамъ бываютъ благосклонными, а къ намъ враждебными и непріязненными? Ибо, если у насъ и у васъ одна общая религія, то гнѣвъ небожителей не долженъ имѣть мѣста (cessat); если же они по отношенію только къ намъ однимъ оказываются непріязненными, то очевидно, что и вы, и они не знаете Бога, и изъ самаго гнѣва боговъ ясно видно, что Онъ [84] — не Юпитеръ.

36. Но, говорятъ, «не потому боги враждебно относятся къ вамъ, что вы чтите всемогущаго Бога, а потому, что относительно человѣка, который былъ рожденъ и, — чтó позорно [даже] для лицъ изъ низшаго класса (vilibus), — былъ умерщвленъ посредствомъ смертной казни, вы утверждаете, что Онъ былъ Богъ, вѣруете, что Онъ продолжаетъ жить, и обращаетесь къ Нему съ ежедневными моленіями». Если это вамъ пріятно, друзья, то объясните, какіе это боги, которые чествованіе нами Христа считаютъ оскорбленіемъ для себя? Не Янусъ ли, созидатель Яникула, и не Сатурнъ ли, основатель города Сатурніи? [85] Не Фента ли Фатуя [86], называющаяся «Доброй богиней» (Bona Dea), но болѣе добрая и болѣе заслуживающая похвалъ въ винопитіи? Не тѣ ли Индигеты [87], которые влѣзаютъ въ рѣку и живутъ въ руслѣ Нумика вмѣстѣ съ лягушками и мелкою рыбою? Не Эскулапъ ли и отецъ Либеръ [88], изъ которыхъ одинъ былъ рожденъ Коронидою, а другой былъ исторгнутъ изъ утробы (ex genitalibus) матери молніеи? Не Меркурій ли, родившійся изъ чрева Маи и притомъ, — чтó болѣе свойственно божеству, — сіяющей? [89] Не вооруженные ли лукомъ Діана и Аполлонъ, которыхъ повсюду носила мать во время бѣгства и которые едва нашли безопасность на блуждающихъ островахъ [90]? Не Венера ли, дочь Діаны, мать троянскаго мужа [91], публично продававшая свою красоту? Не Церера ли, родившаяся въ предѣдахъ Тринакріи [92], и не Прозерпина ли, занятая собираніемъ цвѣтовъ [93]? Не Ѳивскій ли или Тирскій Геркулесъ, изъ которыхъ послѣдній былъ погребенъ въ предѣлахъ Испаніи, а первый сожженъ огнемъ на Этѣ [94]? Не потомки ли Тиндарея, Касторы, — одинъ искусный укротитель коней, а другой — искусный кулачный боецъ съ цестомъ изъ невыдѣланной кожи (crudo caestu) [95]? Не мавританскіе ли Тизіаны и Букуры (Tisianes et Bucures) [96] и не сирійскіе ли боги, происшедшіе изъ яицъ [97]? Не Аписъ ли, родившійся въ Пелопонесѣ и названный въ Египтѣ Сераписомъ [98]? Не Изида ли, загорѣвшая (furva) отъ еѳіопскаго солнца и оплакивающая утраченнаго сына и супруга, растерзаннаго на части [99]? Мы обходимъ и опускаемъ царскихъ потомковъ Опы [100], относительно которыхъ ваши писатели сообщили для свѣдѣнія вамъ, кто и какіе они были. Итакъ, неужели эти [боги] слушаютъ, какъ оскорбляющее слухъ, то, что мы чтимъ Христа и принимаемъ Его и признаемъ за Божество, и, забывъ о той участи и томъ положеніи, въ какомъ они незадолго предъ тѣмъ были, не хотятъ, чтобы то, что было допущено для нихъ, предоставлялось другому? Неужели такова справедливость небожителей, таковъ судъ святыхъ боговъ? Не есть ли это родъ зависти и жадности, извѣстнаго рода грязное зложелательство — желать, чтобы только собственное состояніе было превосходнымъ и чтобы положеніе (res) другихъ было угнетеннымъ, презрѣннымъ и униженнымъ?

37. Мы чтимъ рожденнаго человѣка. Что же? А вы развѣ не чтите никакого рожденнаго человѣка, — того или иного или безчисленное множество другихъ? Даже всѣхъ тѣхъ, которыхъ теперь вы имѣете въ своихъ храмахъ, развѣ вы не взяли изъ числа смертныхъ и не возвысили до неба и звѣздъ? Если вамъ неизвѣстно, что они имѣли общія для людей участь и положеніе, то раскройте древнѣйшіе письменные памятники (litteras) и просмотрите сочиненія тѣхъ, которые, будучи близки къ древности, передали все безъ всякой лести и съ незатемненной правдой. Тогда вы, безъ сомнѣнія, узнаете относительно каждаго изъ нихъ [101], отъ какихъ отцовъ и матерей они произошли, въ какой странѣ и среди какого народа они родились, что они сдѣлали, устроили (egerint), перенесли, чѣмъ занимались и при исполненіи чего имѣли неудачу или успѣхъ. Если же зная, что они были носимы во чревѣ и питались плодами земли, вы тѣмъ не менѣе ставите намъ однако въ упрекъ то, что мы чтимъ рожденнаго человѣка, то вы поступаете очень несправедливо, признавая въ насъ заслуживающимъ осужденія то, что сами вы обыкновенно дѣлаете, или не желая, чтобы для другихъ было позволительнымъ то, что для себя вы допускаете, какъ позволительное.

38. Но допустимъ пока, уступая вашимъ мнѣніямъ, что Христосъ былъ однимъ изъ насъ по духу, душѣ, бренности и положенію: развѣ Онъ не достоинъ того, чтобы мы, ради великихъ даровъ, называли и признавали Его Богомъ? Вѣдь если вы включили въ число (censum) [102] боговъ Либера [103] за открытіе употребленія вина, Цереру [за открытіе употребленія] хлѣба, Эскулапа [за открытіе употребленія] травъ, Минерву [за насажденіе] масличнаго дерева, Триптолема [за изобрѣтеніе] плуга [104], наконецъ, Геркулеса за то, что онъ преодолѣлъ и укротилъ дикихъ звѣрей, воровъ и многоголовыхъ змѣй; то какія почести должны быть оказываемы нами Тому, кто привелъ насъ отъ великихъ заблужденій къ открытой Имъ истинѣ; Кто насъ, подобно слѣпымъ скитавшихся повсюду безъ какого-либо руководителя, съ крутизнъ и непроходимыхъ мѣстъ возвратилъ на ровныя мѣста? Онъ открылъ то, чтó въ особенности плодотворно и спасительно для рода человѣческаго, — чтó есть Богъ, кто Онъ и какія Его свойства и качества (quantus et qualis). Онъ предоставилъ намъ и научилъ насъ постигать и понимать, насколько можетъ наша немощность, глубину и неизреченную высоту Его. Онъ со всею благостностью далъ намъ знать, какимъ Виновникомъ и Отцомъ былъ устроенъ и созданъ этотъ міръ. Онъ открылъ образъ его происхожденія и его природу (materiam), которой преждени кто никогда не зналъ, откуда получается солнечнымъ огнемъ плодотворный жаръ, почему луна постоянно находится въ движеніи и вслѣдствіе тѣхъ же причинъ, какія признаются, или вслѣдствіе другихъ (isdemne quis creditur an aliis causis) [105] она возобновляетъ свѣтъ и темноту, какое происхожденіе имѣютъ живыя существа, какіе законы развитія (rationes) имѣютъ сѣмена, кто создалъ самого человѣка, кто образовалъ или изъ какого рода матеріи скрѣпилъ самое строеніе тѣлъ, что такое чувство, что такое душа, прибыла ли она (advolaritne) къ намъ сама по себѣ или была рождена и произведена вмѣстѣ съ самымъ тѣломъ (visceribus), живетъ ли она, участвуя въ смерти, или одарена постояннымъ безсмертіемъ, какое состояніе ожидаетъ насъ послѣ того, какъ мы оставимъ разложившіеся члены, будемъ ли мы чувствовать или не будемъ имѣть никакого сознанія (memoriam) нашего чувства и воспоминанія. Онъ обуздалъ нашу гордость и заставилъ высокомѣрно поднятыя вверхъ головы признать мѣру своей немощности. Онъ показалъ, что мы слабыя существа, что мы вѣримъ пустымъ мнѣніямъ, ничего не понимаемъ, ничего не знаемъ и не видимъ того, что находится предъ нашими глазами. Онъ (содѣлалъ) то, что превышаетъ и превосходитъ всѣ дары, — отъ ложныхъ религій привелъ насъ къ истинной религіи. Онъ отъ безжизненныхъ и сдѣланныхъ изъ презрѣнной глины кумировъ направилъ насъ къ звѣздамъ и небу и предоставилъ намъ [обращаться] къ Владыкѣ всего (rerum), Богу, съ словами моленій и вступать съ Нимъ въ молитвенныя собесѣдованія.

39. О, ослѣпленіе! Въ недавнее время я чтилъ кумиры, незадолго предъ тѣмъ вынутые изъ печей, боговъ, сдѣланныхъ посредствомъ наковальни и молота, слоновыя кости, картины, повязки на старыхъ деревьяхъ [106]; если когда-либо я видѣлъ выглаженный и запачканный оливковымъ масломъ камень [107], то я преклонялся (adulabar) предъ нимъ, какъ будто бы ему присуща сокровенная сила, обращался къ нему съ молитвою (adfabar) и испрашивалъ милостей у безчувственнаго пня, и тѣмъ самымъ богамъ, въ бытіе которыхъ я вѣрилъ, причинялъ тяжкія оскорбленія, признавая ихъ деревомъ, камнями и костями или обитающими въ матеріи вещей подобнаго (hujus) [108] [рода]. Теперь, бывъ приведенъ такимъ великимъ Учителемъ на пути истины, я знаю относительно всего этого, чтó это такое, сужу о достойномъ достойнымъ образомъ, не причиняю никакого оскорбленія божественному имени и каждому, мнимому или дѣйствительному существу (vel personae vel capiti), оказываю должное, не смѣшивая степеней и значенія. Поэтому не долженъ ли Христосъ признаваться нами Богомъ и не должно ли быть оказываемо всякое наивысшее (vel personae vel capiti) [109], какое только можетъ быть мыслимо, богопочитаніе Тому, отъ Кого мы уже давно получили столько даровъ во время своей жизни и ожидаемъ еще бóльшихъ, какъ наступитъ день? [110]

40. Но «Онъ умеръ, бывъ распятъ на крестѣ». Какое отношеніе имѣетъ это къ дѣлу? Вѣдь родъ смерти и позорность ея не измѣняютъ словъ и дѣлъ, и значеніе ученія Его не можетъ умалиться оттого, что Онъ не вслѣдствіе естественнаго разложенія оставилъ узы тѣла, а умеръ отъ насилія. Пиѳагоръ Самосскій вслѣдствіе несправедливаго подозрѣнія въ деспотизмѣ былъ живымъ сожженъ въ храмѣ [111]: развѣ то, чему онъ училъ, утратило свое значеніе оттого, что онъ испустилъ духъ не свободно, а вслѣдствіе жестокости? Подобнымъ образомъ Сократъ, будучи осужденъ своими согражданами, былъ подвергнутъ смертной казни: развѣ его разсужденія о нравахъ, добродѣтеляхъ и обязанностяхъ сдѣлались недѣйствительными вслѣдствіе того, что онъ несправедливо былъ лишенъ жизни? Безчисленное множество другихъ, отличавшихся славою, доблестями и добрымъ именемъ, какъ Аквилій, Требоній, Регулъ [112], были подвергнуты самымъ мучительнымъ родамъ смерти: неужели они послѣ своей смерти должны считаться опозоренными вслѣдствіе того, что погибли не по общему закону судьбы, а отъ жесточайшаго рода смерти, бывъ истерзаны и замучены? Никто, будучи невиннымъ, никогда не опорочивается чрезъ позорную смерть (male interemptus), и клеймо какого-либо позора не пятнаетъ того, кто подвергается тяжкимъ наказаніямъ не по своей винѣ, а вслѣдствіе жестокости мучителя.

41. И однако вы сами, осмѣивающіе насъ за то, что мы чтимъ человѣка, умершаго позорною смертію, не прославляете ли чрезъ посвященіе храмовъ отца Либера, растерзаннаго на части титанами [113]? Не провозгласили ли вы Эскулапа, изобрѣтателя средствъ врачеванія, послѣ наказанія поразившею его молніей, стражемъ и охранителемъ здоровья, силъ и благосостоянія [114]? Чрезъ жертвоприношенія посредствомъ жертвенныхъ животныхъ и благовонныхъ куреній не призываете ли вы великаго Геркулеса, о которомъ сами вы разсказываете, что онъ живымъ сгорѣлъ [115] и былъ сожженъ на смертоносномъ кострищѣ? Не свидѣтельствуете ли вы чрезъ громкій крикъ галловъ [116] объ изуродованномъ и лишенномъ отличій мужескаго пола (viro) фригійцѣ Аттисѣ, какъ о богѣ милостивомъ, какъ о святомъ богѣ въ храмахъ Великой Матери боговъ [117]? Не называете ли вы самого отца Ромула, растерзаннаго руками ста сенаторовъ, Квириномъ Марсовымъ (Martium) [118], не чествуете ли его чрезъ жрецовъ и пиршества (pulvinaribus) [119], не молитесь ли ему въ великолѣпныхъ (amplissimis) храмахъ и затѣмъ не клянетесь ли, что онъ поднялся на небо? Поэтому или также и вы должны подлежать осмѣянію, какъ признающіе за боговъ и чтущіе людей, погибшихъ отъ самыхъ тяжкихъ мученій, или, если у васъ есть опредѣленное основаніе, почему вы считаете необходимымъ для себя дѣлать это, предоставьте также и намъ знать, по какимъ причинамъ и основаніямъ мы подобное (istud) дѣлаемъ.

42. «Вы чтите рожденнаго человѣка». Если бы это было даже вѣрно, однако, какъ сказано было выше [120], Онъ долженъ былъ бы по причинѣ многихъ и столь щедрыхъ даровъ, которые получены отъ Него нами, называться и признаваться Богомъ. Но такъ какъ Онъ подлинно (re certa) есть Богъ и внѣ всякаго спора и серіознаго (seriae) [121] сомнѣнія; то неужели вы думаете, что мы откажемся отъ того, чтобы наивысшимъ образомъ чтить Его и называть Главою (praesidem) нашего общества (corporis)? «Такъ неужели», скажетъ кто-нибудь въ изступленіи, съ гнѣвомъ и раздраженіемъ, «Христосъ есть Богъ?» Богъ, отвѣтимъ мы, и именно Богъ высшихъ силъ (interiorum potentiarum) и, что еще болѣе можеть терзать невѣрующихъ и причинять имъ жесточайшія страданія, — посланный къ намъ высочайшимъ Царемъ ради величайшаго дѣла. Можетъ быть, онъ, пришедши въ еще бóльшее неистовство и бѣшенство, потребуетъ доказательствъ того, что дѣло обстоитъ такъ, какъ мы говоримъ. Нѣтъ никакого болѣе сильнаго доказательства, какъ вѣра въ то, чтó было совершено Имъ, какъ необычайность Его чудесныхъ дѣлъ (virtutum novitas), какъ преодолѣніе и разрушеніе опредѣленій судьбы [122], то, чтó народы и племена безъ всякаго разногласія видѣли при Его свѣтѣ совершающимся, чего не могли изобличить въ ложности даже тѣ самые, относительно древнихъ и унаслѣдованныхъ отъ предковъ установленій которыхъ Онъ далъ знать, что они полны пустоты и ничтожнѣйшаго суевѣрія.

43. Можетъ быть, еще выступитъ [кто-нибудь] со многими другими, клеветническими и нелѣпыми (puerilibus) рѣчами: «Онъ былъ магъ, все это Онъ совершилъ при помощи тайныхъ искусствъ, изъ египетскихъ святилищъ Онъ заимствовалъ имена могущественныхъ ангеловъ [123] и тайныя науки». Что вы, неразумные (o parvuli), говорите, безразсудно болтая и пустословя относительно того, чего вы не знаете и что вамъ неизвѣстно? Развѣ дѣла Его были обманомъ демоновъ и продѣлками при помощи магическихъ искусствъ? Можете ли вы назвать, указать намъ какого-нибудь изъ всѣхъ маговъ, бывшихъ когда-либо въ теченіе вѣковъ, который [хотя бы] въ тысячной части сдѣлалъ нѣчто подобное [содѣланному] Христомъ, и притомъ безъ всякой помощи волшебныхъ формулъ, безъ соковъ травъ и растеній, безъ всего тщательнаго наблюденія относительно обрядовъ, жертвъ и временъ? Мы не настаиваемъ и не спрашиваемъ о томъ, что они, по ихъ увѣренію, могутъ выполнять или съ какими родами дѣйствій соединяется обыкновенно все ихъ знаніе (doctrina) и опытность. Ибо кому неизвѣстно, что они стараются или предузнавать будущее, которое неизбѣжно, желаютъ они или не желаютъ, придетъ своимъ порядкомъ, или причинять, кому пожелаютъ, смертельную болѣзнь, или разрывать въ семьяхъ узы любви, или безъ ключей отпирать то, что заперто, или связывать уста молчаніемъ, или на ристалищахъ калѣчить лошадей, ускорять и замедлять бѣгъ ихъ, или въ чужихъ женахъ и дѣтяхъ мужескаго и женскаго пола возбуждать пламя недозволенной любви и безумныя страсти, и если они, повидимому, отваживаются на что-либо полезное, то это зависитъ не отъ собственной силы ихъ, а отъ власти тѣхъ, коихъ они призываютъ.

44. Но не подлежитъ сомнѣнію, что Христосъ все, содѣланное Имъ, совершилъ безъ помощи какихъ-либо средствъ (rerum), безъ всякаго соблюденія обрядовъ и установленныхъ формулъ (lege), только силою Своего имени, и съ благодѣтельною (munifica) [124] щедростію даровалъ намъ то, что свойственно истинному Богу, что приличествуетъ Ему и достойно Его, не вредное, не пагубное, но благотворное, спасительное и полное вспомоществующей намъ (auxiliaris nobis) [125] силы.

45. Чтó говорите вы еще? Итакъ, смертнымъ или однимъ изъ насъ былъ Тотъ, властію и повелѣніемъ (vocem) котораго, выраженными простыми, обыкновенными словами, удалялись недуги, болѣзни, горячки и другія тѣлесныя страданія? Однимъ изъ насъ былъ Тотъ, присутствія и взгляда котораго не могли выносить скрывавшіеся въ тѣлахъ демоны и, устрашенные необычайною силою, оставляли одержимые ими члены? Однимъ изъ насъ былъ Тотъ, повелѣнію котораго немедленно подчинялась изгонявшаяся Имъ отвратительная проказа (vitiligines), и тѣло снова получало однообразный цвѣтъ? [126] Однимъ изъ насъ былъ Тотъ, отъ легкаго прикосновенія котораго останавливалась кровоточивость и прекращалось чрезмѣрное истеченіе? Однимъ изъ насъ былъ Тотъ, мановеніемъ котораго удалялась скопившаяся подъ кожею водяная влага, прекращалось проникновеніе жидкости, и опухоль тѣла, вслѣдствіе благотворнаго осушенія его, опадала? [127] Однимъ изъ насъ былъ Тотъ, который повелѣвалъ хромымъ ходить, — и это немедленно исполнялось (et iam [128] operis res erat), увѣчнымъ [повелѣвалъ] протягивать руки, — и суставы немедленно получали природную подвижность (mobilitates) [129], страдавшимъ разслабленіемъ членовъ [повелѣвалъ] вставать, — и тѣ, которыхъ прежде носили на чужихъ плечахъ, теперь сами немедленно несли свои постели, [повелѣвалъ] лишеннымъ зрѣнія видѣть, — и немедленно видѣли небо и дневной свѣтъ родившіеся безъ зрѣнія?

46. Однимъ изъ насъ былъ, говорю, Тотъ, который страдавшихъ отъ различныхъ немощей и отъ ста или болѣе болѣзней сразу, черезъ одно Свое посредство (semel una intercessione) исцѣлялъ, по простому слову котораго успокоивались яростно бушующія моря и утихали бури и ураганы, который сухими ногами ходилъ по глубочайшимъ пучинамъ и ступалъ по поверхности моря, при чемъ самыя воды приходили въ оцѣпенѣніе и природа покорно подчинялась, который пять тысячъ слѣдовавшихъ за Нимъ [человѣкъ] насытилъ пятью хлѣбами и, чтобы невѣрующимъ и упорнымъ не казалось это обманомъ, наполнилъ двѣнадцать корзинъ кусками остатковъ? Однимъ изъ насъ былъ Тотъ, Который повелѣвалъ душамъ возвратиться въ давно оставленныя ими тѣла, похороненнымъ выйдти изъ гробовъ и черезъ три дня послѣ похоронъ освободиться отъ погребальныхъ покрывалъ? Однимъ изъ насъ былъ Тотъ, Который проникалъ въ желанія каждаго и въ тайныя помышленія, безмолвно хранимыя въ сердцахъ? Однимъ изъ насъ былъ Тотъ, который какъ только произносилъ одно слово, то различные народы, говорящіе на различныхъ языкахъ, понимали Его, какъ пользующагося родными звуками ихъ словъ и собственнымъ каждаго изъ нихъ языкомъ? [130] Однимъ изъ насъ былъ Тотъ, который, передавъ служеніе истинной религіи Своимъ послѣдователямъ, быстро наполнилъ [ею] весь міръ и, открывъ неизмѣримость Своего имени, показалъ, какое величіе свойственно Ему и Кто Онъ? Однимъ изъ насъ былъ Тотъ, который, по оставленіи тѣла, являлся безчисленнымъ людямъ открыто, при дневномъ свѣтѣ; который говорилъ и слушалъ, училъ, вразумлялъ и наставлялъ; который неоднократно являлся имъ [131] и дружески бесѣдовалъ съ ними, чтобы они не считали себя обманутыми чрезъ пустые призраки; который еще и теперь (etiamnunc) [132] не въ пустыхъ сновидѣніяхъ, а въ ясномъ и простомъ видѣ является праведнымъ, непорочнымъ и любящимъ Его людямъ; имя котораго, бывъ услышано, обращаетъ въ бѣгство злыхъ (noxios) духовъ, налагаетъ молчаніе на прорицателей, приводитъ гадателей въ замѣшательство и дѣлаетъ тщетными дѣйствія высокомѣрныхъ волхвователей не вслѣдствіе ужаса, внушаемаго Его именемъ, какъ вы говорите, а силою (licentia) высшей власти.

47. Это краткое изложеніе сдѣлано нами не потому, что величіе совершавшаго должно быть усматриваемо какъ бы только въ этихъ однихъ чудесныхъ дѣйствіяхъ. Ибо насколько это велико или ничтожно и маловажно (exilitatis cujus et ludi), это окажется изъ того, если будетъ сообщено, изъ какихъ царствъ Онъ пришелъ и какого Божества посредникомъ (ministrator) Онъ былъ. Что Онъ совершилъ, это сдѣлано Имъ не ради пустого тщеславія и самовозвеличенія, а для того, чтобы люди упорные и невѣрующіе знали, что не ложны Его обѣтованія, и чтобы изъ благотворности Его дѣлъ они научились догадываться, чтó такое есть истинный Богъ. Но такъ какъ дѣла Его перечислены нами, какъ мы сказали, кратко, то мы хотимъ, чтобы знали также и то, что Христосъ не то [только] могъ [совершить], что совершилъ [133], но и превозмогъ опредѣленія судьбы. Ибо если недуги и тѣлесныя страданія, глухота, увѣчье, нѣмота, сведеніе жилъ и утрата зрѣнія случаются и посылаются, какъ это ясно и общепризнано, по опредѣленію судьбы, и если одинъ только Христосъ исправилъ это, возстановилъ и исцѣлилъ; то яснѣе солнца, что Онъ былъ могущественнѣе судьбы, потому что Онъ упразднилъ и побѣдилъ то, что было связано вѣчными узами и неизмѣнною необходимостью.

48. «Но напрасно, — скажетъ кто-нибудь, — ты столько приписываешь Христу, потому что мы знаемъ и знали, что также и другіе боги помогали весьма многимъ болящимъ и исцѣляли болѣзни и немощи многихъ людей». Я не доискиваюсь и не настаиваю на томъ, какой богъ или въ какое время и кому помогъ или какому больному возстановилъ здоровье; я желаю знать только одно: повелѣвалъ ли онъ болѣзнямъ безъ примѣненія какого-либо вещества, то есть какого-нибудь врачебнаго средства, чрезъ [одно] прикосновеніе оставлять людей или совершалъ ли онъ своимъ повелѣніемъ то, что и причина болѣзной исчезала, и тѣла больныхъ приходили въ свое прежнее природное состояніе? Ибо Христосъ, какъ извѣстно, или чрезъ прикосновеніе руки къ больнымъ членамъ, или простымъ словомъ повелѣнія отверзалъ слухъ глухихъ, изгонялъ слѣпоту изъ глазъ, давалъ способность рѣчи нѣмымъ, освобождалъ члены отъ узъ, возвращалъ разслабленнымъ способность ходить, обыкновенно словомъ и повелѣніемъ исцѣлялъ проказы, лихорадки, подкожныя болѣзни и всѣ другіе роды недуговъ, которымъ подвергались тѣла людей, по волѣ какой-то безпощадной жестокости. Что подобнаго этому [сдѣлали] всѣ боги, которые, какъ вы говорите, оказывали помощъ больнымъ и страждущимъ, если когда-либо они, какъ ходятъ слухи, назначали нѣкоторымъ врачебныя средства, или заставляли принимать какую-либо пищу, или пить какой-либо напитокъ, или прикладывать при безпокоящихъ болѣзняхъ соки травъ и растеній, гулять, быть въ покоѣ или воздерживаться отъ чего-либо вреднаго? Что въ этомъ нѣтъ ничего великаго и заслуживающаго удивленія и изумленія, это очевидно, если вы захотите вникнуть въ это; потому что такимъ же образомъ излѣчиваютъ и врачи, существа, родившіяся на землѣ и не опирающіяся на истинномъ знаніи, но слѣдующія искусству, основывающемуся на гипотезахъ, и колеблющіяся при оцѣнкѣ предположеній. Но въ устраненіи врачебными средствами того, чтó причиняетъ вредъ, нѣтъ ничего удивительнаго: это — благотворное дѣйствіе вещей, а не проявленіе силы лечащихъ, и пусть будетъ похвальнымъ знаніе того, какимъ врачебнымъ средствомъ или искусствомъ и кого слѣдуетъ лечить, но похвала эта умѣстна не для Бога, а для человѣка. Послѣднему не безчестно улучшать здоровье человѣческое посредствомъ внѣшнихъ средствъ; но Богу не приличествуетъ доставлять здоровье и благосостояніе не чрезъ Себя Самого, а при помощи внѣшнихъ средствъ.

49. И такъ какъ вы сравниваете благодѣтельныя исцѣленія чрезъ другихъ боговъ съ дарованными Христомъ, то не хотите ли, чтобы нами было указано, сколько тысячъ [людей] недужныхъ, сколько удрученныхъ изнурительными болѣзнями совсѣмъ не получили никакого облегченія, хотя они ходили съ моленіями по всѣмъ храмамъ, хотя, повергшись предъ лицомъ боговъ, покрывали самые пороги дверей поцѣлуями [134], хотя въ теченіе всей своей жизни они осаждали моленіями самого Эскулапа, прославляемаго, какъ подателя здоровья, и жалобно взывали къ нему? Не знаемъ ли мы, что одни умерли съ своими страданіями, другіе состарились съ мучительными болѣзнями, иные стали находиться въ болѣе опасномъ состояніи послѣ того, какъ дни и ночи проводили въ безпрестанныхъ моленіяхъ и въ ожиданіи милости? Чтó пользы указывать на одного или другого, можетъ быть, исцѣлившихся, когда столькимъ тысячамъ никто не помогъ и когда всѣ храмы полны жалкихъ и несчастныхъ? Вы, можетъ быть, скажете, что боги помогаютъ добрымъ и не взираютъ на злыхъ. Но Христосъ одинаково помогалъ добрымъ и злымъ и Имъ не былъ отвергаемъ никто изъ просившихъ помощи въ тяжеломъ положеніи противъ жестокаго нападенія судьбы. Ибо истинному Богу и царскому могуществу свойственно никому не отказывать въ Своей милости и не принимать во вниманіе того, кто заслуживаетъ или не заслуживаетъ этого, потому что человѣка дѣлаетъ грѣшникомъ природная слабость (infirmitas), а не выборъ воли или рѣшенія [135]. Говорить, далѣе, что боги оказываютъ помощь тѣмъ страждущимъ, которые заслуживаютъ этого, это значитъ оставлять въ неопредѣленномъ положеніи и дѣлать сомнительнымъ то, что ты утверждаешь, такъ что и тотъ, кто сталъ здоровымъ, можетъ казаться избавившимся [отъ болѣзни] случайно, и относительно того, кто не выздоровѣлъ, можно думать, что онъ не могъ освободиться отъ болѣзни не по причинамъ своей вины, а вслѣдствіе безсилія боговъ.

50. Мало того. Эти чудеса, которыя нами изложены кратко, а не такъ, какъ требовало величіе предмета, Онъ не только Самъ совершалъ Своею силою, но, — чтó гораздо выше, — многимъ другимъ предоставилъ предпринимать и совершать во имя Его (sui nominis cum adjectione) [136]. Ибо, такъ какъ Онъ видѣлъ, что вы будете отрицать Его дѣянія и божественное дѣло, то, чтобы не возникло подозрѣніе, что обильные дары и благодѣянія дарованы Имъ при помощи магическихъ искусствъ, Онъ изъ той безчисленной массы народа, которая слѣдовала за Нимъ, удивляясь Его благодѣяніямъ (gratiam), избралъ рыбаковъ, ремесленниковъ, простыхъ и неопытныхъ людей, чтобы они, будучи посланы къ различнымъ народамъ, совершали всѣ тѣ чудеса безъ всякихъ прикрасъ и вспомогательныхъ средствъ. Онъ словомъ успокаивалъ мученія болящихъ членовъ: такъ же и они словомъ успокаивали боли ужасныхъ страданій. Онъ однимъ повелѣніемъ изгонялъ бѣсовъ изъ тѣлъ и находившимся въ изступленіи (exanimatis) возвращалъ ясное сознаніе (suos sensus): такъ же и они такимъ же повелѣніемъ возвращали мучимымъ ими [137] (sub eorum tortantes [138] se casibus) здоровье и спокойствіе. Онъ прикосновеніемъ руки удалялъ пятна бѣлой проказы: такъ же и они посредствомъ подобнаго прикосновенія возстановляли прежній видъ тѣла. Онъ повелѣвалъ одержимымъ водяною болѣзнію и опухшимъ членамъ возвращаться въ природное состояніе, свободное отъ излишней влаги: такъ же и служители Его такимъ же образомъ останавливали распространеніе воды и повелѣвали ей течь своими путями безъ вреда для тѣла. Онъ словомъ въ одно мгновеніе останавливалъ постоянное разрушительное дѣйствіе огромныхъ и неизлечимыхъ нарывовъ [139]: такъ же и они подобнымъ образомъ заживляли упорный и жестокій ракъ и прекращали распространеніе его. Онъ давалъ хромымъ способность ходить, слѣпымъ глазамъ зрѣніе, возвращалъ умершихъ къ жизни: такъ же и они давали свободу сведенннымъ жиламъ, возстанавляли давно утраченный свѣтъ въ глазахъ и повелѣвали умершимъ возвращаться вмѣстѣ съ похоронною процессіей изъ гробовъ. И все то, чтó было совершено Имъ при всеобщемъ удивленіи и изумленіи, Онъ предоставилъ также совершать этимъ простымъ и необразованнымъ [людямъ] и подчинилъ власти ихъ.

51. Чтó скажете на это вы, невѣрующіе, упорные и огрубѣлые умы? Далъ ли кому-либо изъ смертныхъ Юпитеръ Капитолійскій такого рода власть? Надѣлилъ ли онъ куріона [140], или верховнаго понтифика [141], даже фламина [142] Юпитерова (Dialem flaminem), какъ принадлежащего ему (quod ejus [143] est), такимъ полномочіемъ — я не скажу, чтобы воскрешать умершихъ, возвращать зрѣніе слѣпымъ, возстановлять у скорченныхъ (curvatis) [144] и разслабленныхъ прежнее положеніе членовъ, но чтобы повелительнымъ словомъ или прикосновеніемъ руки удалить прыщикъ, заусеницу, волдырь? Итакъ, было ли то нѣчто человѣческое и могла ли изъ устъ, питавшихся прахомъ земнымъ, быть дана такая власть или могло ли произойти такое полномочіе, а не нѣчто божественное и святое, или, если предметъ допускаетъ преувеличеніе, болѣе, чѣмъ божественное и святое? Ибо, если ты самъ дѣлаешь то, что можешь и что соотвѣтствуетъ твоимъ силамъ и твоей способности, то нѣтъ основанія для выраженія удивленія; потому что ты дѣлалъ то, что могъ и что должна была произвесть твоя сила, такъ что между дѣйствіемъ и совершавшимъ его обнаруживается полное соотвѣтствіе (aequalitas) [145]. Быть въ состояніи перенесть на другого свое право и то, что одинъ только ты можешь дѣлать, сообщить бренному существу и сдѣлать его участникомъ въ этомъ — это свойственно силѣ, возвышающейся надъ всѣмъ и заключающей въ себѣ причины всѣхъ вещей и свойства всѣхъ законовъ (rationum) и силъ.

52. Пусть же прибудетъ теперь чрезъ жаркій поясъ изъ отдаленной страны магъ Зороастръ, — если мы соглашаемся съ свидѣтельствомъ Гермиппа [146], — Бактрійскій, и вмѣстѣ съ нимъ пусть явится тотъ Арменій, внукъ Зостріана [147], дѣянія котораго излагаетъ Ктесія въ первой книгѣ Исторій [148], и другъ Кира, Памфилъ [149], также Аполлоній [150], Дамигеронъ, Дарданъ [151], Белъ [152], Юліанъ [153], Бебулъ [154]; и всѣ тѣ, о которыхъ говорятъ, какъ объ имѣвшихъ выдающееся значеніе и извѣстность въ подобнаго рода фокусахъ (praestigiis): пусть они сообщатъ кому-либо изъ народа власть давать устамъ нѣмыхъ способность ясной рѣчи, отверзать слухъ глухихъ, возстановлять у слѣпорожденныхъ естественныя свойства глазъ и возвращать уже давно оцѣпенѣвшимъ членамъ чувствительность и жизнь. Или, если это слишкомъ трудно и если они не могутъ другимъ дать власть для такого рода дѣлъ, пусть сами они дѣлаютъ это и именно съ примѣненіемъ своихъ обычаевъ; пусть они соберутъ и примѣнятъ всѣ волшебныя травы, которыя питаетъ нѣдро земли, всѣ имѣющія силу нашептываемыя слова и присоединяемые необходимые наговоры, — мы не препятствуемъ, не отказываемъ имъ въ этомъ: пусть будетъ испытано и узнано, могутъ ли они съ своими богами производитъ то, чтó совершали простые христіане посредствомъ однихъ повелѣній.

53. Перестаньте, невѣдущіе [люди], обращать столь великіе предметы [155] въ поруганія, которыя нисколько не повредятъ Тому, кто это совершилъ, но вамъ принесутъ опасность, — опасность, говорю, не малую, но относящуюся къ тому, что имѣетъ исключительное, преимущественное значеніе, такъ какъ душа есть нѣчто драгоцѣнное и для самого человѣка ничего не можетъ быть болѣе дорогого. Ничего, какъ вы думаете, магическаго, ничего человѣческаго, фокусническаго или лукаваго, никакого обмана не скрывалось во Христѣ, хотя вы обыкновенно насмѣхаетесь [надъ Нимъ] и предаетесь необузданному хохоту. Онъ былъ Богъ вышній, Богъ по самому существу (radice ab intima), и Богъ изъ невѣдомыхъ царствъ былъ посланъ Богомъ (Deo) [156], властителемъ (principe) всего, какъ спаситель, относительно котораго ни самое солнце, ни какая-либо изъ звѣздъ, если онѣ обладаютъ способностію разумѣнія, ни правители и властители міра, ни, наконецъ, великіе боги или тѣ, которые, выдавая себя за боговъ, наводятъ страхъ на весь родъ человѣческій, не могли знать или предполагать, откуда Онъ и кто Онъ. И это справедливо. Но, по оставленіи тѣла, которое Онъ имѣлъ, какъ незначительную часть Свою, и послѣ того, какъ Онъ далъ Себя видѣть и знать, какое величіе свойственно Ему, всѣ стихіи міра, устрашенныя необычайностію событій, пришли въ смятеніе, земля поколебалась и задрожала, море до самого дна взволновалось, воздухъ покрылся густою тьмою, жаръ огненнаго круга солнца ослабѣлъ и оно оцѣпенѣло. Чтó же еще могло произойти послѣ того, какъ былъ узнанъ, какъ Богъ, Тотъ, Кто уже давно считался однимъ изъ насъ?

54. Вы, конечно, не вѣрите этимъ фактамъ. Но тѣ, которые наблюдали ихъ, которые собственными глазами видѣли ихъ совершающимися, наилучшіе свидѣтели и самые надежные удостовѣрители, и сами вѣрили въ нихъ, и передали ихъ намъ, потомкамъ, какъ вполнѣ достовѣрные, съ немаловажными подтвержденіями. Вы, можетъ быть, спросите: кто же это? Племена, народы, націи и тотъ невѣрующій родъ человѣческій, который, если бы дѣло не было очевиднымъ и, какъ говорится, яснѣе самаго солнца, никогда не согласился бы повѣрить явленіямъ подобнаго рода. Неужели мы можемъ сказать, что люди того времени до такой степени были пусты, лживы, глупы и неразумны, что воображали себя видѣвшими то, чего никогда не видѣли, и сообщали, ложно свидѣтельствуя, или подкрѣпляли дѣтскими увѣреніями то, чего совсѣмъ не было, и попусту подвергали себя ненависти и носили считавшееся презрѣннымъ (execrabili) имя, между тѣмъ какъ они моглибы жить въ согласіи съ вами и имѣть съ вами дружественныя отношенія?

55. Но если сообщенія обо всемъ этомъ, какъ вы говорите ложны, то почему религія эта въ столь короткое время распространилась по всему міру и какимъ образомъ могли прійти къ единомыслію народы, разсѣянные по [разнымъ] странамъ и отдѣленные одни отъ другихъ чрезъ мѣсто жительства и климатическія условія? Неужели они были обольщены одними увѣреніями, были увлечены, пустыми надеждами и добровольно захотѣли съ безумнымъ отчаяніемъ подвергать себя опасностямъ жизни, хотя не видѣли ничего такого, что своею необычайною чудесностію могло бы склонить ихъ къ этой религіи (in hos cultns)? Напротивъ того, такъ какъ они видѣли исполненіе всего этого Имъ Самимъ и Его проповѣдниками, которые, будучи посланы въ весь міръ, приносили благодѣянія Отца, какъ дары [157] душамъ и тѣламъ; то, побѣжденные силою истины, предали себя Богу и не считали великимъ лишеніемъ для себя предоставить вамъ свои члены и отдать свои тѣла на растерзаніе.

56. Но наши писатели лживо изложили это, чрезмѣрно преувеличили незначительныя событія и чрезъ напыщенныя похвалы придали мелочамъ важное значеніе? Однако, если бы (ut iam) [158] могло быть изложено въ писаніяхъ все то, что было совершено Имъ Самимъ и что съ одинаковою властію и силою было исполнено Его проповѣдниками, то такое обиліе чудесъ сдѣлало бы васъ болѣе невѣрующими и вы, можетъ быть, могли бы найти поводъ къ тому, чтобы казалось весьма вѣроятнымъ, что и событія преувеличены, и сдѣланы подложныя добавленія къ писаніямъ и толкованіямъ. Но не могло все быть записано и достигнуть слуха всѣхъ среди некультурныхъ (ignotis) народовъ и незнакомыхъ съ употребленіемъ письма, и если что записано и описано, то здѣсь, по злобѣ демоновъ, ревностно заботящихся объ устраненіи этой истины, и подобныхъ имъ людей [159], одно вставлено и добавлено, а другое измѣнено и сдѣланы опущенія словъ, слоговъ и буквъ (litteris) [160], чтобы и помѣшать довѣрію людей благоразумныхъ, и ослабить значеніе фактовъ [161]. И никогда нельзя будетъ на основаніи этихъ свидѣтельствъ Писанія вывесть надлежащимъ образомъ (bene) заключеніе о томъ, кто былъ Христосъ, дѣло котораго для того только открыто (cujus in id solum dimissa est causa) [162], чтобы, если подтвердится (constiterit) истинность того, что мы говоримъ, чрезъ исповѣданіе всѣхъ было доказано, что Онъ Богъ.

57. Вы не вѣрите нашимъ писаніямъ: и мы не вѣремъ вашимъ писаніямъ. Мы [по вашимъ словамъ] выдумываемъ ложь о Христѣ: и вы распространяете пустыя и ложныя свѣдѣнія о вашихъ богахъ; ибо не богъ какой-либо, спустившійся съ неба, написалъ собственныни руками ваши писанія (res) или подобнымъ образомъ умалилъ значеніе (deragovit) нашихъ писаній и [нашей] религіи. Эти написаны людьми, и тѣ написаны людьми, изложены человѣческою рѣчью, и все то, что вы съ настойчивостью говорите о нашихъ писателяхъ, примите и считайте за сказанное и имѣющее одинаковое значеніе относительно вашихъ. Вы утверждаете, что истинно то, чтó содержится въ вашихъ писаніяхъ: необходимо должны вы признать и истинность того, чтó записано въ нашихъ писаніяхъ. Вы обвиняете наши писанія во лжи; и мы обвиняемъ ваши во лжи. Но «наши [писанія]» говорите вы, «болѣе древни и потому достовѣрны и истинны», какъ будто бы древность не служитъ обильнымъ источникомъ (mater) заблужденій и не она породила тѣ разсказы (res), которые заклеймили боговъ позорными пятнами въ безстыдныхъ басняхъ. Развѣ за десять тысячъ лѣтъ тому назадъ нельзя было слышать ложь и вѣрить ей, и не болѣе ли правдоподобно то, что близкому и недалекому болѣе свойственна достовѣрность, нежели тому, что отдѣлено длиннымъ промежуткомъ времени? Ибо первое основывается на свидѣтеляхъ, а послѣднее на мнѣніяхъ, и гораздо скорѣе можно признать, что менѣе вымысловъ въ новомъ, чѣмъ въ томъ, что происходитъ изъ отдаленной темной древности.

58. Но «они [163] написаны людьми необразованными и простыми и поэтому не слѣдуетъ легкомысленно вѣрить имъ». Разсуди, не служитъ ли это скорѣе причиною того, что они не искажены никакою ложью, какъ написанныя простодушно и чуждыя стремленія къ искусственности и преувеличеніямъ. «Языкъ ихъ простъ и нечистъ», потому что истина никогда не стремится къ прикрасамъ, и то, что дознано несомнѣнно, не допускаетъ развитія рѣчи посредствомъ длинныхъ періодовъ. Силлогизмы, энтимемы [164], опредѣленія понятій и всѣ тѣ украшенія рѣчи, чрезъ которыя стараются пріобрѣсти довѣріе къ утвержденіямъ, хотя помогаютъ въ предположеніяхъ, по не представляютъ чертъ истины. Впрочемъ, кто знаетъ то, что говорится, тотъ не употребляетъ опредѣденій и силлогизмовъ и не пользуется искусственными выраженіями, которыми обыкновенно плѣняются слушатели и чрезъ необходимыя ухищренія (circumscriptionis necessitate) склоняются къ согласію.

59. Ваши писанія, говорятъ, усѣяны барбаризмами, солецизмами и обезображены грубыми погрѣшностями [165]. Этотъ укоръ совершенно дѣтскій и свойственъ ограниченному уму. Если бы мы допустили правильность этого [укора], то должны были бы изъять изъ нашего употребленія нѣкоторые виды плодовъ, какъ рождающіеся вмѣстѣ съ шипами и другими отбросами (purgamentis) [166], которые не могутъ служить пищею для насъ и однако не мѣшаютъ намъ пользоваться тѣмъ, что составляетъ существенную часть (principaliter antecedit) и что опредѣлено природою служить на пользу намъ. Ибо что мѣшаетъ, спрашиваю я, и какое затрудненіе для пониманія представляетъ, если излагается что-либо гладко, или шероховато и грубо, и если произносится протяжно (inflectatur) то, что должно произносить съ повышеніемъ голоса (acui), или произносится съ повышеніемъ голоса то, чго должно произносить протяжно? И какимъ образомъ становится менѣе вѣрнымъ сказанное, если встрѣчаются погрѣшности относительно числа, или падежа, предлога, причастія, союза? Этотъ блескъ языка и построеніе рѣчи по правиламъ пусть соблюдаются на ораторской каѳедрѣ, въ процессахъ, на форумѣ, въ судахъ и пусть предоставляются въ особенности тѣмъ (detur quin [167] illis immo), которые, ища привлекательности и удовольствій, все свое стараніе употребляютъ на красоту выраженій. Когда дѣло идетъ о предметахъ, далекихъ отъ хвастовства, то должно обращать вниманіе на то, чтó говорится, а не на то, съ какою пріятностію говорится, и не на то, чтó ласкаетъ слухъ, а на то, какую пользу приноситъ это слушателямъ, тѣмъ болѣе, что мы знаемъ, что также нѣкоторые философы не только пренебрегали отдѣлкой языка, но даже, имѣя возможность говорить изящнѣе и съ бóльшею полнотою, нарочито пользовались обыкновенною простою рѣчью, чтобы не повредить строгой серіозности и не тщеславиться софистическимъ пустымъ блескомъ. Ибо въ дѣлахъ важныхъ искать удовольствія и, имѣя дѣло съ нездоровыми и больными, ласкать слухъ ихъ пріятными словами, а не лекарства прикладывать къ ранамъ, служитъ доказательствомъ легкомыслія. Впрочемъ, собственно говоря, никакая рѣчь по природѣ не бываетъ ни правильною, ни неправильною. Ибо есть ли какое-либо естественное основаніе или законъ, начертанный въ міровомъ порядкѣ, чтобы говорить «эта» стѣна и «этотъ» стулъ, хотя они не имѣютъ половъ, которые можно было бы различать, какъ мужескій и женскій родъ, и никакой ученѣйшій человѣкъ не можетъ мнѣ объяснить, чтó такое «этотъ» и «эта» и почему одно изъ нихъ обозначаетъ мужескій полъ, а другое употребляется при женскомъ родѣ. Это человѣческія установленія и не для всѣхъ необходимыя при употребленіи языка; потому что можно было бы, можетъ быть, вполнѣ безупречно говорить и «эта» стулъ и «этотъ» стѣна, если бы сначала было принято такъ говорить и если бы въ послѣдующіе вѣка это удержалось въ общей разговорной рѣчи. И однако вы, обвиняющіе наши писанія, какъ обезображенныя грубыми ошибками, не встрѣчаете ли эти погрѣшности также въ величайшихъ и дивныхъ произведеніяхъ? Не говорите ли вы то haec utria, то hos utres, то caelus, то caelum, также pileus и pileum [168], crocus и crocum, fretus и fretum? Не употребляется ли у васъ hoc pane и hic panis, hic sanguis и hoc sanguen, candelabrnm и jugulum и равнымъ образомъ candelaber и jugulus? Вѣдь если каждое въ отдѣльности имя не можетъ имѣть болѣе одного рода и не можетъ быть то одного, то другого рода, потому что одинъ родъ не можетъ переходить въ другой; то столько же погрѣшаетъ тотъ, кто мужескія имена употребляетъ въ женской формѣ, сколько погрѣшаеть тотъ, кто мужескій членъ ставитъ предъ именами женскаго рода. Но мы видимъ, что вы употребляете и имена мужескія въ женской формѣ, и женскія въ мужеской, а тѣ, которыя вы называете neutra [169], — въ той и другой формѣ безъ всякаго различія. Такимъ образомъ или не составляетъ никакой погрѣшности безразлично пользоваться ими, и вы несправедливо приписываете намъ обезображеніе грубыми погрѣшностями языка (soloecismorum), или, если несомнѣнно то, что каждое слово должно употребляться согласно съ извѣстными правилами, то также и вы страдаете подобнаго рода погрѣшностями, хотя вы имѣете всѣхъ Эпикадовъ, Цезелліевъ, Верріевъ, Скавровъ и Низовъ [170].

60. Но, говорятъ, «если Христосъ былъ Богъ, то почему Онъ явился въ образѣ человѣка и почему Онъ умеръ, какъ человѣкъ?» Могла ли эта невидимая сила, не имѣющая ничего тѣлеснаго, явитьсл въ мірѣ, быть доступною (commodare se) для него и вступать въ общеніе съ людьми иначе, нежели принявъ нѣкоторый покровъ болѣе или менѣе плотной матеріи, на которой могъ бы быть обращенъ взоръ и который могъ бы спокойно быть созерцаемъ? Ибо кто изъ людей могъ бы увидѣть и замѣтить Его, если бы Онъ восхотѣлъ такимъ явиться на землѣ, каковъ Онъ по Своей изначальной природѣ и какимъ Онъ Самъ восхотѣлъ быть въ Своей сущности (qualitate) или божественности? Поэтому Онъ принялъ образъ человѣка и въ подобіи нашему роду сокрылъ Свое могущество (сн. Флп. 2, 7; Рим. 8, 3), чтобы могъ быть видимымъ и замѣчаемымъ, говорить [съ людьми], учить и совершать все то, для исполненія чего Онъ пришелъ въ міръ по волѣ и опредѣленію высочайшаго Царя.

61. «Что же, — развѣ высочайшій Царь», говорятъ (dicit) [171], «не могъ безъ принятія образа человѣка совершить то, исполненіе чего въ мірѣ Онъ опредѣлилъ?» Если бы необходимо было совершить это такъ, какъ вы говорите, то Онъ, можетъ быть, такъ и совершилъ бы; а такъ какъ это не было необходимо, то Онъ совершилъ это иначе. Почему Онъ восхотѣлъ [совершить это] такъ, а не иначе, причины этого сокрыты во мракѣ (latent [172] involutae) и едва ли постижимы для кого-либо. Но ты, можетъ быть, могъ бы понять ихъ, если бы уже давно не былъ подготовленъ къ непониманію и если бы не настроилъ себя къ упорному невѣрію прежде, чѣмъ было бы изложено то, что ты ищешь знать и слышать.

62. «Но Онъ умеръ какъ человѣкъ». Не Онъ Самъ, ибо божественное не можетъ быть уничтожено смертію, и то, что едино и просто и не состоитъ изъ соединенія какихъ-либо частей, не можетъ разложиться и погибнуть. «Кто же былъ видимъ висящимъ на крестѣ и кто умеръ?» Человѣческое естество (homo), которое Онъ принялъ и носилъ съ Собою (secum portabat). «Это неимовѣрно и покрыто непроницаемою тьмою». Если угодно, это не темно и подтверждается слѣдующими примѣрами. Если бы сивилла въ то время, когда она, будучи, какъ вы говорите, исполнена силы Аполлона, изрекала оракульскія предсказанія, была убита и лишена жизни безбожными разбойниками; то неужели можно было бы сказать, что въ ней былъ умерщвленъ Аполлонъ? Если бы Бакидъ, Геленъ, Марцій [173] и другіе подобнымъ образомъ прорицавшіе предсказатели были лишены жизни и свѣта, то неужели кто-нибудь могъ бы сказать, что были умерщвлены по закону, которому подлежитъ человѣчество, тѣ, которые, говоря ихъ устами, открывали спрашивавшимъ ходъ событій (vias rerum)? Та смерть, о кототорой вы говорите, была [смертью] воспринятаго человѣческаго естества (hominis), а не Его Самого, носимаго, а не носящаго [174], и самый образъ (ipsa species) [175] не подвергся бы ей, если бы не должно было совершиться столь великое дѣло [176] и въ сокровенныхъ тайнахъ смерти (fati) открыться, неизъяснимое опредѣленіе (ratio).

63. Скажешь: «какія это сокровеннныя и непроницаемыя тайны?» Тѣ, которыхъ никто изъ людей не можетъ знать и до которыхъ даже такъ называемые боги міра не могутъ досягать ни въ какихъ догадкахъ и предположеніяхъ, за исключеніемъ тѣхъ, коихъ Самъ Онъ удостоилъ надѣлить дарами такого знанія и ввести въ сокровенныя глубины таинственнаго святилища. Что же (quid enim)? [177] Если бы Онъ не хотѣлъ, чтобы кто-либо наложилъ на Него руки, то не долженъ ли Онъ былъ бы всѣ усилія употребить къ тому, чтобы даже всею (universa) [178] силою удалить отъ Себя Своихъ враговъ? Возвращавшій зрѣніе слѣпымъ развѣ не могъ, если бы нужно было, поразить (враговъ) слѣпотою? Дававшему крѣпость силъ разслабленнымъ развѣ трудно или тяжело было сдѣлать ихъ разслабленными? Повелѣвавшій хромымъ ходить развѣ не могъ чрезъ затвердѣніе жилъ связать движеніе членовъ? Выводившему умершихъ изъ гробовъ развѣ трудно было подвергнуть смерти кого угодно? Но такъ какъ [божественное] опредѣленіе (ratio) требовало исполненія того, что было предопредѣлено, и именно здѣсь, въ самомъ мірѣ, и такъ, какъ это совершилось, то Онъ, въ Своей неоцѣнимой и неимовѣрной благости, смотря на беззаконія людей въ отношеніи къ Нему, какъ на дѣтское неразуміе (ineptiis), допустилъ безчеловѣчныхъ, жестокихъ палачей (latronibus) наложить на Него руки и не призналъ необходимимъ вмѣнить имъ то, что учинила ихъ дерзость, чтобы только Своимъ открыть, чтó они должны ожидать отъ Него. Ибо когда Онъ, давая наставленія (insinuator) объ опасностяхъ для душъ въ худой жизни и, наоборотъ, о спасеніи ихъ въ добродѣтельной жизни [179], опредѣлилъ, какъ учитель и законодатель, соотвѣтствующія Его законамъ и установленіямъ обязанности; то не сокрушилъ ли Онъ гордыню (fastum) [180] высокомѣрія, не угасилъ ли пламя страстей, не обуздалъ ли ненасытность (hiatum) алчности, не исторгъ ли оружіе изъ рукъ и не уничтожилъ ли всякіе разсадники всѣхъ пороковъ? Наконецъ, Самъ Онъ не былъ ли кроткимъ, тихимъ, доступнымъ для всѣхъ, обходительнымъ, соболѣзнующимъ несчастіямъ человѣческимъ и, умилосердившись надъ всѣми вообще, удрученными страданіями и тѣлесными недугами и болѣзаями (morbis) [181], не исцѣлялъ ли и не спасалъ ли ихъ?

64. Чтó же побуждаетъ и заставляетъ васъ злословить, поносить и проявлять непримиримую вражду въ отношеніи къ Тому, Кого никто не могъ обвинить и уличить въ какомъ-либо преступленіи? Своихъ тиранновъ и царей, которые, оставивъ страхъ предъ богами, расхищали и разграбляли сокровищницы храмовъ, которые чрезъ проскрипціи, ссылки и убійства отнимали знатнѣйшихъ гражданъ у государствъ и посредствомъ необузданнаго насилія лишали матронъ и дѣвицъ цѣломудрія, вы называете индигетами [182] и богами, и тѣхъ, коихъ вамъ слѣдовало горячо ненавидѣть, вы чествуете посредствомъ пиршествъ (pulvinaribus) [183], жертвенниковъ, храмовъ и другихъ видовъ культа, торжественныхъ зрѣлищъ и празднествъ въ дни рожденія (natalium). Также и всѣми тѣми, которые въ написанныхъ ими разнообразныхъ сочиненіяхъ подвергаютъ язвительнымъ насмѣшкамъ общественные нравы, которые бичуютъ, клеймятъ и поносятъ роскошь и ваши пороки (vitia) [184], которые, благодаря долговременному сохраненію сочиненій, распространяютъ позорныя явленія своего времени до потомковъ, которые внушаютъ общность браковъ, которые ложатся вмѣстѣ съ красивыми, распущенными, нагими мальчиками, которые называютъ васъ скотами, бѣглецами, ссыльными, рабами худшаго разряда, бѣшеными и сумасшедшими, — вы восхищаетесь, рукоплещете имъ, превозносите ихъ до звѣздъ небесныхъ, помѣщаете въ книгохранилищахъ, чествуете посредствомъ колесницъ и статуй и, на сколько это зависитъ отъ васъ, какъ бы увѣковѣчиваете ихъ чрезъ свидѣтельство безсмертныхъ надписей. Одного только Христа вы хотѣли бы, если бы это возможно было въ отношеніи къ Нему, какъ Богу, опозорить (conpellare), растерзать и даже, если бы это можно было, изгрызть Его, подобно дикимъ звѣрямъ, кровожадною пастью и проглотить вмѣстѣ съ раздробленными костями. За какую же, — прошу васъ сказать, — вину, за какой проступокъ? Чтó такое совершилъ Онъ, что отступало бы отъ праваго пути и что могло бы возбуждать въ васъ жестокую, бѣшеную ненависть? Не за то ли, что Онъ возвѣстилъ о Себѣ, какъ о стражѣ вашихъ душъ, посланномъ единымъ Царемъ, и что Онъ приноситъ вамъ безсмертіе, которымъ, какъ вы убѣждены, вы обладаете, будучи склонены къ этому увѣреніями немногихъ людей. Но если бы даже было несомнѣннымъ для васъ, что Онъ говоритъ ложь и подаетъ пустыя надежды, то и въ такомъ случаѣ я не вижу основанія, почему вы должны были бы ненавидѣть Его, враждебно нападать на Него и осуждать; напротивъ того, если бы вы обладали спокойствіемъ и добродушіемъ, то уже по тому одному должны были бы любить (amplecti) Его, что Онъ обѣщалъ вамъ достойное желанія и благопріятное, что Онъ былъ провозвѣстникомъ всего добраго, что Онъ проповѣдывалъ то, что ничьего сердца не огорчало, но, наоборотъ, наподняло его вѣрною надеждою.

65. О, неблагодарный и безбожный родъ людей, доведенный неимовѣрнымъ упорствомъ до собственной погибели! Если бы изъ отдаленныхъ и совершенно неизвѣстныхъ вамъ странъ прибылъ къ вамъ какой-либо врачъ, обѣщая такое лекарство, которое вполнѣ избавляло бы ваши тѣла отъ всѣхъ видовъ болѣзней и недуговъ; то не прибѣжали ли бы всѣ вы наперерывъ другъ передъ другомъ? Не приняли ли бы вы его дружески въ своихъ стѣнахъ, оказывая ему всякія любезности и почести? Не желали ли бы вы, чтобы этотъ родъ лекарства былъ вполнѣ дѣйствительнымъ и чтобы справедливымъ оказалось обѣшаніе объ освобожденіи тѣлъ отъ столь многочисленныхъ недуговъ до послѣднихъ предѣловъ жизни? И хотя бы успѣхъ былъ сомнительнымъ, вы однако съ довѣріемъ отнеслись бы и безъ колебанія пили бы неизвѣстный напитокъ, побуждаемые надеждою на обѣщанное выздоровленіе и желаніемъ сохраненія здоровья. Возсіялъ и явился Христосъ, провозвѣстникъ величайшаго дѣла [спасенія], принесшій вѣрующимъ добрыя обѣтованія и спасительныя вѣсти. Что это за жестокость, за безчеловѣчность столь великая или, правильнѣе говоря, высокомѣріе и превозношеніе, что провозвѣстника и подателя столь великаго дара не только терзаютъ путемъ злословій, но преслѣдуютъ посредствомъ жестокой войны съ примѣненіемъ всякаго рода оружія? Вамъ не нравится то, что Онъ говоритъ, и выслушивается вами съ досадою: считайте это за смѣшное пророчество. Говоритъ Онъ глупости и обѣщаетъ нелѣпые дары: смѣйтесь, какъ [смѣются] мудрые люди надъ вами, и предоставьте глупости оставаться при своихъ заблужденіяхъ. Что это за жестокость, — чтобы повторить то, что часто говорилось, — и какая кровожадность — объявлять непримиримую войну тому, кто ни въ чемъ не провинился предъ тобой, растерзать, если бы возможно было, вмѣстѣ съ самыми внутренностями того, кто не только не причинилъ никому никакого зла, но даже врагамъ благоволилъ открыть, какое спасеніе приносится душамъ (animis) [185] отъ верховнаго Бога и что нужно дѣлать для того, чтобы избѣжать погибели и достигнуть неизвѣстнаго [имъ] безсмертія? Но такъ какъ необычайность ученія (rerum) и неслыханность обѣтованія смущали умы слушателей и склоняли вѣру къ колебанію; то Господь всѣхъ силъ и истребитель самой смерти допустилъ умертвить свое человѣческое естество (hominem suum), чтобы изъ послѣдующаго [186] они узнали, что несомнѣнны ихъ надежды, которыя они уже давно имѣли относительно спасенія душъ, и что инымь образомъ нельзя избѣжать опасности смерти.

Примѣчанія:
[1] По Орелли и Миню: Disputationum adversus gentes libri septem. Русскій переводъ сдѣланъ нами по изданію Рейффершейда, какъ наилучшему изъ всѣхъ существующихъ изданій Арнобія; но, въ виду того широкаго употребленія, какимъ пользуется изданіе Миня, воспроизводящаго въ V томѣ своей Латинской Патрологіи текстъ Арнобія по изданію Орелли, мы въ подстрочныхъ примѣчаніяхъ отмѣчаемъ важнѣйшія особенности текста Арнобія по изданію Орелли=Миня. Въ подстрочныхъ примѣчаніяхъ нами отмѣчаются также тѣ немногія отступленія отъ текста Рейффершейда, какія допущены нами вслѣдствіе исправленія текста позднѣйшими критиками. Конъектуры Рейффершейда, не внесенныя имъ въ текстъ, но принятыя нами въ переводѣ, напечатаны курсивомъ. Слова, дополненныя нами въ переводѣ ради ясности или по требованію русской рѣчи, включены въ острыя скобы.
[2] Здѣсь указывается на то состояніе, въ какомъ находились, по вѣрованію древнихъ, вдохновляемые божествомъ прорицатели.
[3] Т. е., какъ несомнѣнную истину.
[4] Боги.
[5] Противники христіанства.
[6] Небеснаго свода.
[7] По Орелли и Миню navitas.
[8] Вмѣсто per duas habitabiles Орелли и Минь читаютъ per inhabitabiles.
[9] Христіане.
[10] То есть, люди, жившіе въ древности.
[11] Въ оскорбленіяхъ, причиняемыхъ, по мнѣнію язычниковъ, богамъ христіанами.
[12] Древность или люди, жившіе въ древности.
[13] Арнобій часто пользуется діалогической формой рѣчи и нерѣдко приводитъ разнаго рода жалобы и обличенія, не указывая на то, что они принадлежатъ противникамъ христіанства.
[14] Сн. Tertull. Apolog. cap. 40.
[15] Среди язычниковъ весьма распространены были сказанія объ опустошительныхъ наводненіяхъ или потопахъ, которыми въ древности уничтожались цѣлые городá и островá со всѣмъ населеніемъ, и въ частности о всемірномъ потопѣ, которымъ Зевсъ или Юпитеръ истребилъ нечестивый родъ человѣческій за исключеніемъ богобоязненныхъ Девкаліона и Пирры, жены его, спасшихся на небольшомъ суднѣ. Извѣстно также сказаніе о Фаэтонтѣ (или Фаэтонѣ), который вслѣдствіе неумѣнія, справиться съ огненными конями своего отца Гелія (бога солнца), зажегъ небо и землю, такъ что Зевсъ (Юпитеръ) поразилъ его молніей, чтобы спасти міръ отъ гибели.
[16] Здѣсь разумѣются многочисленныя сказанія о борьбѣ съ дикими звѣрями и въ частности со львами и змѣями, истреблявшими въ древности множество людей, въ особенности въ Ливіи, и въ частности сказанія о ливійскомъ народѣ номеяхъ, истребленномъ львами, и о латинскомъ городѣ Амиклахъ (Amyclae), жители котораго были уничтожены змѣями (Aelian. De nat. animal. XVII, 27; Plin. Nat. Hist. VIII. 29).
[17] Въ Тимеѣ, стр. 25 (по изданію Генриха Стефана, нумерація котораго обыкновенно отмѣчается и въ другихъ изданіяхъ). Что слѣдуетъ разумѣть подъ загадочной Атлантидой, относительно этого см. примѣчаніе Г. В. Малеванскаго къ переводу Тимея стр. 59-62 (Труды Кіев. Дух. Акад. 1882 г. № 2. приложеніе).
[18] Вслѣдствіе ненависти боговъ къ христіанамъ.
[19] Указанія на войну между Ниномъ, царемъ Ассирійскимъ, и Зороастромъ (или Оксіартомъ), царемъ Бактрійскимъ, встрѣчаются у многихъ древнихъ писателей; но о томъ, что война эта велась etiam magicis et chaldaeorum ex reconditis disciplinis, упоминается лишь Арнобіемъ.
[20] Вслѣдствіе оскорбленія боговъ христіанскою религіей.
[21] По сообщенію Геродота и другихъ древнихъ историковъ, Ксерксъ, царь Персидскій, при войнѣ съ Греціей переправилъ свое сухопутное войско чрезъ Геллеспонтъ (Дарданелльскій проливъ) по устроенному имъ мосту изъ судовъ, а для переправы своего флота прорѣзалъ каналомъ перешеекъ, соединяющій Аѳонскую гору съ твердою землею.
[22] Александръ Македонскій.
[23] Вмѣсто modo мы читаемъ postmodo по исправленію Мейзера (Studien zu Arnobius, Münch. 1908, p. 20).
[24] Вмѣсто facio Орелли читаетъ facto (чрезъ факты).
[25] Въ діалогѣ Тимей (стр. 22) Платонъ говоритъ: «боги, желая очистить землю водою, посылаютъ наводненіе». Подобнаго рода мысль высказывали также древніе христіанскіе писатели, какъ напр. Оригенъ (Contra Cels. IV, 16).
[26] Греки и римляне, какъ и многіе другіе народы древности, съ презрѣніемъ относились къ бѣлизнѣ тѣла, какъ служащей признакомъ изнѣженности, отдавали предпочтеніе смуглому, загорѣлому отъ солнечныхъ лучей цвѣту тѣла.
[27] Для міра.
[28] Этого слова въ изданіи Орелли нѣтъ.
[29] Слова sustinere нѣтъ въ изданіи Орелли.
[30] По Орелли: maledicam scilicet.
[31] Feriae собственно праздничные дни или дни отдохнованія.
[32] Т. е. продукты, вслѣдствіе изобилія ихъ, настолько обезцѣнивались, что не стоило продавать ихъ.
[33] Слова, напечатанная курсивомъ, прибавлены нами по конъектурѣ Мейзера.
[34] Подъ аламаннами здѣсь разумѣются всѣ вообще германцы.
[35] Подъ Азіей разумѣется римская провинція Азія.
[36] По Орелли Tinguitanos, по Мейзеру Garamantas. Quinquegentani, или quinquegentiani, иначе pentapolitani, называется народъ, жившій въ Киренаикѣ (или въ Киренѣ), на сѣверномъ берегу Африки и получившій названіе по пяти главнымъ городамъ этой страны (Кирена, Береника, Арсиноя, Птолемаида и Аполлонія).
[37] Эти народы такъ же, какъ гетулы и тингитаны жили въ сѣверной части Африки, а гарамавты — во внутренней Африкѣ.
[38] То есть, къ намъ, христіанамъ.
[39] Богъ.
[40] Боговъ.
[41] По Орелли: flammae aestuent.
[42] Отрицая гнѣвъ Божій, какъ страсть, Арнобій не противорѣчитъ ученію Священнаго Писанія и христіанской Церкви, въ которомъ изображеніе гнѣва Божія составляетъ лишь антропоморфическое, «образное показаніе дѣйствій и отношеній Божіихъ къ міру». Сн. архіеп. Филарета Правосл. догм. богосл., ч. 1, изд. 2-е, Черниг., 1865, стр. 101.
[43] Стоики.
[44] Язычниковъ.
[45] По Орелли indignationis (гнѣвъ).
[46] Т. е., обманывая ожиданія пьющаго.
[47] Предъ самымъ употребленіемъ, — когда вино уже налито въ стаканы и когда уже намѣреваются пить его. Въ изданіи Орелли читается: sub ipsis potum labris.
[48] Богъ.
[49] Подъ демонами разумѣются низшія божества, посредствующія между богами и людьми и составляющія нѣчто среднее между богами и полубогами или героями.
[50] Орелли: exortes.
[51] То есть: будто бы Божество занято лишь человѣческими, земными дѣлами, самое положеніе Божества зависитъ лишь отъ отношенія людей къ Нему и все небесное, высшее чуждо Ему. Матерія и въ частности земля съ окружающимъ ее воздухомъ составляютъ, по представленію древнихъ, болѣе плотную и грубую массу, нежели небо, служащее жилищемъ боговъ и находящееся въ области эѳира, тончайшаго и чистѣйшаго огненнаго элемента.
[52] Гадатели изъ Этруріи по внутренностямъ жертвенныхъ животныхъ, совершавшіе также нѣкоторыя религіозныя церемоніи.
[53] Люди, находящіеся въ состояніи религіознаго изступленія или изувѣры, подъ которыми разумѣются въ особенности жрецы восточныхъ культовъ.
[54] Подъ rem здѣсь мы, согласно съ объясненіемъ Рейффершейда (p. 341), понимаемъ rem christianam.
[55] Служеніе христіанъ истинному Богу, изображенное въ предшествующей главѣ.
[56] Здѣсь рѣчь идетъ не о казни христіанъ чрезъ сожиганіе ихъ, а объ особомъ родѣ пытки посредствомъ огня.
[57] Эпитетъ Зевса, имѣвшаго оракулъ въ эпирскомъ городѣ Додонѣ. Далѣе, послѣ слова aut, Рейффершейдъ предполагаетъ пропускъ другого эпитета Зевса.
[58] Въ ркп. стоитъ profanus, вмѣсто чего Орелли читаетъ Trophonius, относя это названіе къ Юпитеру или Зевсу, носившему это наименованіе въ качествѣ хѳоническаго божества, имѣвшаго оракулъ въ беотійскомъ городѣ Ливадіи.
[59] Островъ Делосъ, считавшійся родиной Аполлона, малоазіатскіе города Кларосъ и Дидимы и греческій городъ Дельфы, называвшійся въ древнѣйшее гремя Пиѳо (Pytho, Πυθώ), принадлежали къ числу мѣстъ наиболѣе славившихся культомъ Аполлона. Филезійскимъ (Philesius Φιλήσιος), назывался Аполлонъ, по объясненію Макробія (Saturn. I, 17, 49), потому, что пріятный свѣтъ его при восходѣ солнца привѣтствовали молитвами съ особою любовію.
[60] Въ ркп. читается ethis, чтó обыкновенно исправляется въ et is; но Рейффершейдъ удерживаетъ рукописное чтеніе безъ исправленія, замѣчая, что здѣсь, повидимому, скрывается эпитетъ Аполлона Sminthuis, происшедшій отъ культа его въ троадскомъ городѣ Сминѳѣ (Σμίνθη).
[61] Разумѣются тѣ ученые и философы, которые чрезъ разнаго рода философскія объясненія старались придать смыслъ языческой религіи и миѳологіи.
[62] Ларами у римлянъ въ древнѣйшее время назывались боги-покровители полей, мѣстъ, дóма, домашняго очага, а въ позднѣйшее время — обоготворенныя души усопшихъ людей, какъ добрые духи (сн. Arnob. III, 41). Культъ Грундулійскихъ или Грундульскихъ (Grundules отъ grundio —хрюкать) былъ установленъ, по древнеримскому преданію, Ромуломъ въ честь свиньи, сразу опоросившейся 30 поросятами, чтó было признано за чудесное знаменіе. Aius Locutius (отъ aio и loquor — говорить) — божество, предвозвѣстившее, по преданію, римлянамъ нашествіе галловъ. Limentinus (отъ limen) — божество дверныхъ пороговъ.
[63] Faunus (отъ faveo) — божество, охранявшее лѣса, поля и скотъ, покровительствовавшее земледѣлію и обладавшее даромъ предсказанія, вслѣдствіе чего онъ назывался также Fatuus (отъ fari — говорить, предсказывать). Fatua (Fauna или Fenta Fatua, сн. I, 36) — женское божество, соотвѣтствовавшее Фавну — Фатую. Геніи считались охранителями не только отдѣльныхъ лицъ, но также семей, общинъ и цѣлыхъ государствъ. Pavores (исправленіе Рейффершейда) — божества, внушавшія страхъ; въ другихъ изданіяхъ и въ ркп. читается Pausos, чтó объясняется въ смыслѣ божествъ покоя или мира (отъ слова pausa), но никакое божество съ этимъ именемъ неизвѣстно. Bellona — богиня войны.
[64] Essentiae — исправленіе Рейффершейда; въ другихъ изданіяхъ и въ ркп. читается sententiae (установлено неизмѣннымъ опредѣленіемъ Его).
[65] Таковы, напр., были, по сказаніямъ, Леэна у аѳинянъ, Акка Ларенція и Флора у римлянъ.
[66] Указаніе на культъ египетскихъ божествъ.
[67] Sentiuntur и recognoscuntur — исправленіе Рейффершейда; въ другихъ изданіяхъ и въ ркп. читается sentiunt и recognoscunt.
[68] Вмѣсто nobis Орелли читаетъ vobis.
[69] По ученію Пиѳагора и Платона, раздѣляемому также Оригеномъ, разумныя души первоначально пребывали на небѣ, но вслѣдствіе грѣхопаденія были посланы Богомъ для наказанія на землю и заключены въ тѣла, какъ бы въ темницу. Слово animae (души) прибавлено Рейффершейдомъ соотвѣтственно словамъ missae vel lapsae, вмѣсто чего другіе издатели читаютъ: missi vel lapsi.
[70] Солнце.
[71] Въ мірѣ.
[72] Такъ, перипатетики называли Бога τόπον πάντων. Подобнаго рода воззрѣніе встрѣчается и у нѣкоторыхъ церковныхъ писателей, какъ у Ѳеофила Антіохійскаго, Тертулліана, Іоанна Дамаскина.
[73] По Орелли: furdamentorum.
[74] Такъ отрицали бытіе боговъ, по Cicer. De nat. deor. I, 1, 2 и 23, 63, Діагоръ, ученикъ Демокрита (въ V в. до Р. Хр.), прозванный атеистомъ (ἄθεος), и Ѳеодоръ Киренейскій (320-280 г. до Р. Хр.), ученикъ Аристиппа.
[75] Напримѣръ Протагоръ изъ Абдеры, современникъ Сократа, одинъ изъ знаменитѣйшихъ софистовъ, сомнѣвавшійся въ существованіи боговъ. Сн. Cicer ibid.
[76] По ученію атомистовъ (Левкиппа, Демокрита и др.) различіе формъ въ природѣ происходитъ не только отъ различія формы самыхъ атомовъ, но также отъ различныхъ направленій, въ которыхъ сталкиваются атомы.
[77] Сн. Cicer. pro dom. 25: Te, Capitoline, propter beneficia populus Romanus optimum, propter vim maximum nominavit.
[78] Капитоліемъ, кромѣ извѣстнаго храма Юпитера въ Римѣ, назывались также многіе храмы въ другихъ городахъ римскаго государства. Латинскіе церковные писатели нерѣдко называютъ также и всякій языческій храмъ капитоліемъ.
[79] По Орелли: tempore.
[80] Въ сравненіи съ вѣчнымъ, нерожденнымъ Богомъ.
[81] Тотъ — истинный Богъ; этотъ — Юпитеръ.
[82] Разумѣется плачъ и крикъ дѣтей при рожденіи.
[83] Языческіе боги и Богъ, котораго чтутъ христіане.
[84] Истинный Богъ.
[85] Сн. Arnob. III, 29: Janum... in Italia regnasse primum, Janiculi oppidi conditorem. Относительно Сатурна сн. Тертулл. Аполог. гл. 10. «До Сатурна у васъ не было никакого бога; отъ него происходятъ всѣ ваши боги. Но Сатурна всѣ признаютъ за человѣка. Послѣ продолжительнаго странствованія онъ поселился въ Италіи. Городъ, который онъ основалъ, доселѣ называется Сатурніею. Вся Италія, носившая прежде имя Энотріи, называлась также Сатурніею».
[86] Fenta (по Орелли Fauna) Fatua (сн. выше гл. 28). Названіе ея Bona Dea первоначально служило однимъ изъ аттрибутовъ ея, но впослѣдствіи обратилось въ собственное имя. Въ культѣ ея большую роль играло вино (сн. ниже V, 18).
[87] Индигеты — древнѣйшіе, туземные боги римлянъ, къ которымъ причисляется также Эней, послѣ битвы съ Турномъ или Мезенціемъ исчезнувшій въ водахъ рѣки Нумика или Нумиція (въ Лаціумѣ) и превратившійся въ бога этой рѣки.
[88] Эскулапъ, богъ врачебнаго искусства, считался сыномъ Аполлона и Корониды, дочери властителя Лапиѳовъ, Флегіи. Либеръ, древне-италійскій богъ произрожденія, оплодотворенія и насажденія, впослѣдствіи былъ отожествленъ съ Діонисомъ или Вакхомъ, сыномъ Зевса и Семелы. Когда къ ней, во время ея беременности, приблизился Зевсъ съ громомъ и молніей, то она была охвачена пламенемъ и умирая родила недоношенное дитя, впослѣдствіи названное Діонисомъ. Титулъ отца (pater) нерѣдко придавался римлянами богамъ.
[89] Мая, дочь Аполлона и Плейоны, также у Виргилія въ Aen.,VIII, 138 вазывается сіяющей (candida).
[90] Латона, преслѣдовавшаяся повсюду во время своей беременности ревнивою Герою и Пиѳономъ, нашла наконецъ убѣжище и родила прижитыхъ ею съ Зевсомъ Аполлона и Діану (Артемиду) на островѣ Делосѣ, который до того времени находился подъ водою и послѣ того плавалъ по морю, пока Аполлонъ не укрѣпилъ его между цикладскими островами Микономъ и Гіаромъ.
[91] Энея, прижитаго Венерою съ Анхизомъ.
[92] Сициліи.
[93] Прозерпина (Персефона) была похищена Аидомъ или Гадесомъ (Плутономъ) въ то время, когда собирала съ своими подругами цвѣты на лугу, послѣ чего сдѣлалась супругой Аида и царствовала вмѣстѣ съ нимъ въ подземномъ мірѣ надъ душами умершихъ.
[94] Геркулесъ или Гераклъ, національный герой грековъ, былъ сыномъ Зевса и Алкмены, родился въ Ѳивахъ и, послѣ извѣстныхъ 12 подвиговъ, сжегъ себя на кострѣ на горѣ Этѣ (въ южной Ѳессаліи) и вознесся на Олимпъ. Многіе народы отожествляли своихъ героевъ съ этимъ Геркулесомъ. Такъ, Цицеронъ въ De nat. deor. III, 16 упоминаетъ о шести Геркулесахъ и въ томъ числѣ о Тирскомъ Геркулесѣ (въ Финикіи), сынѣ Зевса и Астеріи.
[95] Касторы (Діоскуры) — Касторъ и Полидевкъ или Поллуксъ, сыновья Зевса или Спартанскаго царя Тиндарея и Леды. Изъ нихъ Касторъ отличался, какъ укротитель коней, а Полидевкъ — какъ кулачный боецъ. Цестомъ называется обложенный желѣзомъ или свинцомъ крѣпкій ремень изъ бычачьей кожи, которымъ бойцы окутывали себѣ руки.
[96] Здѣсь текстъ явно испорченъ. Принятая въ изданіяхъ Орелли и Миня конъектура Titanes et Bocchorcs несостоятельна. Рѣчь здѣсь идетъ, очевидно, о богахъ мавританъ, которые обоготворяли своихъ царей (сн. Tertullian. Apolog. c. 24).
[97] Неизвѣстно, о какихъ сирійскихъ богахъ говоритъ здѣсь Арнобій; но извѣстно сказаніе о «Сирійской богинѣ» (dea Syria или Suria), Атаргатисъ, происшедшей изъ яйца, найденнаго рыбами въ рѣкѣ Евфратѣ и выброшеннаго ими на берегъ, послѣ чего оно было высижено голубкою. Культъ ея былъ распространенъ и Римѣ. Сн. Preller Röm. Mythol. II Bd. 3 Aufl. Berl. 1883, p. 396-399.
[98] Подобнаго рода свѣдѣнія объ Аписѣ встрѣчаются и у другихъ древнихъ писателей, какъ напримѣръ, у Аполлодора и у блаж. Августина, который говоритъ (въ De civit. Dei XVIII, 5): «царь аргоссцевъ, Аписъ (Apis), переплывши на корабляхъ въ Египетъ, сдѣлался, когда здѣсь умеръ, величайшимъ изъ всѣхъ египетскихъ боговъ, Сераписомъ».
[99] Еѳіопіей въ древности называли въ широкомъ смыслѣ всѣ вообще отдаленныя южныя страны, жители которыхъ имѣли темный цвѣтъ кожи, въ тѣсномъ же смыслѣ — страны, лежащія къ югу отъ Египта въ бассейнѣ верхняго Нила (Абиссинію, Нубію). Изида, египетская богиня, почитавшаяся также во многихъ другихъ странахъ, считалась супругой Озириса, который быль убитъ, разстерзанъ на 14 частей и развѣянъ по вѣтру Тифономъ. Послѣ долгихъ исканій всѣ части его были найдены и собраны Изидою, и онъ былъ возвращенъ къ жизни. По нѣкоторымъ сказаніямъ, также сынъ Изиды, Горъ (Horus), былъ растерзанъ титанами и возвращенъ ею къ жизни.
[100] Опа (Ops), первоначально богиня богатаго урожая хлѣба, впослѣдствіи была отожествлена съ женою Сатурна и считалась матерью Юпитера и другихъ боговъ, братьевъ его. Всѣ эти боги нерѣдко называются царями (reges), какъ и самой Опѣ присвояется титулъ царицы (regina).
[101] Боговъ языческихъ.
[102] По Орелли coetum (собраніе, сонмъ).
[103] Вакха (Діониса).
[104] Триптолемъ, сынъ элевзинскаго царя Келея, считался изобрѣтателемъ плуга и распространителемъ земледѣлія и связанной съ нимъ культуры.
[105] По Орелли: indemnis creditur animalibus causis.
[106] Деревья съ посвященными богамъ лентами или повязками считались священными и неприкосновенными, и имъ оказывалось религіозное почитаніе.
[107] У грековъ и римлянъ было въ обычаѣ обливать священные камни масломъ или благовоніями и считалось религіознымъ долгомъ при приближеніи къ такого рода камню совершить предъ нимъ преклоненіе (adoratio или adulatio), состоявшее въ наклоненіи всего тѣла и приложеніи правой руки ко рту, и помолиться.
[108] Рейффершейдъ предполагаетъ послѣ этого слова пропускъ. Въ изданіи Орелли послѣ hujus добавлено modi.
[109] По Орелли: nec qui omnium alioquin vel maximus.
[110] Время суда и воздаянія.
[111] Сказанія древнихъ о смерти Пиѳагора различны. Встрѣчаются указанія и на стремленія его къ тиранніи, какъ на причину умерщвленія его. Но о сожженіи его въ храмѣ сообщаетъ лишь Арнобій.
[112] Маній Аквилій былъ разбитъ въ Митридатской войнѣ и измѣннически выданъ Митридату (въ 88 г. до Р. Хр.), который приказалъ привязать его къ ослу, возить кругомъ среди возмутительныхъ мученій и, наконецъ, влилъ ему въ горло растопленное золото. Гай Требоній, одинъ изъ участниковъ въ заговорѣ противъ Юлія Цезаря, былъ подвергнутъ (въ 43 г. до Р. Хр.) мучительной смерти Долабеллою. Маркъ Атилій Регулъ, извѣстный въ особенности вѣрностію долгу къ отечеству и строгимъ соблюденіемъ клятвы, данной врагамъ, карѳагенянамъ, былъ послѣдними, по преданію, казненъ (въ 250 г. до Р. Хр.) при самыхъ мучительныхъ истязаніяхъ.
[113] Относительно Либера (Вакха или Діониса) сн. ниже V, 19.
[114] Сн. Tertullian. Apolog. c. 14: «Эскулапъ былъ наказанъ молніей за свою алчность, заставлявшую его злоупотреблять медициной». Существуютъ также сказанія, что онъ за большую плату возвратилъ, вопреки судьбѣ или волѣ Юпитера, жизнь нѣкоторымъ умершимъ, за что и былъ наказанъ молніей.
[115] Далѣе слѣдуютъ слова post poenas, которыя Орелли удерживаетъ, но Рейффершейдъ исключаетъ, какъ составляющія ошибочное повтореніе словъ изъ предшествующаго замѣчанія объ Эскулапѣ.
[116] Галлы — жрецы Кибелы, богини фригійскаго происхожденія, называющейся также Великою Матерью и Матерью боговъ.
[117] Относительно Аттиса сн. ниже V, 6-7.
[118] Quirinus — собственно сабинское божество, у римлянъ то являлся аттрибутомъ нѣкоторыхъ божествъ (Юпитера, Януса, Марса), то признавался за особое самостоятельное божество и отожествлялся съ Марсомъ, какъ содѣйствующимъ чрезъ войны миру, и съ обоготвореннымъ основателемъ Рима, Ромуломъ, сыномъ Марса. Сказанія о смерти и обоготвореніи Ромула различны. Титъ Ливій (I, 16), сказавъ объ исчезновеніи Ромула во время бури, взятаго бурею, по словамъ сенаторовъ, на небо, замѣчаетъ: «я полагаю, что уже тогда были нѣкоторые, которые втихомолку подозрѣвали, что онъ растерзанъ руками сенаторовъ, такъ какъ сохранилось и это преданіе, хотя и очень темное».
[119] Pulvinar означаетъ какъ жертвоприношеніе въ видѣ угощенія боговъ или пиршества для нихъ (lectisternium), такъ въ частности священное ложе въ видѣ софы или дивана съ подушкою, на которой помѣщалось изображеніе бога или богини, причемъ предъ ними ставился столъ съ кушаньями.
[120] Сн. выше гл. 36-38.
[121] По Орелли rei.
[122] Сн. далѣе гл. 47.
[123] Въ волшебныхъ формулахъ встрѣчаются имена ангеловъ, которымъ приписывалась чудодѣйственная сила.
[124] Орелли munificae.
[125] Орелли auxiliaribus bonis.
[126] Вслѣдствіе очищенія тѣла отъ испещрявшихъ его пятенъ, сыпей и струпьевъ.
[127] Сн. исцѣленіе страдавшаго водяною болѣзнію (Лук. 14, 1-4).
[128] Орелли etiam.
[129] Орелли immobilitates.
[130] Здѣсь Арнобій указываетъ повидимому, на событія, бывшія при сошествіи Святаго Духа (Дѣян. гл. 2), не имѣя о нихъ яснаго представленія.
[131] Своимъ ученикамъ и послѣдователямъ.
[132] Орелли etiamnum.
[133] Вмѣсто fecit (совершилъ) контекстъ рѣчи требуетъ, по объясненію Мейзера (Studien zu Arnobins), fata (scil. possunt), т. е. «что можетъ совершить судьба».
[134] У древнихъ было въ обычаѣ при тяжкихъ несчастіяхъ ходить во всѣ храмы съ молитвами къ богамъ о помощи и при самомъ входѣ въ храмъ повергаться ницъ и цѣловать полъ.
[135] Арнобій хотя не отрицалъ свободы воли (сн. II, 64-65), но имѣлъ о ней, повидимому, не совсѣмъ ясное понятіе.
[136] Орелли cum affectione.
[137] Бѣсами.
[138] Орелли portantes.
[139] Разумѣются злокачественные нарывы раковаго характера.
[140] Куріонъ — представитель куріи, завѣдывавшій богослужебными дѣлами ея.
[141] Верховный понтификъ (pontifex maximus), стоявшій во главѣ жреческой коллегіи понтификовъ, былъ представителемъ высшей духовной власти у римлянъ.
[142] Фламинъ — жрецъ одного опредѣленнаго божества.
[143] Орелли quo Dius.
[144] Орелли enervatis.
[145] Орелли qualitas.
[146] Гермиппъ, обыкновенно называемый Смирнскимъ и перипатетикомъ, написалъ (ок. 220 г. до Р. Хр.) большое біографическое сочиненіе, отъ котораго сохранились незначительные отрывки.
[147] По Орелли Гостана (Hosthanis вм. Zostriani).
[148] Здѣсь разумѣется, по всей вѣроятности, историческое сочиненіе Ктесіи Persica (ок. 400 г. до Р. Хр.), которое состояло изъ 23 книгъ и отъ котораго сохранились лишь отрывки.
[149] О магахъ Арменіи и Памфилѣ нѣтъ свѣдѣній у другихъ древнихъ писателей. Нѣкоторые комментаторы понимаютъ слова Armenius и Pamphylus въ смыслѣ прилагательныхъ и видятъ здѣсь указаніе на армянскаго и памфилійскаго маговъ, носившихъ имя Зороастра.
[150] Аполлоній Тіанскій (въ I в. по Р. X.), которому приписывались многія чудеса и котораго нѣкоторые языческіе писатели сравнивали съ Іисусомъ Христомъ.
[151] О Дамигеронѣ и Дарданѣ, какъ о магахъ, упоминаютъ также Тертулліанъ (въ De anima c. 57) и другіе древніе писатели.
[152] На Бела (по Орели Velus), какъ на мага, нѣтъ указаній у другихъ древнихъ писателей.
[153] Юліанъ при императорѣ Маркѣ Авреліи пользовался, какъ магъ, большою извѣстностью.
[154] Бебула (Baebulus), на котораго нѣтъ указаній у другихъ древнихъ писателей, нѣкоторые комментаторы отожествляютъ съ Бабиломъ (Babilus), о которомъ упоминаетъ Светоній въ біографіи Нерона, какъ о пользовавшемся извѣстностью астрологѣ.
[155] Чудеса Іисуса Христа.
[156] Орелли Deus.
[157] Мы слѣдуемъ здѣсь чтенію Орелли: munerandis. Рейффершейдъ оставилъ безъ исправленія явно испорченное рукописное чтеніе: munera dis.
[158] Орелли utinam.
[159] Еретиковъ.
[160] Этого слова въ изданіи Орелли нѣтъ.
[161] Слѣдующія затѣмъ слова составляютъ одно изъ наиболѣе трудныхъ мѣстъ для пониманія и различно объясняются. Повидимому, здѣсь выражается мысль, что не хорошо поступаютъ тѣ, которые при рѣшеніи вопроса о томъ, кто былъ Христосъ, опираются исключительно на свидѣтельства Священнаго Писанія (his litterarum testimoniis): должно принимать во вниманіе преданіе (ea quae dicimus), если оно находитъ для себя подтвержденіе въ Священномъ Писаніи. Сн. Leckelt Ueber. d. Arnobius Schrift Advers. nat. Neisse. 1884, p. 8.
[162] Разумѣется дѣло Іисуса Христа, какъ Спасителя міра, открытое намъ въ свидѣтельствахъ Священнаго Писанія.
[163] Писанія христіанъ.
[164] Энтимемами (enthymemata) называются умозаключенія изъ противоположнаго и сокращенные силлогизмы, въ которыхъ опускается бóльшая или меньшая посылка.
[165] Относительно языка и стиля.
[166] Т. е. съ шелухою, скорлупою, стручьями и т. под.
[167] Орелли dcturque.
[168] Орелли filus и filum.
[169] Не относящимися ни къ тому, ни къ другому, т. е. ни къ мужескому, ни къ женскому роду.
[170] Корнелій Эпикадъ, Цезеллій Виндикъ (Vindex), Веррій Флаккъ, Теренцій Скавръ и Низъ пользовались почетною извѣстностію, какъ языковѣды и авторы произведеній по грамматикѣ и лексикографіи.
[171] Орелли dicitis.
[172] Слѣдующее затѣмъ слово aliter (по Орелли taliter), какъ совершенно неумѣстное, опущено нами.
[173] Бакидъ (Bacis), прорицатель изъ Беотіи, которому приписывается сборникъ оракульскихъ изреченій. Встрѣчаются указанія также на Аркадскаго и Аттическаго Бакида. Геленъ, сынъ царя Пріама, былъ птицегадателемъ и прорицателемъ. Марцій — прорицатель временъ второй пунической войны. Въ древности пользовался извѣстностію сборникъ предсказаній (Carmina Marciana), приписывавшихся ему или двумъ братьямъ Марціямъ.
[174] Т. е. человѣческаго, а не божескаго естества.
[175] Орелли: ipsam.
[176] Дѣло спасенія людей.
[177] Орелли: vides enim.
[178] Орелли: inversa.
[179] Здѣсь текстъ явно испорченъ. Мы приняли конъектуру Валена, читающаго in vita, вм. multa, и предполагающаго послѣ contra пропускъ словъ въ родѣ слѣдующихъ: salute in vita proba.
[180] У Орелли factum, — явная опечатка, перешедшая и въ изданіе Миня.
[181] Этого слова въ изданіи Орелли нѣтъ.
[182] Сн. выше гл. 36.
[183] Сн. выше гл. 41.
[184] Орелли convellere.
[185] Орелли his.
[186] Его воскресенія.

Источникъ: Арнобія семь книгъ «Противъ язычниковъ» (Adversus nationes) въ русскомъ переводѣ, съ введеніемъ, примѣчаніями и указателемъ именъ и предметовъ Н. М. Дроздова. — Кіевъ: Тип. Акц. О-ва «Петръ Барскій въ Кіевѣ», 1917. — С. 1-59.

Къ оглавленію раздѣла


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0