Святоотеческое наследие
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Святоотеческое наслѣдiе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Святые по вѣкамъ

Изслѣдованiя
-
I-III вѣкъ
-
IV вѣкъ
-
V вѣкъ
-
VI-X вѣкъ
-
XI-XV вѣкъ
-
Послѣ XV вѣка
-
Acta martyrum

Святые по алфавиту

Указатель
-
Свт. Іоаннъ Златоустъ
А | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л
-
М | Н | О | П | Р
-
С | Т | Ф | Х | Э
-
Ю | Ѳ
Сборники

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - воскресенiе, 30 апрѣля 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 25.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

IV ВѢКЪ

Свт. Василій Великій († 379 г.)

Св. Василій Великій родился около 330 г. въ Кесаріи Каппадокійской отъ благочестивыхъ и благородныхъ родителей-христіанъ. Первоначальное дѣтское воспитаніе онъ получилъ отъ благочестивой бабки своей Макрины, а первыя правила краснорѣчія слушалъ у отца своего въ Неокесаріи. Достигши юношескаго возраста, св. Василій отправился путешествовать по знаменитымъ тогдашнимъ городамъ, чтобы довершить свое образованіе. Въ Аѳинахъ онъ встрѣтилъ Григорія Богослова, сошелся съ нимъ и во всю жизнь оставался вѣрнѣйшимъ его другомъ. Здѣсь онъ изучалъ грамматику, риторику, астрологію, математику, философію и медицину, и оказалъ въ нихъ самые блестящіе успѣхи. Владѣя высокимъ умомъ и мудростію, св. Василій вмѣстѣ съ тѣмъ отличался благонравіемъ, кротостію и чистымъ житіемъ. Возвратившись въ Кесарію, св. Василій нѣсколько времени исправлялъ должность адвоката; затѣмъ, принявъ крещеніе, вмѣстѣ съ званіемъ чтеца, онъ по склонности къ иночеству, отправился изучать монашескую жизнь въ Сиріи, Палестинѣ и Египтѣ. Возвратясь изъ своего путешествія, онъ поселился въ пустынѣ близъ Неокесаріи, посвятивъ себя подвигамъ поста и молитвы. далѣе>>

Творенія

Свт. Василій Великій († 379 г.)
Бесѣды на псалмы.

Бесѣда на псаломъ тридцать третій.

(1) Давиду, внегда измѣни лице свое предъ Авимелехомъ, и отпусти его, и отъиде.

Къ двумъ случаямъ приводитъ насъ разумѣніе сего Псалма. Надписанію его кажется приличнымъ и то, что было съ Давидомъ въ Номвѣ, городѣ священническомъ, и то, что случилось съ нимъ у Анхуса, царя Филистимскаго. Ибо измѣни лице свое, когда бесѣдовалъ съ Авимелехомъ священникомъ, скрывая отъ него свое бѣгство и показывая видъ, что спѣшитъ исполнить царское повелѣніе, когда взялъ и хлѣбы предложенія, и мечъ Голіаѳа (1 Цар. 21, 1-9). Но еще измѣни лице свое, когда былъ окруженъ врагами, потому что услышалъ, какъ они разговаривали между собою и приготовлялись къ мщенію. И рѣша, сказано, отроцы Анхусовы къ себѣ: не сей ли Давидъ, царь земли? Не сему ли изыдоша (жены) ликующія, глаголюще: побѣди Давидъ со тьмами своими, и Саулъ съ тысящями своими. И еще сказано: и убояся Давидъ отъ лица Анхуса, и измѣни лице свое предъ очами ихъ (1 Цар. 21, 11-13). Но почему надписаніе именуетъ Авимелеха, а исторія передаетъ имя. Анхуса, царя Геѳскаго? На сіе имѣемъ такое объясненіе, дошедшее до насъ по преданію, что Авимелехъ было общее имя царей Филистимскихъ, но что каждый изъ нихъ имѣлъ и собственное наименованіе. Подобное можно видѣть въ Римскомъ государствѣ, гдѣ цари вообще называются Кесарями и Августами, но удерживаютъ и собственныя свои имена. Таково же у Египтянъ имя Фараонъ. Ибо Фараономъ называется Египетскій царь при Іосифѣ; Фараономъ именуется и тотъ, который, чрезъ четыре поколѣнія, при Моисеѣ, сталъ царемъ Египта; Фараонъ былъ и во времена Соломона, ибо сказано: поятъ дщерь Фараоню (3 Цар. 3, 1); Фараономъ также именовался царствовавшій во времена пророческаго служенія Іереміи (4 Цар. 23, 29 и сл.). Такъ и Авимелехъ былъ и во дни Авраама, и во дни Исаака, и теперь именуется во времена Давида. Объ Авраамѣ сказано: и рече Авимелехъ, и Охозаѳъ невѣстоводитель его, и Фихолъ воевода силъ его, ко Аврааму, глаголя (Быт. 21, 22). Равно и объ Исаакѣ: бысть же много время тамо: и приникнувъ Авимелехъ царь Герарскій окномъ, видѣ Исаака играюща съ Ревеккою (Быт. 26, 8). Такъ и здѣсь въ надписаніи Авимелехъ временъ Давидовыхъ названъ общимъ царскимъ именемъ, исторія же передаетъ его имя Анхусъ, которое было собственное, данное ему при рожденіи. Предъ нимъ-то измѣнилъ лице свое Давидъ, когда былъ принесенъ на рукахъ домочадцевъ, билъ въ городскіе ворота, и, какъ сказано, слины своя точаше по брадѣ, такъ что Анхусъ сказалъ домочадцамъ: для чего принесли вы его ко мнѣ? не имѣю нужды въ неистовыхъ, яко внесосте его, да бѣснуется предо мною (1 Цар. 21, 13-14). И такимъ образомъ Давидъ, отпущенный оттуда, спасся, какъ сказано, въ пещеру Одолламску (1 Цар. 22, 1).

Посему, какъ избѣжавшій великой опасности, возсылаетъ онъ такое благодареиіе освободившему его Богу, и говоритъ: (2) Благословлю Господа на всякое время. Избѣжавъ отъ смерти, онъ какъ бы полагаетъ для себя уставы жизни, настроивая душу свою къ строгому образу дѣятельности, чтобы ни одной минуты времени не оставлять безъ благословенія, но при началѣ важныхъ и не важныхъ дѣлъ обращаться къ Богу. Не стану думать, говоритъ онъ, будто бы что либо дѣлается моимъ стараніемъ, или приключается по случайному стеченію обстоятельствъ, на на всякое время благословлю Господа, — не только при благоденствіи, но и въ несчастныя времена жизни. Симъ наученный Апостолъ говоритъ: всегда радуйтеся: непрестанно молитеся: о вссмъ благодарите (1 Сол. 5, 16-18). Видишь, какова была любовь Давида! Непревывныя несчастія не ослабили его терпѣнія, когда не только былъ изгнанъ изъ очечества, отъ родныхъ, отъ домашнихъ, лишенъ имущества, но даже по необходимости преданъ врагамъ и едва не растерзанъ ими. Не смотря на сіе, не сказалъ: доколѣ будуть продолжаться несчастія? Не пришелъ въ нетерпѣніе отъ непрерывныхъ скорбей, вѣдая, яко скорбь терпѣніе содѣловаетъ, терпѣніе же искусство, искусство же упованіе (Рим. 5, 3). И дѣйствителыю, скорби для хорошо приготовленныхъ суть какъ бы укрѣпляющая пища и упражненіе въ борьбѣ, приближающія подвижника къ отеческой славѣ; когда укоряемы благословляемъ, хулими молимъ, утружденныя благодаримъ, скорбные хвалимся скорбями (1 Кор. 4, 12-13). Стыдно для насъ — въ счастіи благословяять, а въ печальныхъ и трудныхъ обстоятельствахъ хранить молчаніе. Напротивъ того, тогда-то и должно болѣе благодарить намъ, знающимъ, что егоже любитъ Господь, наказуетъ: біетъ же всякаго сына, егоже пріемлетъ (Евр. 12, 6).

Выну хвала Его во устѣхъ моихъ. Пророкъ, по видимому, обѣщаетъ нѣчто невозможное. Какъ можетъ хвала Божія быть непрестанно во устахъ человѣка? Когда разговариваетъ онъ въ обыкновенной и житейской бесѣдѣ; въ устахъ его нѣтъ Божіей хвалы. Когда спитъ; хранитъ онъ совершенное молчаніе. Когда ѣстъ и пьетъ; какъ уста его произнесутъ хвалу? На сіе отвѣчаемъ, что у внутренняго человѣка есть нѣкоторыя духовныя уста, и посредствомъ ихъ питается онъ, пріемля слово жизни, которое есть хлѣбъ сшедый съ небесе (Іоан. 6, 56). О сихъ-то устахъ и Пророкъ говоритъ: уста моя отверзохъ и привлекохъ духъ (Псал. 118, 131). Сіи-то уста и Господь совѣтуетъ имѣть расширенными, для обильнаго принятія брашенъ истины. Ибо сказано: расшири уста твоя, и исполню я (Псал. 80, 11). Посему мысль о Богѣ, однажды напечатлѣнная и какъ бы печатію утвержденная во владычественной силѣ души, можетъ быть названа хвалою Божіею, которая выну пребываетъ въ душѣ; и тщательный, по увѣщанію Апостола, можетъ дѣлать все во славу Божію, такъ что всякое дѣйствіе, всякое слово, всякое умственное упражненіе получаетъ силу хвалы; ибо аще ястъ, аще ли піетъ праведникъ вся въ славу Божію творитъ (1 Кор. 10, 31). У такого и во время сна сердце бодрствуетъ, какъ сказано въ Пѣсни пѣсней: азъ сплю, а сердце мое бдитъ (Пѣсн. 5, 2); ибо мечтанія сна очень часто бываютъ отголосками мыслей, занимавшихъ днемъ.

(3) О Господѣ похвалится душа моя. Пророкъ говоритъ: никто не хвали моей изобрѣтательности, которою спасся я отъ опасностей: ибо не въ силѣ, не въ мудрости человѣческой, но въ благодати Божіей — спасеніе. Ибо сказано: да не хвалится богатый богатствомъ своимъ, мудрый мудростію своею, крѣпкій крѣпостію своею: но о семъ да хвалится хваляйся, еже разумѣти и знати Господа Бога своего (Іер. 9, 23-24). Смотри, какъ Апостолъ хвалитъ сотрудниковъ своихъ въ дѣлѣ благовѣстія. Онъ говоритъ: это вашъ соработникъ и служитель о Господѣ (Кол. 4, 7). Если кто хвалится красотою тѣлесною, или знаменитостію рода, то не о Господѣ хвалится душа его; напротивъ того каждый изъ таковыхъ преданъ суетѣ. Не заслуживаютъ также истинной похвалы искусства среднія, и занимающіеся ими: кормчіе, врачи, витіи, строители, которые созидаютъ города, или пирамиды, или лабиринты, или другія какія дорого стоющія или пышныя громады зданій. Тѣ, которые хвалятся этимъ, не въ Господѣ полагаютъ душу свою. Въ замѣнъ всякой иной чести, для насъ довольно именоваться рабами такого Владыки. Не будетъ ли слуга царевъ хвалиться, что онъ поставленъ въ томъ или другомъ чинѣ служенія? Ужели же удостоившійся служитъ Богу будетъ измышлять себѣ похвалы отъинуду, какъ будто для полноты славы и именитости не достаточно ему именоваться Господнимъ! Итакъ, о Господѣ похвалится душа моя.

Да услышатъ кротцыи, и возвеселятся. Поелику Пророкъ говоритъ: чрезъ одно измѣненіе лица, при содѣйствіи Божіемъ, враги введены въ обманъ и совершено мое спасеніе; то да услышатъ кротцыи, что можно и въ мирѣ живущимъ воздвигать побѣдныя знаменія, и не сражавшимся оказаться побѣдителями; и да возвеселятся, утвердившись въ кротости моимъ примѣромъ: ибо такую благодать отъ Бога получилъ я за то, что имѣлъ кротость. Помяни Господи Давида и всю кротость его (Псал. 131, 1). Кротость есть величайшая изъ добродѣтелей; потому причислена и къ блаженствамъ. Ибо сказано: блажени кротцыи, яко тіи наслѣдятъ землю (Матѳ. 5, 5). Земля сія, небесный Іерусалимъ, не бываетъ добычею состязующихся, но предоставлена въ наслѣдіе долготерпѣливымъ и кроткимъ. И слова: да услышатъ кротцыи, значитъ то же, что и слова: да услышатъ Христовы ученики. А можетъ быть, пророчественно желаетъ Давидъ, чтобы и до насъ дошло чудо благодѣянія Божія, надъ нимъ явленное. Да услышатъ и тѣ, которые, послѣ многихъ поколѣній, содѣлаются учениками Христовыми! Ибо тѣхъ назвалъ кроткими, которымъ Господь говорилъ: научитеся отъ Мене, яко кротокъ есмь и смиренъ сердцемъ (Матѳ. 11, 28). Укротившіе свои нравы, освободившіеся отъ всякой страсти, въ чьихъ душахъ не поселено никакого мятежа, — они называются кроткими. Почему и о Моисеѣ засвидѣтельствовано, что онъ былъ кротокъ паче всѣхъ человѣкъ сущихъ на земли (Числ. 18, 13).

(4) Возвеличите Господа со мною. Приличный себѣ ликъ собираетъ Пророкъ къ прославленію Господа. Не пріобщайся ко мнѣ ни мятежный, ни смущенный, ни распаляющій душу плотскими страстями; но вы кроткіе, вы, которые пріобрѣли твердость и постоянство души, отрясли лѣность и сонливость въ исполненіи своихъ обязанностей, — вы возвеличите Господа со мною. Возвеличиваетъ же Господа тотъ, кто великимъ умомъ, твердымъ и возвышеннымъ духомъ терпитъ искушенія за благочестіе; и потомъ, кто великимъ умомъ, и въ самыхъ глубокихъ умозрѣніяхъ, разсматриваетъ величіе творенія, чтобы въ величіи и красотѣ тварей созерцать ихъ Рододѣлателя (Прем. 13, 5). Ибо чѣмъ кто болѣе углубляется въ законы, по которымъ устроена, и по которымъ управляется вселенная, тѣмъ яснѣе созерцаетъ велелѣпоту Господню, и по мѣрѣ силъ возвеличиваетъ Господа. Поелику же одного ума и размышленій одного человѣка нисколько недостаточно къ уразумѣнію величія Божія; то Пророкъ всѣхъ вмѣстѣ кроткихъ пріемлетъ въ общеніе сего дѣла. Посему должно совершенно упразднить себя отъ внѣшнихъ мятежей, произвести совершенное безмолвіе въ патаенной храминѣ совѣтовъ сердца, и потомъ приступить къ созерцанію истины. Послушай исповѣдающагося во грѣхѣ, чтó онъ говоритъ! смятеся отъ ярости око мое (Псал. 6, 8). Не только же гнѣвъ, но и пожеланіе, и робость, и зависть приводятъ въ смятеніе око души, и вообще всѣ страсти приводятъ въ замѣшательство и смятеніе душевную прозорливость. И какъ невозможно мутнымъ окомъ принять вѣрное впечатлѣніе отъ видимаго предмета; такъ невозможно съ возмущеннымъ сердцемъ приступать къ познанію истины. Посему должно удалиться отъ всѣхъ мірскихъ дѣлъ, ни чрезъ зрѣніе, ни чрезъ слухъ, ни чрезъ другое какое чувство не вводитъ въ душу постороннихъ помысловъ. Ибо воздвигаемыя плотскимъ мудрованіемъ брани исполняютъ внутренность сердца неумолкающими мятежами и непримиримыми раздорами.

(5) Взыскахъ Господа, и услыша мя. Пророкъ говоритъ: сіе да услышатъ кропщыи! И въ это тяжкое время, когда подвигся на меня весь гнѣвъ памятозлобныхъ, и руки всѣхъ на меня вооружились, а я ничѣмъ не защищенный, готовъ былъ принять на себя всѣ удары враговъ, — и въ это время не смутился я помыслами отъ страха, не оставилъ мысли о Богѣ, не отчаялся въ своемъ спасеніи, но взыскахъ Господа. Не искалъ только, съ какимъ-нибудь простымъ и временнымъ упованіемъ на Господа, но взыскахъ; ибо реченіе взыскахъ выражаетъ болѣе, нежели — искалъ, подобно какъ испытываніе — болѣе нежели пытаніе. Ибо исчезоша испытающіи испытанія (Псал. 63, 7). Посему словомъ взысканія Псаломъ изобразилъ какой-то глубокій покой и безмятежность.

И отъ всѣхъ скорбей моихъ избави мя. Вся жизнь праведника исполнена скорбей; это путь тѣсный и скорбный. Многи скорби праведнымъ. Потому и Апостолъ говоритъ: во всемъ скорбяще (2 Кор. 4, 8.); и: яко многими скорбми подобаетъ намъ внити въ царствіе Божіе (Дѣян. 14, 22). Избавляетъ же Богъ святыхъ Своихъ отъ скорби, не безъ испытанія ихъ оставляя, но подавая имъ терпѣніе. Ибо, если скорбь терпѣніе содѣловаетъ, терпѣніе же искусство (Рим. 5, 3), то избѣгающій скорби лишаетъ себя опытности. И какъ никто не получаетъ вѣнца, не имѣя у себя противника, такъ и опытнымъ можно оказаться не иначе, какъ чрезъ скорби. Посему слова: отъ всѣхъ скорбей избави мя, не значатъ: не попустилъ мнѣ скорбѣть, но даровалъ со искушеніемъ и избытіе, яко возмощи понести (1 Кор. 10, 13).

(6) Приступите къ Нему и просвѣтитеся, и лица ваша не постыдятся. Сидящихъ во тмѣ и сѣни смертной — ихъ увѣщаваетъ приступить ко Господу, приблизиться къ лучамъ Божества Его, чтобы, чрезъ приближеніе озарившись истиною, по благодати, вмѣстили они въ себя просвѣщеніе Его. Ибо какъ сей чувственный свѣтъ не для всѣхъ равно сіяетъ, но для тѣхъ, которые имѣютъ глаза, бодрствуютъ и могутъ безпрепятственно наслаждаться появленіемъ солнца: такъ и Солнце правды (Мал. 4, 2), Свѣтъ истины, Иже просвѣщаетъ всякаго человѣка грядущаго въ міръ (Іоан. 1, 9), не всѣмъ даетъ видѣть свѣтозарность Свою, но тѣмъ, которые живутъ достойно свѣта. Ибо сказано: свѣтъ возсія не грѣшнику, но праведнику (Псал. 36, 11). Какъ солнце, хотя восходитъ, но не для нетопырей и другихъ животныхъ, во время ночи снискивающихъ себѣ пищу: такъ, хотя свѣтъ самъ въ себѣ блистателенъ и всеозаряющъ, однако жъ не всѣ пріобщаются его сіянія. Такъ и всякъ дѣлаяй злая, ненавидитъ свѣта, и не приходитъ къ свѣту, да не обличатся дѣла его (Іоан. 3, 20).

Итакъ приступите къ Нему и просвѣтитеся, и лица ваша не постыдятся. Блаженъ, кто въ день праведнаго суда Божія, когда пріидетъ Господь во свѣтѣ привести тайная тмы, и объявить совѣты сердечныя (1 Кор. 4, 8), осмѣлившись вступить въ сей обличительный свѣтъ, возвратится непостыжденнымъ; потому что его совѣсть не осквернена порочными дѣлами. А тѣ, которые дѣлали зло, воскреснутъ на поруганіе и стыдъ, чтобы увидѣть въ самихъ себѣ мерзость и отпечатлѣніе содѣланныхъ ими грѣховъ. И можетъ быть, страшнѣе тмы и вѣчнаго огня тотъ стыдъ, съ которымъ увѣковѣчены будутъ грѣшники, непрестаино имѣя предъ глазами слѣды грѣха содѣланнаго во плоти, подобно какой-то невыводимой краскѣ, навсегда остающіеся въ памяти души ихъ. Не много же такихъ, которые бы могли приступить къ свѣту истины и открыть его и открывъ сокровенное, отойдти съ непостыжденнымъ лицемъ.

(7) Сей нищій воззва, и Господь услыша и. Не всегда нищета похвальна, а только, когда она съ Евангельскою цѣлію принята произвольно. Ибо многіе по достатку нищи, а по произволенію весьма любостяжательны. Ихъ бѣдность не спасаетъ, а произволеніе осуждаетъ. Посему блаженъ не тотъ, кто бѣденъ, но кто сокровищамъ міра предпочитаетъ заповѣдь Христову. Таковыхъ и Господь называетъ блаженными, говоря: блажени нищіи духомъ (Матѳ. 5, 3), — не бѣдные имуществомъ, но избравшіе нищету отъ сердца. А что не отъ произвола, то и блаженнымъ не дѣлаетъ. Посему всякая добродѣтель, а преимущественно предъ всѣми нищета имѣетъ отличительнымъ признакомъ свободное произволеніе. Итакъ сей нищій, говоритъ Пророкъ, воззва. Назнаменующимъ гласомъ призываетъ онъ мысль твою къ обнищавшему по Богу, алчущему, жаждущему и терпящему наготу. Сей нищій, едва не указываетъ онъ перстомъ, то есть, сей ученикъ Христовъ. Можно слова сіи относить и къ самому Христу: Онъ, богатъ сый по естеству (такъ какъ все, чтó имѣетъ Отецъ, принадлежитъ и Ему), насъ ради обнища, да мы нищетою Его обогатимся (2 Кор. 8, 9). Да и всякое почти дѣло, ведущее къ блаженству, предначалъ Самъ Господь, Себя предложивъ въ примѣръ ученикамъ. Возвратись къ блаженствамъ, и разсмотрѣвъ каждое, найдешь, что ученіе словомъ предварилъ Онъ дѣлами. Блажени кротцыи. Гдѣ же намъ научиться кротости? Научитеся отъ Мене, говоритъ Господь, яко кротокъ есмь и смиренъ сердцемъ (Матѳ. 11, 29). Блажени миротворцы. Кто же научитъ насъ благамъ мира? Самъ Миротворецъ, творяй миръ и примиряющій оба въ единаго новаго человѣка (Ефес. 2, 15), умиротворивый кровію креста Своего, аще небесная, аще ли земная (Кол. 1, 20). Блажени нищіи. Самъ Онъ обнищалъ и истощилъ Себя въ зракъ раба, да мы вси отъ исполненія Его пріимемъ и благодать возблагодать (Флп. 2, 7; Іоан. 1, 16). Итакъ, если кто водимый Святымъ и человѣколюбивымъ Духомъ, не мечтая о самомъ себѣ, но уничижая себя, чтобъ возвысить другихъ, возопіетъ духомъ, испрашивая чего-либо великаго, и не произнесетъ ничего недостойнаго и низкаго, выражающаго исканіе земнаго и мірскаго; то вопль сего просящаго услышанъ будетъ Господомъ. А какой же конецъ услышанія? Тотъ, что избавится отъ всѣхъ скорбей не уязвленнымъ, не изнемогшимъ, не поработившимся мудрованію плоти.

Какимъ же образомъ избавляется нищій?

(8) Ополчится Ангелъ Господень окрестъ боящихся Его, и избавитъ ихъ. Симъ Пророкъ объяснилъ, кого называетъ нищимъ, именно того, кто боится Господа. Посему боящійся стоитъ еще на степени раба; а усовершившійся любовію достигъ уже въ достоинство сына. Рабъ именуется и нищимъ, потому что не имѣетъ ничего собственнаго, а сынъ уже богатъ и потому, что онъ наслѣдникъ отеческихъ благъ. Итакъ ополчится Ангелъ Господень окрестъ боящихся Его. Ангелъ не отступитъ отъ всѣхъ увѣровавшихъ въ Господа, если только не отгонимъ его сами худыми дѣлами. Ибо, какъ пчелъ отгоняетъ дымъ, и голубей смрадъ, такъ и хранителя нашей жизни Ангела отдаляетъ многоплачевный и смердящій грѣхъ. Если имѣешь въ душѣ дѣла достойныя Ангельскаго храненія, и обитаетъ въ тебѣ умъ, обогащенный умозрѣніями истины; то, по богатству не оцѣненныхъ дѣлъ добродѣтели, Богъ необходимо приставитъ къ тебѣ стражей и хранителей, и оградитъ тебя охраненіемъ Ангеловъ. Смотри же, какова природа Ангеловъ! Одинъ Ангелъ равняется цѣлому воинству и многочисленному ополченію. Итакъ въ величіи твоего хранителя Господь даруетъ тебѣ ополченіе, а въ крѣпости Ангела какъ бы ограждаетъ тебя отвсюду его защитою. Ибо сіе значитъ: окрестъ. Какъ городскія стѣны, вокругъ облегая городъ, отвсюду отражаютъ вражескія нападенія; такъ и Ангелъ служитъ стѣною спереди, охраняетъ сзади, и съ обѣихъ сторонъ ничего не оставляетъ неприкрытымъ. Посему-то падетъ отъ страны твоея тысяща, и тьма одесную тебе: къ тебѣ же не приближится (Псал. 90, 7) ударъ котораго либо изъ враговъ, яко Ангеломъ Своимъ заповѣсть о тебѣ (Псал. 90, 12).

(9) Вкусите и видите яко благъ Господь. Многократно замѣчали мы, что душевныя силы именуются подобоименно съ внѣшними членами. Поелику же Господь нашъ есть истинный хлѣбъ, и плоть Его истинное брашно; то необходимо, чтобы наслажденіе веселіемъ хлѣба произведено было въ насъ чрезъ духовное вкушеніе. Какъ свойство меда, не столько словомъ, сколько самымъ чувствомъ вкуса, можетъ быть объяснено не извѣдавшимъ меда; такъ и доброта небеснаго слова не можетъ быть ясно передана въ ученіи, если, по долговременномъ извѣданіи ученій истины, не возможемъ собственнымъ опытомъ постигнуть благость Господню. Вкусите, сказалъ, а не — насытьтесь; потому что нынѣ разумѣемъ отчасти, видимъ истину зерцаломъ и гаданіемъ (2 Кор. 13, 15); но прійдетъ время, когда нынѣшній, залогъ, сіе вкушеніе благодати, обратится для насъ въ совершенство наслажденія. Какъ страждущіе желудкомъ и чувствующіе отвращеніе отъ пищи, отъ сего разстройства лечатся у врачей, которые, съ помощію приготовленной особеннымъ способомъ пищи, возбуждаютъ къ ней позывъ, и когда чувство сими искусственными снѣдями раздражено, позывъ на пищу часъ отъ часа болѣе увеличивается: такъ и въ словѣ истины, самое испытаніе, говоритъ Пророкъ, будетъ непрестанно призывать васъ къ ненасыщаемому вожделѣнію. Посему вкусите, говоритъ онъ, да будете балжени, какъ алчущіе и жаждущіе правды.

Блаженъ мужъ, иже уповаетъ на-Нь. Кто непрестанно вожделѣваетъ слова, тотъ ни на что иное не возложитъ упованія, кромѣ Господа.

(10) Бойтеся Господа еси святіи Его, яко нѣсть лишенія боящимся Его. Если страхъ не управляетъ нашею жизнію; то не возможно произойдти освѣщенію въ тѣлѣ. Ибо сказано: пригвозди страху Твоему плоти моя (Псал. 118, 120). Какъ у пригвожденныхъ гвоздями члены тѣла остаются неподвижны и бездѣйственны; такъ и объятые въ душѣ Божіимъ страхомъ избѣгаютъ всякаго страстяаго обуреванія грѣхомъ. Посему нѣсть лишенія боящемуся; то есть, удерживаемый страхомъ отъ всякаго неприличнаго поступка не лишенъ сидъ ни для какой добродѣтели, но совершенъ, и не имѣетъ недостатка ни въ одномъ изъ совершенствъ, свойственныхъ человѣческой природѣ. Какъ по тѣлу не совершенъ тотъ, у кого не достаетъ какого-либо необходимаго члена, но въ томъ самомъ и несовершенъ, чего недостаетъ ему: такъ нерадящій и о единой заповѣди, чрезъ не исполненіе, бываетъ уже несовершенъ, по причинѣ сего недостатка. А кто усвоилъ себѣ совершенный страхъ, и всего боится изъ богобоязненности, тотъ ни въ чемъ не согрѣшитъ, потому что ничего не презираетъ; и онъ не потерпитъ лишенія, потому что во всякомъ случаѣ непрестанно съ нимъ страхъ.

(11) Богатіи обнищаша и взалкаша, взыскающіи же Господа не лишатся всякаго блага. Слово сіе научаетъ насъ и презрѣнію вещественнаго богатства, показывая непрочность изобилія въ имуществѣ. Ибо богатство не постоянно, и какъ волна, гонимая силою вѣтровъ, обыкновенно течетъ туда и сюда. И богатыми Давидъ называетъ, можетъ быть, Израильтянъ, ихже всыновленіе и служеніе, ихже обѣтованія, отъ нихже отцы (Рим. 9, 4-5). Они-то обнищаша, согрѣшивъ противъ Господа; а взыскавшіе Господа вмѣсто нихъ не лишатся всякаго блага. Но какъ же Израильтяне обнищаша и взалкаша? Поелику убили они Хлѣбъ животный; то пришелъ на нихъ голодъ хлѣба. Поелику злоумыслили противъ Источника воды живой; пришла къ нимъ жажда, и наложено на нихъ наказаніе мучиться отъ жажды. Но это гдадъ не чувственнаго хлѣба и не жажда воды, но гладъ слышенія слова Господня (Амос 8, 11). Итакъ они обнищаша и взалкаша, а изъ язычниковъ научившіеся взыскать Господа не лишатся всякаго блага. Всесовершенное благо есть самъ Богъ, Котораго не лишатся вси взыскающіи Его. Если кто невѣжественъ, имѣетъ неясное понятіе о добрѣ и злѣ; то и онъ да не называетъ благимъ находящаго наслажденіе во временномъ, которое преходитъ съ разрушеніемъ тѣла. Ибо кто вещественное богатство и плотскія преимущества возводитъ на степень благъ; тотъ низкимъ и ни какого вниманія не заслуживающимъ вещамъ присвояетъ достопокланяемое и одному Богу приличное имя, и вмѣстѣ съ тѣмъ впадаетъ въ самое грубое противорѣчіе. Ибо или долженъ сказать, что Апостолы не получили тѣлесныхъ благъ, потому что не взыскали Господа, или, если и взыскавъ, не имѣли такихъ благъ, долженъ обвинить самое Писаніе, которое говоритъ, что взыскающіи Господа не будутъ лишены ни единаго блага. Напротивъ того, святые и Господа взыскали, и не остались безъ разумѣнія самаго взыскуемаго, и не лишились благъ, уготованныхъ въ вѣчномъ упокоеніи. Ибо о нихъ можно въ собственномъ смыслѣ сказать: всякаго блага; потому что тѣлесныя наслажденія заключаютъ въ себѣ болѣе болѣзненнаго, чѣмъ пріятнаго; супружество — безчадіе, вдовство — растлѣніе; земледѣліе — безплодіе; торговля — кораблекрушенія; богатства — козни; роскошь — пресыщеніе, и частыя наслажденія — разнаго рода болѣзни и многовидныя страсти. Взыскалъ Господа Павелъ, и не былъ лишенъ ни единаго блага; а между тѣмъ, кто изсчислитъ тѣлесныя скорби, въ которыхъ онъ праводилъ всю свою жизнь? Трищи палицами біенъ, единою камеими наметанъ, трикраты корабль опровержеся съ нимъ, нощь и день во глубинѣ сотвори, въ путныхъ шествіихъ множицею, во алчбѣ и жажди, въ пощеніихъ многащи, въ трудѣ и подвизѣ, и многократно въ нуждахъ (2 Кор. 11, 25-27). И что же? Человѣкъ, который до послѣдняго часа былъ алчущимъ и жаждущимъ, терпѣлъ наготу и страданія, ужели не лишенъ былъ тѣлесныхъ благъ? Посему возведи мысль твою къ истинному благу, чтобы уразумѣть тебѣ и согласіе Писанія, и самому себя не запутать обоюдностію понятій.

(12) Пріидите, чада, послушайте мене, страху Господню научу васъ. Это голосъ искренно расположеннаго учителя, съ отеческимъ благосердіемъ призывающаго къ ученію: потому что ученикъ есть духовное чадо учителя. Пріемлющій отъ другаго образованіе въ благочестіи какъ бы имъ созидается и приводится въ составъ, подобно тому, какъ въ утробѣ чревоносящей образуются младенцы. Посему и Павелъ всю Церковь Галатійскую, которая отпала отъ первопреподанныхъ ученій, и походила на недоношенный плодъ чрева, снова воспріемля, и Божіею силою воображая въ Галатахъ Христа, назвалъ чадами. И какъ онъ съ болѣзнями и скорбію производилъ исправленіе поколебавшихся, то посему и сказалъ, что болитъ душею, скорбя объ отпадшихъ. Чадца моя, имиже паки болѣзную, дондеже вообразится Христосъ въ васъ (Гал. 4, 19). И такъ пріидите чада, послушайте мене. Чему же хочетъ учить насъ духовный нашъ отецъ? Страху Господню, говоритъ онъ, научу васъ. Поелику выше заповѣдалъ бояться Господа, и показалъ выгоды страха, сказавъ, что нѣсть лишенія боящимся Его; то преподаетъ теперь нѣкоторый урокъ о страхѣ Господнемъ. Что нужно быть здоровымъ, это можетъ сказать всякой, даже невѣжда; но какъ должно пріобрѣтать здоровье, говорить объ этомъ — дѣло человѣка знающаго врачебное искусство. Не всякой страхъ благъ и спасителенъ, но есть страхъ вражій, о которомъ молится Пророкъ, чтобы онъ не приближался къ душѣ его, говоря: отъ страха вражія изми душу мою (Псал. 63, 2). Тотъ страхъ — вражій, который вдыхаетъ въ насъ боязнь смерти, и который внушаетъ намъ страшиться преимущества лицъ. Ибо боящійся сего возможетъ ли, во время мученичества, противостоять грѣху даже до смерти, и воздать долгъ умершему за насъ и воскресшему Господу? А также приводимый въ страхъ демонами имѣетъ въ себѣ страхъ вражій. И вообще такой страхъ кажется мнѣ немощію, порожденною невѣріемъ: ибо вѣрующій, что есть у него крѣпкій помощникъ, не страшится никого изъ усиливающихся возмутить его. А чтó же такое страхъ спасительный, страхъ освящающій, страхъ преднамѣренно, а не по немощи, поселяемый вь душѣ? Хочешь ли, объясню тебѣ свойства сего страха? Когда увлекаешься въ какой-нибудь грѣхъ: представь себѣ мысленно страшное и нестерпимое судилище Христово, гдѣ на высокомъ и превознесенномъ престолѣ возсѣдаетъ Судія, вся же тварь съ трепетомъ предстоитъ при славномъ Его явленіи, и каждый изъ насъ приводится на испытаніе содѣланнаго имъ въ жизни; потомъ къ совершившему въ жизни много худыхъ дѣлъ приставляются страшные и угрюмые ангелы, у которыхъ и взоръ огненный, и дыханіе огненное, по жестокости ихъ воли, и лица подобны ночи, по унылости и человѣконенавидѣнію; потомъ непроходимая пропасть, глубокая тма, огонь несвѣтлый, который во тмѣ содержитъ попаляющую силу, но лишенъ свѣтозарности; потомъ какой-то ядоносный и плотоядный червь, пожирающій съ жадностію, никогда ненасыщаемый, и своимъ пожираніемъ производящій невыносимыя болѣзни; потомъ жесточайшее изъ всѣхъ мученій — вѣчный позоръ и вѣчный стыдъ. Сего страшись, и симъ страхомъ вразумляемый, какъ бы нѣкоторою уздою, воздерживай душу отъ худыхъ пожеланій. Сему-то страху Господню обѣщалъ научить насъ отецъ; но научить не всѣхъ, а только желающихъ слушать его; не далеко отпадшихъ, но притекающихъ къ нему съ желаніемъ спастися; не чуждыхъ отъ завѣтъ (Ефес. 2, 12), но чрезъ сыноположеніе крещенія содѣлавшихся присными Слову. Посему и говоритъ: пріидите, то есть, добрыми дѣлами приближьтесь ко мнѣ, дѣти, удостоившіяся стать сынами свѣта чрезъ пакибытіе. Послушайте вы, у которыхъ отверсты уши сердца; страху Господню научу васъ, тому страху, который незадолго предъ симъ изобразило вамъ слово.

(13) Кто есть человѣкъ хотяй животъ, любяй дни видѣти благи? Пророкъ спрашиваетъ: хочетъ ли кто жизни — не этой общей, которою живутъ и безсловесныя, но истинной, не пресѣкаемой и смертію? Ибо теперь, говоритъ онъ, вы умираете, и животъ вашъ сокровенъ есть со Христомъ въ Бозѣ: егда же Христосъ явится, животъ вашъ: тогда и вы съ Нимъ явитеся въ славѣ (Кол. 3, 3-4). И такъ Христосъ есть истинная жизнь, и наша истинная жизнь есть пребываніе во Христѣ. Подобно сему и дни иные — благи, и на нихъ-то указываетъ Пророкъ въ своемъ провозглашеніи: кто есть человѣкъ хотяй животъ, любяй дни видѣти благи? Ибо дни вѣка сего злы, такъ какъ и вѣкъ сей, будучи мѣрою міра, о которомъ сказано, что міръ весь во злѣ лежитъ (1 Іоан. 5, 19), — и свойствами своими сообразенъ міру, имъ измѣряемому. А самые дни суть части сего времени; посему Апостолъ говоритъ: искупующе время, яко дніе лукави суть (Ефес. 5, 16). И Іаковъ свидѣтельствуетъ: дніе лѣтъ моихъ малы и злы (Быт. 47, 9). Посему теперь мы — не въ жизни, но въ смерти. Потому и молился Апостолъ, говоря: кто мя избавитъ отъ тѣла смерти сея (Рим. 7, 24)? Но есть другая нѣкая жизнь, къ которой призываетъ насъ слово. И хотя настоящіе наши дни лукавы; однако же есть другіе дни благи, которые не пресѣкаются ночью. Ибо для нихъ самъ Богъ будетъ вѣчнымъ свѣтомъ; озаряя ихъ сіяніемъ Своей славы. Посему когда слышишь о благихъ дняхъ, не думай, чтобы въ обѣтованіи говорено было тебѣ о здѣшней жизни; потому что тлѣнны тѣ дни, которые производитъ чувственное солнце; а тлѣнное не можетъ быть приличнымъ даромъ нетлѣнному. Но если душа нетлѣнна; то нетлѣнны должны быть и душевныя дарованія. И преходитъ образъ міра сего (1 Кор. 1, 31). Если Законъ имѣетъ въ себѣ тѣнь грядущихъ благъ; то представь себѣ какія-то радостотворныя и святыя субботы изъ дней вѣчныхъ, новомѣсячія, праздники; но представь ихъ соотвѣтственно духовному закону!

(14) Удержи языкъ твой отъ зла, и устнѣ твои, еже не глаголати льсти. Если хочешь имѣть дни благи, и любишь жизнь, то исполни заповѣдь жизни. Ибо сказано: любяй Мя, заповѣди Моя соблюдетъ (Іоан. 14, 21). Первая же заповѣдь: удержи языкъ твой отъ зла, и устнѣ твои, еже не глаголати льсти. Ибо грѣхъ, содѣваемый языкомъ, и на дѣлѣ весьма удобенъ и многообразенъ. Разгнѣвался ли ты? и языкъ предваряетъ. Похоть ли возобладала тобою? языкъ прежде всего служитъ тебѣ какъ бы переводчицей и переносчицей, которая помогаетъ во грѣхѣ и вводитъ въ искушеніе ближнихъ. Языкъ для тебя и оружіе неправды, если онъ не отъ сердца говоритъ, но для обмана другихъ. Но къ чему перечислять словомъ всѣ грѣхи, совершаемые языкомъ? Жизнь наша наполнена грѣхопаденіями языка: срамословіе, смѣхотворныя, глупыя, непристойныя рѣчи, пересуды; слово праздное, лживыя клятвы, ложныя свидѣтельства, — все это и гораздо еще большее число золъ, суть произведеніе языка. А тѣ, которые отверзаютъ уста свои на поруганіе славы Божіей и неправду въ высоту глаголютъ (Псал. 72, 8), какимъ другимъ орудіемъ совершаютъ сіе нечестіе, какъ не орудіемъ языка? И такъ, поелику отъ словесъ твоихъ осудишися (Матѳ. 12, 37); то удержи языкъ твой отъ зла, и не дѣлай сокровища языкомъ лживымъ суетная (Прит. 21, 6). Удержи и устнѣ твои, еже не глаголати льсти, то-есть, сдѣлай, чтобы цѣлое орудіе, данное тебѣ на служеніе слову, было свободно отъ дѣйствій лукавыхъ. Лесть есть скрытное злодѣяніе противъ ближняго, совершаемое подъ личиною добра.

(15) Уклонися отъ зла, и сотвори благо: взыщи мира, и пожени и. Вотъ первоначальные совѣты и вступительные уроки благочестія: старайся преодолѣвать языкъ, воздерживаться отъ коварныхъ замысловъ, уклоняться отъ зла. Ибо не тому, кто совершенъ, прилично воздержаніе отъ зла, но только еще начинающему надлежитъ уклоняться отъ стремленія къ злу. И должно сперва, какъ отъ худаго пути, удалиться отъ привычки къ порочной жизни, а потомъ уже приступить къ совершенію добрыхъ дѣлъ. Потому что невозможно приняться за доброе, не отступивъ напередъ и совершенно не уклонившись отъ зла, какъ невозможно возвратить здоровья, не освободясь отъ болѣзни, или согрѣться прежде, нежели совершенно пройдетъ ознобъ. Все это одно съ другимъ не совмѣстно: такъ и тотъ, кто хочетъ вести добрую жизнь, долженъ свободиться отъ соприкосновенія съ зломъ.

Взыщи мира, и пожени и. О семъ мирѣ сказалъ Господь: миръ оставляю вамъ, миръ Мой даю вамъ, не якоже міръ даетъ миръ, Азъ даю вамъ (Іоан. 14, 27). Посему взыщи мира Господня, и пожени и. А достигнешь его не иначе, какъ къ намѣренному гоня, къ почести вышняго званія (Флп. 3, 14). Ибо истинный миръ — горѣ; а доколѣ мы связаны съ плотію, неразлучно съ нами многое, чтó насъ возмущаетъ. Посему взыщи мира, то есть освобожденія отъ мятежей міра сего, пріобрѣти безмятежный умъ, невзволнованное, невозмущенное состояніе души, неколеблемое страстями, не увлекаемое ложными ученіями, которыя своимъ правдоподобіемъ склоняютъ къ согласію, чтобы чрезъ сіе пріобрѣсти тебѣ миръ Божій, превосходяй всякъ умъ (Флп. 4, 7), и охраняющій твое сердце. Кто ищетъ мира, тотъ ищетъ Христа; потому что Той есть миръ нашъ, создавшій оба во единаго новаго человѣка, творяй миръ (Ефес. 2, 14-15), и умиротворивый кровію креста Своего, аще небесная, аще ли земная (Кол. 1, 20).

(16) Очи Господни на праведныя, и уши Его въ молитву ихъ. Какъ святые суть тѣло Христово и уды отъ части (1 Кор. 12, 27), и Богъ поставилъ ихъ въ Церкви, однихъ какъ бы глазами, другихъ устами, а иныхъ вмѣсто рукъ, или ногъ: такъ и святыя духовныя Силы, на небесахъ пребывающія, однѣ именуются очами, потому что имъ ввѣрено надъ нами смотрѣніе, а другія — ушами, потому что пріемлютъ наши молитвы. Посему и теперь Силу надъ нами надзирающую и Силу пріемлющую молитвы Давидъ назвалъ очами и ушами. Очи Господни на праведныя, и уши Его въ молитву ихъ. Поелику всякое дѣло праведника достойно зрѣнія Божія, и всякое слово его, такъ какъ праведный не говоритъ ничего празднаго, сильно и дѣйственно; то посему Псаломъ увѣряетъ, что праведникъ всегда предъ взорами, и всегда бываетъ услышанъ.

(17) Лице же Господне на творящыя злая, еже потребити отъ земли память ихъ. Подъ лицемъ, какъ думаю, разумѣется открытое и явное пришествіе Господа на судъ. Почему и сказано, что очи Господа, какъ бы еще издали насъ назирающаго, приникаютъ на праведника; а самое лице явится, чтобы истребить на землѣ всякую память беззаконія. Но не представляй себѣ лица Божія въ тѣлесномъ образѣ. Ибо въ такомъ случаѣ можетъ показаться, что въ Писаніи сказано нѣчто несообразное, то есть, что особо очи сіяютъ на праведника, и особо лице обращено на порочныхъ; между тѣмъ какъ не возможны ни очи безъ лица, ни лице безъ очей. Не узритъ человѣкъ лице Господне, и живъ будетъ (Исх. 33, 20). Но Ангелы малыхъ въ церкви выну видятъ лице Отца нашего, Который на небесахъ (Матѳ. 18, 10). Посему для насъ нынѣ по немощи облежащей насъ плоти, невмѣстимо зрѣніе славнаго явленія Божія; но Ангеламъ, которые не имѣютъ ни какого покрова, подобнаго нашей плоти, ни что не препятствуетъ непрестано взирать на лице славы Божіей. Почему, когда сдѣлаемся сынами воскресенія, тогда и мы будемъ удостоены знанія лицемъ къ лицу. Тогда праведные удостоятся лицезрѣнія Божія въ радости, а грѣшники — въ судѣ; потому что всякій грѣхъ будетъ исребленъ праведнымъ судомъ Божіимъ.

(18) Воззваша праведніи, и Господь услыша ихъ, и отъ всѣхъ скорбей ихъ избави ихъ. Взываніе праведныхъ есть мысленное, и оно въ потаенности сердца раздается велегласно, и можетъ достигать до самаго слуха Божія. Ибо кто проситъ великаго и молится о небесномъ, тотъ взываетъ, и возсылаетъ къ Богу молитву, которая бываетъ услышана. И такъ воззваша праведніи; взыскали не чего-нибудь маловажнаго, земнаго, низкаго. Потому и Господь внялъ ихъ голосу, и отъ всѣхъ скорбей ихъ избави ихъ, не столько освобождая ихъ отъ огорченій, сколько пріуготовляя къ тому, чтобы они были выше всего приключающагося.

(19) Близъ Господь сокрушенныхъ сердцемъ, и смиренныя духомъ спасетъ. Господь ко всѣмъ приближается Своею благостію; но мы сами себя удаляемъ грѣхами. Ибо сказано: се удаляющіи себе отъ Тебе, погибнутъ (Псал. 72, 27). Почему о Моисеѣ говорится, что онъ приступалъ къ Богу (Исх. 24, 2); и если кто другой подобенъ Моисею, то своими доблестями и добрыми дѣлами дѣлается онъ близокъ къ Богу. Кромѣ того, слова сіи содержатъ въ себѣ пророчество о пришествіи Господа, и согласны съ предъидущими. Ибо тамъ сказано: лице Господне на творящыя злая, то есть явленіе Его на судѣ будетъ на погибель всякаго лукавства. А здѣсь, сказавъ: близъ Господь сокрушенныхъ сердцемъ, Пророкъ возвѣщаетъ приближающееся уже и недалеко отстоящее пришествіе Господа во плоти. И въ семъ можетъ убѣдить тебя сказанное въ пророчествѣ Исаіи: Духъ Господень на Мнѣ, егоже ради помаза Мя, благовѣстити нищимъ посла Мя, исцѣлити сокрушенныя сердцемъ, проповѣдати плѣнникомъ отпущеніе, и слѣпымъ прозрѣніе (Ис. 61, 1). Поелику посылаемъ былъ Врачъ для сокрушенныхъ сердцемъ; то сказано: близъ есть Господь. Вамъ говорю сіе, смиренные и сокрушившіе свое самомнѣніе, чтобы васъ обрадовать и ввести въ долготерпѣніе радостію ожидаемаго! Сокрушеніе же сердца есть истребленіе человѣческихъ помысловъ. Кто презрѣлъ настоящее, предалъ себя слову Божію, и владычественное въ себѣ предоставилъ помышленіямъ превыше-человѣческимъ и божественнымъ, тотъ будетъ имѣть сокрушенное сердце, и содѣлаетъ его жертвою, не уничижаемою отъ Господа. Сердце сокрушенно и смиренно Богъ не уничижитъ (Псал. 50, 19). И такъ близъ Господь сокрушенныхъ сердцемъ, и смиренныя духомъ спасетъ. Кто чуждъ всякаго надменія, ни чѣмъ человѣческимъ не гордится, тотъ и сердцемъ сокрушенъ и духомъ смиренъ. Правда, смиренъ [1] и тотъ, кто ходитъ во грѣхѣ, потому что ни что такъ не смиряетъ, какъ грѣхъ. Посему растлѣнную и потерявшую святыню дѣвства называемъ смиренною. Такъ сказано, что Амнонъ восталъ на Ѳамару и смири ю (2 Цар. 13, 14). Посему, которые утратили высокость и возвышеніе души, низложенные грѣхомъ на землю и какъ бы пригвожденные къ землѣ, изгибаются подобно пресмыкающемуся змію, и уже не въ силахъ прійдти совершенно въ прямое положеніе, тѣ смиренны, но не духомъ; почему смиреніе ихъ и не похвально. Но которые имѣютъ благодать Святаго Духа, тѣ добровольно смиряютъ себя предъ низшими, съ Апостоломъ называя себе самѣхъ рабами всякаго человѣка (2 Кор. 4, 5) о Христѣ, всѣмъ попраніемъ доселѣ, и говоря еще съ нимъ: якоже отреби міру быхомъ (1 Кор. 4, 13). Они употребляютъ смиреніе духовно, и дѣлаютъ себя послѣдними изъ всѣхъ, чтобы стать первыми изъ всѣхъ въ Царствѣ небесномъ. Сихъ и Господь называетъ блаженными, говоря: блажени нищіи духомъ (Матѳ. 5, 3).

(20) Многи скорби праведнымъ, и отъ всѣхъ ихъ избавитъ я Господь. Сказано: во всемъ скорбяще, но не стужающе си (2 Кор. 4, 8). Почему и Господь говоритъ Своимъ ученикамъ: въ мірѣ скорбни будете: но дерзайте, яко Азъ побѣдихъ міръ (Іоан. 16, 33). Посему, если видишь когда праведниковъ въ болѣзняхъ, съ поврежденными членами, покинутыхъ своими, въ ранахъ, въ безчестіи, въ совершенной скудости и лишеніи необходимаго; то помни, что многи скорби праведнымъ, и отъ всѣхъ ихъ избавитъ я Господь. А утверждающій, что скорбь не прилична праведнику, не иное что говоритъ, какъ одно съ утверждающимъ, будто бы борцу не приличенъ противоборникъ. Но борецъ, не выходящій на подвигъ, будетъ ли имѣть какой предлогъ къ полученію вѣнцовъ? Вотъ уже въ Псалмѣ семъ въ четвертый разъ говорится, какимъ образомъ Господь избавляетъ отъ скорби, если кого хочетъ избавить. Въ первый разъ: (5) взыскахъ Господа, и услыша мя, и отъ всѣхъ скорбей моихъ избави мя. Во вторый: (7) сей нищій воззва, и Господь услыша и, и отъ всѣхъ скорбей его спасе и. Въ третій: (18) воззваша праведніи, и Господь услыша ихъ. Въ четвертый, наконецъ: многи скорби праведнымъ, и отъ всѣхъ ихъ избавитъ я Господь.

(21) Хранитъ Господь вся кости ихъ, ни едина отъ нихъ сокрушится. Должно ли остановиться на голомъ реченіи, и удовольствоваться тѣмъ понятіемъ, какое всего скорѣе представляется нашему вниманію, то-есть, что сіи кости, сіи опоры плоти, не сокрушатся у праведныхъ, по причинѣ охраненія, даннаго имъ отъ Господа? И до тѣхъ ли поръ, пока праведникъ живъ, и въ этомъ мірѣ, сохранятся кости его несокрушенными? Или и по разрѣшеніи отъ узъ тѣлесныхъ не встрѣтится причины къ сокрушенію костей праведника? Впрочемъ изъ опыта знаемъ, что сокрушены многія кости праведниковъ, которые за свидѣтельство о Христѣ предавали себя страданіямъ всякаго рода. Ибо гонители инымъ раздробили голени, другимъ многократно пронзали гвоздьми руки и голову. Между тѣмъ кто же станетъ отрицать, что скончавшіеся въ мученичествѣ всѣхъ праведнѣе? Напротивъ того не понимать ли такъ? Говорится: человѣкъ, а разумѣется душа и умъ человѣческій; такъ в члены цѣлаго человѣка называются подобоименно съ частями тѣлесными. Такъ Писаніе многократно именуетъ члены внутренняго человѣка, напримѣръ, когда говоритъ: мудраго очи во главѣ его (Еккл. 2, 14), то-есть, внутреннее мудраго прозорливо и осмотрительно. И еще Писаніе одинаково называетъ и духовные и плотскіе очи, не только въ приведенномъ нами изреченіи, но и въ словахъ: заповѣдь Господня свѣтла, просвѣщающая очи (Псал. 18, 9). Чтó же сказать о семъ изреченіи: имѣяй уши слышати, да слышитъ (Лук. 8, 8)? Извѣстно, что у иныхъ уши совершенны и способны слышать словеса Божіи. Но не имѣющимъ такихъ ушей чтó сказано? Глусіи услышите, и слѣпіи прозрите (Ис. 12, 18). И еще: уста моя отверзохъ и привлекохъ духъ (Псал. 118, 131). И зубы грѣшниковъ сокрушилъ еси (Псал. 3, 8). Ибо все сіе сказано о способностяхъ, служащихъ къ принятію мысленной пищи и мысленнаго слова. Подобны симъ реченія: чрево мое болитъ мнѣ (Іер. 4, 19), и: нога праведнаго не поткнется (Прит. 3, 23). Ибо подобныя выраженія относятся къ внутреннему человѣку. На семъ же основаніи во внутреннемъ человѣкѣ можно представить себѣ и нѣкоторыя кости, которыми поддерживается связь и стройность между душевными силами. И какъ кости собственною твердостію ограждаютъ мяткость плоти; такъ и въ Церкви есть члены, которые, по своей твердости, могутъ носить на себѣ недостатки немощныхъ. И какъ кости соединяются между собою въ составъ сросшимися жилами и связями; такъ и союзъ любви и мира можетъ производитъ въ Церкви Божіей какое-то сращеніе и соединеніе костей духовныхъ. О сихъ-то костяхъ, лишенныхъ своего сочлененія и какъ бы вышедшихъ изъ составовъ, Пророкъ говоритъ: расточишася кости наши при адѣ (Псал. 140, 7). И если когда объемлетъ ихъ смятеніе и трепетъ, то молится, говоря: исцѣли мя, Господи, яко смятошася кости моя (Псал. 6, 3). Но когда кости сіи, хранимыя Господомъ, соблюдаютъ свою стройность; тогда ни одна изъ нихъ не сокрушится, а напротивъ, онѣ дѣлаются достойными возносить славу Богу. Вся кости моя, говоритъ Пророкъ, рекутъ: Господи, Господи, кто подобенъ Тебѣ (Псал. 34, 10)? Видишь ли естество костей, имѣющихъ и даръ слова? Можетъ быть, и Церковь скажетъ то же: вся кости моя рекутъ, относя сіе къ таинству воскресенія. Ибо сказано: се глаголетъ Господь костемъ симъ: се Азъ введу въ васъ духъ животенъ и дамъ на васъ жилы, и возведу на васъ плоти, и оживете, и увѣсте, яко Азъ есмь Господь (Іез. 37, 5-6). Сіи-то кости, воспріявшія жизнь, и воздающія благодареніе Воскресившему, рекутъ: Господи, Господи, кто подобенъ Тебѣ?

Не безъ причины присовокуплено: (20) смерть грѣшниковъ люта, потому что есть смерть праведныхъ, но она не люта, по природѣ своей, а добра. Умершіе со Христомъ пріобщались благой смерти, и умершіе грѣху умерли смертію благою и спасительною. Между тѣмъ смерть грѣшниковъ люта. Ибо ихъ по смерти постигаетъ мученіе, какъ и богатаго, который облачашеся въ порфиру и виссонъ, веселяся по вся дни свѣтло (Лук. 16, 19).

И ненавидящіи праведнаго прегрѣшатъ. Они ненавидятъ праведиика, потому что сами живутъ во грѣхахъ, а нравы праведника, какъ прямизна прави́ла, обличаютъ ихъ при сличеніи съ совершеннымъ. И поелику живутъ во грѣхахъ; то, страшась обличенія, ненавистно обращаются съ праведникомъ. А поелику ненавидятъ его: то обременяютъ себя новыми грѣхами. Но много предлоговъ, по которымъ можетъ быть ненавидимъ праведный. И свобода въ обличеніяхъ (потому что ненавидятъ у вратъ наказующаго, и словомъ праведнымъ гнушаются (Амос. 5, 10), и желаніе первенства, и любоначаліе подвигли многихъ ненавидѣть достойнѣйшихъ; а иногда то же производило и невѣдѣніе — чтó такое праведникъ, и кто праведенъ?

Смерть грѣшниковъ люта. Можетъ быть, и цѣлую жизнь Пророкъ называетъ смертію; потому что Апостолъ назвалъ сію плоть смертію, сказавъ: кто мя избавитъ отъ тѣла смерти сея (Рим. 7, 24)? А которые дѣлаютъ худое употребленіе изъ сего тѣла, и обращаютъ его на служеніе всякому грѣху, тѣ приготовляютъ себѣ лютую смерть.

(23) Избавитъ Господь души рабъ Своихъ, и не прегрѣшатъ вси уповающіи на Него. Поелику созданные на служеніе Господу содержались въ плѣненіи у врага; то ихъ души и избавитъ Господь честною Своею кровію. Посему никто изъ уповающихъ на Него не будетъ истязанъ во грѣхахъ.

Примѣчаніе:
[1] То есть униженъ.

Источникъ: Творенія иже во святыхъ отца нашего Василія Великаго, Архіепископа Кесаріи Каппадокійскія. — Изданіе третіе. — Часть первая. — М.: Типографія М. Г. Волчанинова, 1891. — С. 234-258.

Назадъ / Къ оглавленію раздѣла / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0