Святоотеческое наследие
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Святоотеческое наслѣдiе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Святые по вѣкамъ

Изслѣдованiя
-
I-III вѣкъ
-
IV вѣкъ
-
V вѣкъ
-
VI-X вѣкъ
-
XI-XV вѣкъ
-
Послѣ XV вѣка
-
Acta martyrum

Святые по алфавиту

Указатель
-
Свт. Іоаннъ Златоустъ
А | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л
-
М | Н | О | П | Р
-
С | Т | Ф | Х | Э
-
Ю | Ѳ
Сборники

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - вторникъ, 25 апрѣля 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 24.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

V ВѢКЪ

Блаж. Августинъ Иппонійскій († 430 г.)

Блаж. Августин ИппонийскийРодомъ изъ г. Тагаста (въ Африкѣ), воспитанъ благочестивою матерію Моникою. Окончивши въ Карѳагенѣ образованіе, блаж. Августинъ преподавалъ риторику, сначала на родинѣ, а потомъ въ Медіоланѣ. Здѣсь, подъ руководствомъ св. Амвросія, онъ изучалъ св. Писаніе и пораженный высотою сего ученія, крестился, раздалъ все имѣніе бѣднымъ и принялъ иночество. Въ 391 г., Валеріемъ, еп. Иппонскимъ, блаж. Августинъ былъ посвященъ въ пресвитера, въ 395 г. въ епископа-викарія, по смерти же Валерія занялъ его мѣсто. Епископствовалъ 35 лѣтъ, ведя борьбу противъ донатистовъ, манихеевъ и пелагіанъ. Скончался въ 430 г., 70-ти лѣтъ отъ роду. Изъ сочиненій блаж. Августина замѣчательны: «Исповѣдь», 17-ть книгъ противъ пелагіанъ, «О градѣ Божіемъ» и «Христіанская наука». (Прот. Алексій Мальцевъ. «Мѣсяцесловъ Православной Каѳолической Восточной Церкви».)

Творенія

Блаж. Августинъ Иппонійскій († 430 г.)
Бесѣда 21-я (361). О воскресеніи мертвыхъ.

1. Замѣтили мы, братія, во время апостольскаго чтенія похвальное движеніе вѣры и любви вашей, замѣтили, какъ гнушаетесь вы людей, которые думаютъ, что есть только одна настоящая жизнь, общая у насъ со скотами, что со смертію все оканчивается, и нѣтъ для насъ никакой надежды на другую, лучшую жизнь, которые, распространяя дурные слухи (pruritum malarum aurium corrumpentes), говорятъ: станемъ ѣсть и пить, ибо завтра умремъ (1 Кор. 15, 32). Вотъ съ этого-то и начнемъ бесѣду нашу. Это пусть будетъ какъ бы центромъ нашей рѣчи, около коего будетъ вращаться все остальное, что Господь благоволитъ даровать намъ.

2. Воскресеніе мертвыхъ составляетъ предметъ упованія нашего. Воскресеніе мертвыхъ составляетъ предметъ вѣры нашей. Оно есть и предметъ любви нашей, которая возбуждается предуказаніемъ вещей невидимыхъ и стремленіемъ къ нимъ, вслѣдствіе чего сердца наши дѣлаются способными къ блаженству, которое обѣщается въ будущемъ, пока же служитъ предметомъ вѣры, такъ какъ оно невидимо. Поэтому самая любовь наша не должна направляться на это видимое и временное; нельзя думать, что въ воскресеніи мы будемъ имѣть нѣчто подобное тому, что теперь имѣемъ, хотя бы мы и не придавали значенія благамъ настоящей жизни, хотя бы мы жили хорошо и сами были хороши, не будемъ имѣть мы тамъ плотскихъ удовольствій и утѣшеній. Безъ сомнѣнія, съ уничтоженіемъ вѣры въ воскресеніе мертвыхъ падаетъ все ученіе христіанское. Однако, и съ признаніемъ вѣры въ воскресеніе мертвыхъ можно оставаться спокойнымъ за духъ христіанина лишь въ томъ случаѣ, если признавать, что будущая жизнь та отлична отъ жизни настоящей, преходящей. Поэтому если не воскреснутъ мертвые, то нѣтъ для насъ никакой надежды на жизнь будущую. Если же воскреснутъ, будетъ, слѣдовательно, и жизнь загробная. Но возникаетъ другой вопросъ: какая будетъ эта жизнь? Отсюда первое разсужденіе наше посвящено будетъ вопросу о томъ, будетъ ли воскресеніе мертвыхъ, во второмъ мы разсмотримъ, какова будетъ жизнь святыхъ въ воскресеніи.

3. Итакъ, кто говоритъ, что мертвые не воскреснутъ, тотъ не христіанинъ. Тѣ же, которые думаютъ, что мертвые, когда воскреснутъ, будутъ проводить плотскую жизнь, являются грубыми плотскими христіанами. Такимъ образомъ, что въ настоящемъ разсужденіи говорится противъ отрицающихъ воскресеніе мертвыхъ, относится собственно къ тѣмъ, которые не носятъ имени христіанъ, изъ каковыхъ, я не думаю, чтобы здѣсь присутствовалъ кто-либо. И наше разсужденіе можетъ показаться излишнимъ, если мы будемъ доказывать, что мертвые воскресаютъ. Потому что христіанинъ, который увѣровалъ во Христа, который никоимъ образомъ не можеть допустить, что апостолъ говоритъ неправду, долженъ руководствоваться силою авторитета. Достаточно, слѣдовательно, если онъ слышитъ: если нѣтъ воскресенія мертвыхъ, то проповѣдь наша тщетна, тщетна и вѣра ваша. Если нѣтъ воскресенія мертвыхъ, то и Христосъ не воскресъ (1 Кор. 15, 14. 13). Если же Христосъ воскресъ, въ чемъ и спасеніе христіанъ, то во всякомъ случаѣ не невозможнымъ является воскресеніе мертвыхъ, потому что Кто воскресилъ Сына Своего, Кто разбудилъ плоть Свою, Тотъ во Главѣ показалъ примѣръ всему тѣлу, т.-е. Церкви. Итакъ, могло бы быть излишнимъ разсужденіе о воскресеніи мертвыхъ, и намъ слѣдовало бы заняться тѣми вопросами, которые обыкновенно ставятъ христіане себѣ самимъ, а именно: каковы будемъ мы, когда воскреснемъ, какъ будемъ жить тогда, каковы будутъ наши занятія, и будутъ ли вообще какія-нибудь занятія, или не будетъ никакихъ? Если не будетъ никакихъ, то будемъ ли мы жить совершенно праздно, ничего не дѣлая, или, если будемъ что-нибудь дѣлать, то что именно? Затѣмъ, будемъ ли мы ѣсть и пить, будетъ ли тамъ общеніе между мужами и женами, или будетъ одна непорочная общая жизнь? И если такъ, то какова будетъ эта жизнь, каково будетъ свойство и образъ самыхъ тѣлъ? Вотъ вопросы христіанъ, касающіеся вѣры въ воскресеніе.

4. Къ этомъ разсужденію, насколько это можетъ быть уяснено или выражено чрезъ людей и людямъ, подобнымъ намъ и вамъ, я теперь и перешелъ бы, если бы на вопросъ о томъ, воскреснутъ ли мертвые, не вынуждало меня остановиться нѣкоторое безпокойство о слишкомъ плотскихъ братьяхъ нашихъ, почти язычникахъ. Конечно, я увѣренъ, что здѣсь никого изъ язычниковъ нѣтъ теперь, но всѣ христіане. Однакоже, язычники и хулители воскресенія не перестаютъ ежедневно говорить въ слухъ христіанамъ: станемъ ѣсть и пить, ибо завтра умремъ. Слова эти сказалъ апостолъ, указывая далѣе на опасность худыхъ сообществъ, развращающихъ добрые нравы (1 Кор. 15, 32-33). Боясь этого зла, и опасаясь за нетвердыхъ изъ христіанъ, мы не только по отеческой, но какъ бы по материнской нѣкоторой любви и будемъ говорить столько, сколько потребно для слушателей. Вѣдь, всѣхъ, которые собрались здѣсь, привело сюда великое благоговѣніе къ слову Божію (circa scripturas), а не торжество какого-либо праздничнаго дня собрало въ церковь Божію толпы зрителей. Потому что нѣкоторые имѣютъ обыкновеніе сходиться не по побужденіямъ благочестія, а только для торжества. Вотъ эти соображенія и заставляютъ насъ говорить сначала о воскресеніи мертвыхъ, а потомъ, если Господь поможетъ, скажемъ о томъ, какова будетъ будущая жизнь праведниковъ.

5. Боюсь, говоритъ апостолъ, чтобы, какъ змѣй хитростію своею прельстилъ Еву, такъ и ваши умы не повредились, уклонившись оnъ простоты во Христѣ (2 Кор. 11, 3). А повреждаютъ умы слова: станемъ ѣсть и пить, ибо завтра умремъ. Пусть же всякій, кто съ удовольствіемъ хочетъ слѣдовать только этимъ словамъ, кто думаеть, что есть одна только настоящая жизнь, и ни на что другое не надѣется, кто не мóлится Богу или только и мóлится о томъ, чтобы ѣсть и пить, хотя бы ему и непріятна была наша доброжелательная рѣчь, послушаетъ насъ, съ великою скорбію говорящихъ слова эти. Хотятъ они ѣсть и пить, потому что завтра умрутъ. Но, о, если бы на самомъ дѣлѣ они думали о томъ, что завтра умрутъ! Кто будетъ столь безразсуденъ и безуменъ, кто столь враждебенъ себѣ, чтобы, думая умереть на завтрашній день, не подумалъ, что кончено все, изъ-за чего онъ трудился? Вѣдь въ тотъ день, какъ написано, исчезаютъ всѣ помышленія его (Псал. 145, 4). И если люди, въ виду угрожающаго имъ дня смерти, стараются дѣлать завѣщанія ради тѣхъ, коихъ покидаютъ здѣсь, то насколько же болѣе они должны подумать о душѣ своей? Или заботится человѣкъ о тѣхъ, кого оставляетъ, а о себѣ, покидающемъ все, не думаетъ? Вотъ сыновья твои будутъ владѣть тѣмъ, что ты оставляешь; самъ же ты ничего не будешь имѣть, и однако все вниманіе твое сосредоточивается на томъ, чѣмъ послѣ тебя будутъ владѣть чужіе, а не на томъ, какая участь ожидаетъ тлѣнныхъ (non quo transeantes perveniant). О, если бы было у тебя помышленіе о смерти! Правда, когда выносятся мертвые, люди думаютъ о смерти и говорятъ: несчастный! Вчера гулялъ онъ, или: семь дней назадъ тому я видѣлъ его, то-то и то-то говорилъ онъ со мной, — и вотъ нѣтъ человѣка. Такъ говорятъ обычно. Но говорятъ это быть можетъ только, пока мертвый оплакивается, пока идутъ хлопоты о его погребеніи, пока совершаются приготовленія къ похоронамъ, пока выносится мертвый и погребается. Съ погребеніемъ же прекращаются и эти рѣчи. Возвращается суетная забота, забывается тотъ, кого увлекла смерть и о замѣстительствѣ его думаетъ имѣющій самъ удалиться, — возвращается къ обманамъ, къ хищеніямъ, къ клятвопреступленіямъ, къ пьянству, къ безчисленнымъ плотскимъ наслажденіямъ, не исчезающимъ даже во время пользованія ими и что хуже того, отъ только что погребеннаго мертвеца берутъ люди какъ бы поводъ къ погребенію сердца и говорятъ: станемъ ѣсть и пить, ибо завтра умремъ.

6. Иные, осмѣивая вѣру въ воскресеніе мертвыхъ, говорятъ себѣ: вотъ такой-то лежитъ въ могилѣ, пусть же услышится голосъ его. Если это невозможно, пусть услышу я голосъ моего отца, моего дѣда и прадѣда. Кто возставалъ оттуда? Кто объявилъ о томъ, чтó дѣлается у умершихъ? Станемъ же заботиться о благахъ для себя во время этой земной жизни. Если же, когда мы умремъ, наши родители, родные или ближніе приносятъ что-либо на гробы наши, то себѣ, живущимъ приносятъ они, а не намъ, мертвымъ. Это даже и Писаніе осмѣиваетъ, когда говоритъ о снѣдяхъ, поставленныхъ на могилѣ (Сир. 30, 18). Ясно, что мертвые не нуждаются въ томъ, и что это есть обычай языческій, и ведетъ онъ свое начало не отъ отцевъ нашихъ, патріарховъ, у которыхъ мы хотя и находимъ указанія на славныя похороны, но не находимъ указаній на приношенія умершимъ. То же можно замѣчать и въ обычаяхъ іудеевъ. Все же они сохранили въ нѣкоторыхъ случаяхъ обычаи старины, хотя и не извлекли оттуда пользы для добродѣтели. И если нѣкоторые ссылаются на слова Писанія: раздавай хлѣбы твои при гробѣ праведныхъ, но не давай грѣшникамъ (Тов. 4, 17. — Frange panem tuum, et effunde vinum tuum super sepulcra justorum, et ne tradas eum injustis), то безъ всякаго труда вѣрующіе могутъ понимать, о чемъ сказано здѣсь. Вѣдь, знаютъ вѣрующіе, какъ нужно совершать поминовеніе своихъ умершихъ; знаютъ также, что этого нельзя совершать за нечестивыхъ, т.-е за невѣрующихъ, потому что только праведный вѣрою живъ будетъ (Рим. 1, 7). Пусть же никто не ищетъ отъ врачеванія болѣзней и изъ Писанія пусть не пытается извлечь узъ, чтобы положить сѣти смерти для души́ своей. Ясно, какъ слѣдуетъ понимать то. Правиленъ и спасителенъ этотъ обычай христіанскій (aperta atque salubris est haec celebratio christianorum).

7. Итакъ, остановимся на томъ, о чемъ я выше сказалъ уже, и на что указываютъ люди, смущающіе слухъ нетвердыхъ, словами: станемъ ѣсть и пить, ибо завтра умремъ, именно, на тѣхъ словахъ ихъ, что никто не воскресаетъ изъ мертвыхъ, и что не слышатъ они ничьего голоса: ни дѣда, ни прадѣда, ни отца. Отвѣчайте таковымъ, христіане, если вы христіане, и если захоти́те принять участіе въ пиршествахъ (имѣются въ виду, вѣроятно, поминальныя пиршества), безъ смущенія отвѣчайте развратителямъ. И вы знаете, чтó отвѣтить, но обуреваетесь страстью къ удовольствіямъ, хоти́те утонуть въ нихъ и быть погребенными заживо. Поднимается у васъ страсть невоздержанія, и какъ бы нѣкоторое волненіе врывается въ душу, возбужденную дыханіемъ дурного влеченія (male suadentis). И вотъ, претерпѣвая великое волненіе, не хочешь отвѣчать ты развратителю и съ готовностью идешь на пиршество. И волненіе страсти, черезчуръ усиливаясь, хочетъ обрушиться, какъ на корабль, на сердце твое. Но спитъ Христосъ на кораблѣ твоемъ. Разбуди же Его, и Онъ повелитъ бурѣ, чтобы она умóлкла (Матѳ. 8, 24-26). Своимъ волненіемъ на кораблѣ, когда Христосъ спалъ, ученики предуказали, что и христіане будутъ обуреваться, пока не пробудится въ нихъ вѣра христіанская. Знаешь ты, чтó говоритъ апостолъ: да дастъ вамъ... вѣрою вселиться Христу въ сердца ваши (Ефес. 3, 17). По свойству величія и по Божеству Своему Онъ всегда со Отцемъ. И тѣломъ Своимъ Онъ уже на небесахъ одесную Отца; по вѣрѣ же Онъ присутствуетъ во всѣхъ христіанахъ. И ты обуреваешься, слѣдовательно, потому, что Христосъ спитъ, т.-е. потому ты не можешь побороть тѣхъ страстей, которыя возбуждаются въ тебѣ внушеніемъ дурныхъ привычекъ (male suadentium), что спитъ вѣра твоя. Чтó значитъ, что спитъ вѣра твоя? Значитъ, что вѣра приведена въ усыпленіе. Но чтó значитъ: приведена въ усыпленіе? Значитъ, что ты забылъ вѣру. Чтó же значитъ такимъ образомъ — разбудить Христа? Значитъ пробудить вѣру, вспомнить то, во что ты увѣровалъ. Итакъ, помни вѣру твою, буди́ Христа. Эта вѣра твоя повелитъ волнамъ, коихъ ты боишься, и вѣтру дурныхъ навѣтниковъ; и тотчасъ удалятся они, тотчасъ успокоится все. Потому что, хотя злой навѣтникъ и не перестаетъ сговаривать тебя, но онъ уже не подвергаетъ опасности корабля твоего, не возбуждаетъ волненія, не погружаетъ судна, на которомъ плывешь ты.

8. Но для чего станешь буди́ть ты Христа? Что сказалъ тебѣ злой тотъ собесѣдникъ? Что сказалъ тотъ развратитель, дурными рѣчами своими растлѣвающій добрые нравы? Что сказалъ? Вотъ что сказалъ: никто оттуда (изъ-за гроба) не возвратился. Не слыхалъ я ни голоса отца моего, ни дѣда моего. Пусть кто-нибудь возвратится оттуда и пусть скажетъ, что дѣлается тамъ.

Разбудивъ Христа на кораблѣ твоемъ и помня о вѣрѣ твоей, ты отвѣчай ему и скажи: Безумецъ! если бы отецъ твой воскресъ, ты повѣрилъ бы, но вотъ Господь всѣхъ воскресъ, и ты ли не вѣришь? Для чего благоволилъ Онъ умереть и воскреснуть, если не для того, чтобы вѣрили мы одному и не обольщались многими? И что сдѣлалъ бы отецъ твой, если бы воскресъ и сталъ бесѣдоватъ съ тобой, и снова умеръ бы? Смотри, съ какою властію воскресъ Тотъ, Кто уже не умираетъ, и смерть уже не имѣетъ надъ Нимъ власти (Рим. 6, 9)! Явился Онъ ученикамъ Своимъ и вѣрующимъ, ощупано было тѣло Его, такъ какъ недостаточно было для нѣкоторыхъ видѣть то, что они ранѣе видѣли, и не ощупать того, что видѣли теперь. Вѣра эта не въ сердцахъ только запечатлѣна была, но засвидѣтельствована предъ взоромъ людей. Далѣе, Тотъ, Кто показалъ это, восшелъ на небо, послалъ Духа Святаго ученикамъ Своимъ, и Евангеліе проповѣдано всюду.

Если мы говоримъ неправду, вопроси́ самое лице земли. Многое изъ того, что обѣщано, уже совершилось. Многое, чего ожидали мы, исполнилось. Вѣра христіанская распространена по всему лицу земли. Не осмѣливаются отрицать воскресенія Христа даже невѣрующіе. Свидѣтельствуетъ о томъ небо, свидѣтельствуетъ земля, свидѣтельствуютъ ангелы, свидѣтельствуютъ находящіеся въ царствѣ мертвыхъ (ab inferis). Что еще не свидѣтельствовало бы объ этомъ? И ты говоришь: станемъ ѣсть и пить, ибо завтра умремъ.

9. Опечалился ты объ умершемъ другѣ (charissimo) твоемъ, потому что не слышишь уже гóлоса его. Жилъ онъ и умеръ. Ѣлъ, а теперь уже не ѣстъ, ощущалъ, а теперь не ощущаетъ, уже не радуется радостями и утѣшеніемъ живыхъ.

Но развѣ сталъ бы ты оплакивать сѣмя, когда бы пахалъ землю? Вѣдь, если бы нашелся кто-нибудь столь невѣдущій, который бы, видя, какъ сѣмя выносится на поле, бросается въ землю и зарывается въ глыбахъ, сталъ плакать о немъ и, вспоминая о лѣтнемъ зноѣ, сталъ бы говорить самъ себѣ: вотъ хлѣбъ, съ такимъ трудомъ сжатый, вымолоченный и очищенный, лежалъ въ житницѣ; смотрѣли мы на него и радовались, теперь же нѣтъ его на глазахъ нашихъ: вижу землю вспаханную, хлѣба же ни въ житницѣ, ни здѣсь не вижу. Если бы, говоримъ, нашелся такой человѣкъ, который бы сильно грустилъ и плакалъ о хлѣбѣ, какъ умершемъ и погребенномъ, смотря на глыбы и на землю, и не думая о жатвѣ, то какъ смѣялись бы надъ нимъ иные, хотя и неученые, но свѣдущіе въ томъ дѣлѣ? Какъ сталъ бы плакать онъ, столь неопытный, предъ свѣдущими въ этомъ дѣлѣ, хотя и несвѣдущими въ другихъ предметахъ? И что сказали бы ему тѣ, которые знали бы, что скорбитъ онъ потому, что не понимаетъ? Не нечалься, — сказали бы они ему. Того, что разбросали мы въ землю, нѣтъ уже въ житницѣ, нѣтъ въ рукахъ нашихъ. Но вотъ потомъ придемъ мы на это поле, и отрадно будетъ созерцать тебѣ видъ жатвы тамъ, гдѣ теперь скорбишь ты надъ голой землей. Кто знаетъ, чтó получится послѣ изъ посѣяннаго хлѣба, тотъ радуется и во время самой пашни. Если же кто вслѣдствіе недовѣрія или неразумія, или лучше сказать, вслѣдствіе недостатка опыта скорбитъ въ началѣ, то все же потомъ, довѣряя опыту знающаго, уйдетъ отъ него утѣшеннымъ и станетъ ожидать вмѣстѣ съ нимъ будущей жатвы.

10. Но жатва обыкновенно бываеть каждогодно. Единственная же послѣдняя жатва рода человѣческаго произойдетъ при кончинѣ вѣка. Теперь нельзя ея видѣть глазами. Но доказательство того, что она будетъ, дано въ зернѣ пшеничномъ, о которомъ Самъ Господь говоритъ: если пшеничное зерно... не умретъ, то останется одно (Іоан. 12, 24), указывая въ этихъ словахъ на Свою смерть и на то, что велико будетъ число имѣющихъ воскреснуть вѣрующихъ въ Него. Примѣръ взятъ здѣсь отъ зерна, но такой примѣръ, коимъ убѣждаются всѣ, желающіе быть въ числѣ зеренъ. Впрочемъ, и вся тварь свидѣтельствуетъ о воскресеніи, если только мы не хотимъ быть глухими. И отъ этихъ свидѣтельствъ можно заключать, чтó сдѣлаетъ Богъ въ концѣ концовъ съ родомъ человѣческимъ, когда ежедневно мы наблюдаемъ столько подобій. Воскресеніе христіанъ имѣетъ совершиться только одинъ разъ. Сонъ же животныхъ и пробужденіе ихъ отъ сна свершается ежедневно. Сонъ — подобіе смерти, пробужденіе — подобіе воскресенія. Наблюдая то, что совершается предъ тобой ежедневно, вѣрь въ то, что произойдетъ нѣкогда однажды. Луна рождается каждый мѣсяцъ, растетъ, достигаетъ наибольшей величины, затѣмъ уменьшается, совсѣмъ исчезаетъ и снова появляется. Что происходитъ съ луною ежемѣсячно, это при воскресеніи совершится одинъ разъ за все время. Далѣе, куда уходятъ, напримѣръ, и откуда появляются листья на деревьяхъ? въ какіе тайники уходятъ они? изъ какихъ скрытыхъ мѣстъ приходятъ? Вотъ теперь зима, и деревья какъ бы высохли; въ весеннее же время они одѣваются зеленью. Теперь ли только такъ стало или и въ прошедшемъ году то же самое было? Конечно, и въ прошедшемъ году то же было. Исчезаетъ зелень съ осени, въ теченіе зимы, появляется съ весны, лѣтомъ. Такъ годъ повторяется во времени, и неужели люди, созданные по образу Божію, умирая, совсѣмъ погибаютъ?

11. Но кто-нибудь, менѣе внимательный къ измѣненіямъ и возрожденію, замѣчаемому въ природѣ, можетъ сказать мнѣ: вѣдь, тѣ листья сгнили и рождаются новые. Однако всякій разумный можетъ видѣть, что и то, что сгниваетъ, даетъ силу землѣ. Потому что отъ чего утучняется земля, какъ не отъ разложенія земного? Знаютъ это тѣ, которые занимаются земледѣліемъ. А тѣ, которые не занимаются земледѣліемъ, проживая въ городѣ, пусть хоть отъ прилегающихъ къ городу усадебъ узнаютъ, какъ старательно берегутся разныя нечистоты города, за какую цѣну покупаются онѣ и куда дѣваются. Конечно, онѣ уже презрѣнны и могутъ считаться недостаточно свѣдущимъ человѣкомъ совершенно ненужными. Кто въ самомъ дѣлѣ станетъ смотрѣть на пометъ? Но на что человѣкъ не хочетъ смотрѣть, это старается онъ беречь. Такимъ образомъ, что казалось уже уничтоженнымъ и выброшеннымъ, это употребляется на утучненіе земли, сберегаетъ въ ней влагу и идетъ въ корень. А что изъ земли проходитъ въ корень, это невидимыми путями переходитъ затѣмъ въ стволъ, расходится по вѣтвямъ, отсюда идетъ въ отростки, а отъ отростковъ — въ плоды и листья. И вотъ отъ чего отворачиваешься ты, когда нечистоты гніютъ, — это, создавая прелестную зелень дерева, вызываетъ твое удивленіе.

12. Не хочу, чтобы ты указывалъ мнѣ при этомъ на то, на что обыкновенно указываешь, именно, что тѣло погребеннаго мертвеца не остается цѣлымъ; — если бы оставалось оно цѣлымъ, говоришь ты, я вѣрилъ бы въ воскресеніе мертвыхъ. Выходитъ, поэтому, что одни только египтяне вѣрятъ въ воскресеніе, потому что они тщательно сохраняютъ трупы умершихъ. Обыкновенно, они высушиваютъ тѣла, дѣлая ихъ какъ бы неразрушимыми, и называя ихъ муміями. Итакъ, по мнѣнію людей, незнающихъ таинъ природы, въ которой для Творца все остается цѣлымъ, хотя бы и теряло способность внѣшняго чувства, только одни египтяне могутъ вѣрить въ воскресеніе мертвыхъ, вѣра же другихъ, вѣра христіанъ неосновательна. Часто, когда вслѣдствіе ветхости или по другой какой причинѣ открываются и обнажаются гробы, оказывается, что находившіяся тамъ тѣла уже сгнили, и люди, привыкшіе любоваться тѣлесною красотой, скорбно вздыхаютъ и говорятъ сами себѣ: неужели этотъ прахъ будетъ имѣть когда-либо прежній видъ красоты? Неужели онъ возвратится къ жизни, возвратится къ свѣту? Когда это будетъ? И могу ли я надѣяться увидѣть когда-нибудь изъ этого пепла что-либо живое? Однакоже ты, говорящій такъ, видишь во гробѣ хоть пепелъ. Но оглянись назадъ лѣтъ хотя на тридцать, на сорокъ, на пятьдесятъ или болѣе. Вотъ, во гробѣ оказывается хоть прахъ мертваго, а ты что представлялъ изъ себя пятьдесятъ лѣтъ тому назадъ? Гдѣ былъ ты тогда? Тѣла всѣхъ насъ, равговаривающихъ теперь, спустя немного лѣтъ, будутъ прахомъ, а назадъ тому нѣсколько лѣтъ не было и самаго праха. Итакъ, кто могъ создать то, чего не было, неужели не въ состояніи возсоздать того, что было?

13. Пусть же прекратится пустословіе злорѣчивыхъ, дурными рѣчами своими развращающихъ добрые нравы. Утвердите ноги ваши на пути, утвердите, чтобы не сбиваться съ него и не останавливаться на немъ, а стремиться впередъ, какъ написано: такъ бѣгите, чтобы получить (1 Кор. 9, 24). Пусть въ сердцѣ вашемъ всегда бодрствуетъ Христосъ, Который во главѣ (т.-е. въ Себѣ Самомъ) благоволилъ показать то, чего должны ожидать прочіе члены тѣла Его. Мы на землѣ страдаемъ; глава же наша на небѣ уже не умираетъ, не испытываетъ слабости, не страдаетъ. Однако и глава страдала за насъ. Потому что Онъ (Христосъ) преданъ за грѣхи наши и воскресъ для оправданія нашего (Рим. 4, 25). Познаёмъ это мы вѣрою. Тѣ же, коимъ являлся Онъ, видѣли своими глазами. Впрочемъ, и мы не остались обиженными изъ-за того, что Онъ уже воскресъ, и мы не можемъ видѣть Его плотскими глазами. Имѣемъ поучительное для насъ свидѣтельство Самого Господа, которое далъ Онъ сомнѣвающемуся ученику, ищущему осязанія для того, чтобы вѣрить. Вѣдь, когда, послѣ прикосновенія къ Его ранамъ, онъ воскликнулъ и сказалъ: Господь Мой и Богъ мой, — Господь отвѣтилъ ему: ты повѣрилъ потому, что увидѣлъ Меня; блаженны не видѣвшіе и увѣровавшіе (Іоан. 20, 28-29). Итакъ, пробудитесь же для блаженства вашего, и никакой злой навѣтникъ пусть не исторгнетъ изъ сердецъ вашихъ того, что насаждено Христомъ.

14. Пусть же болѣе не говорятъ мнѣ того. Говорятъ это обычно тѣ, которые не по доброй волѣ уступили авторитету Христа. Вѣдь, даже и язычники, которые не хотятъ или откладываютъ принять ученія Христово, не осмѣливаются поносить Христа. Христіанъ поносятъ, а Христа не осмѣливаются. Смиряются предъ Главой, хотя надъ тѣломъ еще и глумятся. Но пусть тѣло, слыша глумленія тѣхъ, кои уступаютъ Главѣ, не считаютъ себя отдѣленными отъ Главы, по заодно съ Нею. Если бы мы были отдѣлены отъ Нея, тогда можно было бы бояться намъ издѣвательствъ враговъ нашихъ. Но что мы не отдѣлены отъ Главы, объ этомъ свидѣтельствуетъ Самъ Тотъ, Который Павлу, когда онъ былъ еще Савломъ, преслѣдующимъ церковь, говоритъ: Савлъ, Савлъ, что ты гонишь Меня? Уже избавился Онъ отъ рукъ нечестивыхъ іудеевъ, уже проникъ въ преисподняя, уже возсталъ отъ гроба, уже вознесся на небо, уже обогатилъ сердцá вѣрующихъ дарами Духа Святаго и утверждаетъ ихъ, пребывая одесную Отца, и ходатайствуя за насъ. Не подвергаясь уже болѣе опасности смерти, а лишь насъ желая освободить отъ смерти, — чтó могъ потерпѣть Онъ отъ неистовствующаго Савла? Какъ рука та могла коснуться Его, хотя тотъ, какъ написано о немъ, и дышалъ еще убійствомъ (Дѣян. 9, 1)? На христіанъ, живущихъ на землѣ, могъ еще дѣлать нападенія Савлъ, Христу же когда и какъ могъ бы вредить онъ? Издаетъ Онъ, однако, мучительный крикъ за члены Свои и не говоритъ: что ты гонишь Моихъ? Если бы говорилъ такъ, тогда могли бы мы считать себя только рабами Его. Но не такъ соединяются рабы со своимъ господиномъ, какъ христіане со Христомъ. Другая связь эта, другое здѣсь соотношеніе членовъ, другое единство любви. Голова говоритъ за члены Свои и не такъ говоритъ: чтó ты гонишь члены Мои, — но: чтó ты гонишь Меня? Не касался гонитель Главы, а трогалъ лишь то, что соединено съ Главою. Не разъ уже указывали мы на одно подобіе, и такъ какъ подобіе это очень подходящее и хорошо поясняетъ дѣло, позволимъ себѣ повторить его. Вотъ, напримѣръ, кто-нибудь въ толпѣ тѣснитъ тебя, давитъ ногу твою, хотя языку и не причиняетъ никакой боли. Почему же языкъ все-таки кричитъ: ты давишь меня? Сдавлена нога, языку не сдѣлано никакой непріятности, однако, связаны они (нога и языкъ) тѣснымъ единствомъ. Потому что страдаетъ ли одинъ членъ, страдаютъ съ нимъ всѣ члены; славится ли одинъ членъ, съ нимъ радуются всѣ члены (1 Кор. 12, 26). Итакъ, если языкъ твой говоритъ за ногу твою, то Христосъ ли не станетъ говорить за христіанъ съ неба? Не такъ говоритъ языкъ твой за ногу твою, чтобы говорить, напримѣръ: давишь ногу мою, но: давишь меня, хотя самъ онъ и остается неприкосновеннымъ. Познавай же и ты Главу свою, когда Она съ неба говоритъ за тебя: Савлъ, Савлъ, чтó ты гонишь Меня? Но, братія, для чего сказали мы это? Для того, чтобы какъ-нибудь не подкрались къ вамъ тѣ, на которыхъ указываетъ апостолъ, когда говоритъ, что худыя сообщества развращаютъ добрые нравы, которые говорятъ: станемъ ѣсть и пить, ибо завтра умремъ (1 Кор. 15, 32), чтобы не говорили они вамъ: для Христа, однако, только возможно было это (не осмѣливаются они поносить Христа, преклоняются предъ величіемъ Его, распростертымъ по всему кругу земному, но хотя, какъ написано: нечестивый увидитъ и будетъ досадовать, заскрежещетъ зубами своими и истаетъ (Псал. 111, 10), они и скрежещутъ зубами и истаяваютъ, злословить Христа все-таки не осмѣливаются). Иногда искренно говорятъ они это, иногда же изъ страха. Но ты будь внимателенъ къ тому, чтó они осмѣливаются говорить, и чего не осмѣливаются высказывать.

15. Вотъ, станутъ говорить они тебѣ, — указываешь ты на Христа, что Онъ воскресъ изъ мертвыхъ, и вслѣдствіе этого ожидаешь всеобщаго воскресенія мертвыхъ. Но Христосъ могъ воскреснуть изъ мертвыхъ, и начинаютъ хвалить Христа не съ тѣмъ, чтобы воздатъ Ему честь, но чтобы тебя лишить упованія. Опасное коварство здѣсь, когда, желая похвалою отвлечь отъ Христа, лицемѣрно прославляюгъ Того, Кого не осмѣливаются порицать. Усугубляютъ величіе Его, какъ существа небеснаго, чтобы ты не надѣялся получить что-либо такое, что явлено было въ Его воскресеніи. Какъ бы съ великимъ благоговѣніемъ относятся они ко Христу, когда говорятъ: вотъ осмѣливается онъ сравнивать себя со Христомъ, и думаетъ, что и онъ воскреснетъ изъ мертвыхъ, какъ Христосъ воскресъ. Не обольщайся, однако, лицемѣрною похвалою. Коварные замыслы тебя смущаютъ, но вспомни о смиреніи Христа, о Его человѣчествѣ. Тотъ (лицемѣръ) указываетъ тебѣ, какъ Христосъ великъ въ сравненіи съ тобою, но Самъ Христосъ говоритъ, какъ Онъ близокъ къ тебѣ (descendit ad te). Итакъ, смѣло отвѣтствуй ему, пробуждай въ себѣ вѣру свою; вотъ передъ тобой буря, волненіе, корабль въ опасности, а Христосъ спитъ въ тебѣ. Пробуди же въ себѣ вѣру Христову, не забывай, во что ты увѣровалъ. И тотчасъ отвѣтишь ты, какъ только начнетъ оживать въ тебѣ вѣра евангельская. Не будешь безпомощнымъ при отвѣтѣ. Не ты будешь говорить, а пребывающій въ тебѣ Христосъ, взявъ орудіемъ Своимъ языкъ твой, какъ бы мечъ Свой, и пользуясь сердцемъ твоимъ и голосомъ твоимъ, какъ владѣлецъ, противостанетъ врагу и сдѣлаетъ тебя безопаснымъ. Ты же только буди спящаго, т.-е. не забывай вѣры твоей.

16. Но что скажу я такого, что могъ бы и ты возразить имъ? Не новое скажу что-либо, но то, во что увѣровалъ ты уже. Пробуди вѣру свою и отвѣчай тому, кто говоритъ, что Христосъ одинъ могъ воскреснуть, а мы не можемъ. Отвѣчай и скажи ему: потому Христосъ могъ воскреснутъ, что Онъ Богъ. Если же потому, что Онъ Богъ, то слѣдовательно потому, что Онъ всемогущій. Если же потому, что всемогущій, то могу ли я отчаяваться, что можетъ Онъ и во мнѣ явитъ то, что показалъ въ Себѣ ради меня? Затѣмъ спрошу еще: откуда возсталъ Господь? Отвѣчаетъ: изъ мертвыхъ. Но какъ умеръ Богъ? и можетъ ли умирать Богъ? Развѣ то Божественное Слово, та сила Всемогущаго Художника, чрезъ Котораго все создано, та неизмѣнная Мудрость, въ Себѣ пребывающая и все обновляющая, распростирающаяся отъ одного конца до другого и все устрояющая на пользу (Прем. 8, 1) могла умереть? Нѣтъ, — отвѣчаетъ противникъ. И, однако, Христосъ умеръ. Почему умеръ? Разумѣется, потому, что, не почитая хищеніемъ быть равнымъ Богу, Онъ уничижилъ Себя Самого, принявъ образъ раба (Флп. 2, 7). А раньше апостолъ говоритъ: Онъ, будучи образомъ Божіимъ... (Флп. 2, 6). Образъ Божій принялъ Онъ или былъ имъ по существу (an in ea naturaliter erat)? Различаетъ это апостолъ. Когда говоритъ онъ объ образѣ Божіемъ, употребляетъ слово «будучи», а когда говоритъ объ образѣ раба, сказалъ: принявъ. Христосъ, слѣдовательно, однимъ былъ, а другое принялъ, такъ что единымъ стало съ Нимъ то, что Онъ принялъ. Будучи образомь Божіимъ, Онъ былъ равенъ Богу, почему евангелистъ говоритъ: въ началѣ было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Богъ (Іоан. 1, 1), т.-е. Онъ, будучи образомъ Божіимъ, не почиталъ хищеніемъ быть равнымъ Богу. Чего нѣтъ по естеству, и что присвоивается не по праву, то есть уже хищеніе. Равенство съ Богомъ присвоилъ себѣ ангелъ, но палъ и сдѣлался діаволомъ. Равенство съ Богомъ хотѣлъ присвоить себѣ человѣкъ, но палъ и сдѣлался смертнымъ. Христосъ, Который рожденъ равнымъ, потому что рожденъ не во времени, но вѣчный Сынъ отъ вѣчнаго Отца, черезъ Коего все создано, есть образъ Божій (in forma Dei est). Чтобы быть посредникомъ между Богомъ и людьми, между Праведнымъ и неправедными, между Безсмертнымъ и смертнымъ, Онъ принялъ нѣчто отъ беззаконныхъ и смертныхъ, въ то же время имѣя нѣчто общее съ Праведнымъ и Безсмертнымъ. Сохраняя вмѣстѣ съ Праведнымъ и Безсмертнымъ праведность, Онъ отъ беззаконныхъ и смертныхъ принимаетъ смертность, ставши примирителемъ, разрушивъ стѣну грѣховъ нашихъ, почему и говорится въ псалмѣ: Съ Богомъ моимъ восхожу на стѣну (Псал. 17, 30). Возвращая Богу то, что отчуждено грѣхомъ, искупляя кровію Своею порабощенное діаволомъ, Онъ умеръ за насъ и воскресъ. Носилъ Онъ грѣхи наши не участіемъ въ нихъ, но претерпѣвая ихъ, — какъ Іаковъ носилъ кожу козлятъ, чтобы показаться волосатымъ отцу своему, благословляющему (Быт. 27, 16). Дурной Исавъ имѣлъ свои волосы, добрый же Іаковъ носилъ чужіе. Смертнымъ людямъ, конечно, прилежитъ грѣхъ; не прилежитъ же онъ Тому, Кто сказалъ: имѣю власть отдать душу Свою и власть имѣю опять принять ее (Іоан. 10, 18).

Итакъ, смерть въ Господѣ нашемъ была слѣдствіемъ чужихъ грѣховъ, а не наказаніемъ за грѣхи собственные. Во всѣхъ людяхъ смерть есть наказаніе за грѣхъ. Ведетъ она свое начало отъ первороднаго грѣха, отъ паденія перваго человѣка, а не отъ нисхожденія откуда-либо. Потому что одно есть — падать, другое — нисходить. Палъ одинъ преступно, снисшелъ другой милосердно. Потому что какъ въ Адамѣ всѣ умираютъ, такъ и во Христѣ всѣ оживутъ (1 Кор. 15, 22). Итакъ, носящій чужіе грѣхи Христосъ, по слову псалмопѣвца, отдалъ то, чего не отнималъ (Псал. 68, 5), т.-е., не имѣя грѣха, подвергся смерти. Вотъ, говоритъ Онъ, идетъ князь міра сего, и во Мнѣ не имѣетъ ничего. Что это значитъ, что «во Мнѣ не имѣетъ ничего?» Значитъ: не найдетъ во Мнѣ ничего достойнаго смерти. Потому что достойное смерти — грѣхъ. Почему же смерть? Но, говоритъ Онъ далѣе, чтобы міръ зналъ, что Я люблю Отца, и какъ заповѣдалъ Мнѣ Отецъ, такъ и творю: встаньте, пойдемъ отсюда (Іоан. 14, 31). И возставъ, Онъ пошелъ на страданія. Почему? Потому что исполнялъ волю Отца Своего, а не потому, что былъ сколько-нибудь повиненъ князю грѣха, такъ какъ въ Немъ не было никакого грѣха. Такимъ образомъ, Господь нашъ Іисусъ Христосъ съ Собою принесъ Божество, смертность же принялъ отъ насъ. Принялъ ее во утробѣ Дѣвы Маріи, соединяя Себя, Божественное Слово, съ природою человѣка, какъ женихъ соединяется съ невѣстою въ брачномъ чертогѣ, такъ что Онъ исходитъ, какъ женихъ изъ брачнаго чертога Своего (Псал. 18, 6).

17. Итакъ, помни то, что сказалъ я тебѣ. Смертность отъ грѣха перешла на всѣхъ людей. Въ Господѣ же она явилась вслѣдствіе Его милосердія, и, однако, была истинная, потому что такая же истинная была Его плоть, истинно-смертная, имѣющая подобіе плоти грѣховной (Рим. 8, 3), не подобіе плоти, но подобіе «плоти грѣховной», такъ какъ она была истинная плоть, хотя и негрѣховная плоть. И не заслуженно, какъ сказалъ я, не за грѣхъ смертность эту принялъ Тотъ, Кто уничижилъ Себя Самого, принявъ образъ раба,.. бывъ послушнымъ даже до смерти. Слѣдовательно, чѣмъ же былъ Онъ и что имѣлъ? Былъ Божествомъ, нося смертность. Но чѣмъ умеръ Онъ, тѣмъ и воскресъ.

Теперь обратившись къ тѣмъ, которые говорятъ: только одинъ Христосъ могъ воскреснуть, а ты не можешь, — отвѣчай и скажи: Христосъ воскресъ тѣмъ, чтó Онъ принялъ отъ насъ. Отними отъ Него образъ раба, и не было бы того въ Немъ, чѣмъ бы Онъ могъ воскреснуть, потому что не было бы того, чѣмъ бы Онъ могъ умереть. И зачѣмъ, прославляя Господа, хочешь разорить вѣру, которую насадилъ во мнѣ Господь? Вслѣдствіе того только, что принялъ образъ раба, сдѣлался Онъ мертвымъ. Отсюда никогда не усумнюсь я и въ воскресеніи раба, если Господь воскресъ въ образѣ раба. Если же только силѣ человѣчества хотятъ приписать то, что Христосъ воскресъ изъ мертвыхъ, такъ какъ имѣютъ обыкновеніе говорить и это, именно, что человѣкъ Онъ былъ столь праведный, что могъ даже изъ мертвыхъ воскреснуть, то я готовъ на время и здѣсь согласиться съ ними. Не буду говорить о Божествѣ Господа нашего; — но если Онъ столь праведенъ, что могъ даже воскреснуть изъ мертвыхъ, то, разумѣется, никоимъ образомъ не могъ Онъ обманывать насъ, когда и намъ обѣщалъ воскресеніе.

18. Все, что сказано нами, братія, сказано съ тою цѣлію, чтобы вы были подготовлены къ отвѣту на случай, если бы кто-либо сталъ говорить, что мертвые не воскреснутъ. Говорено было, если помните, насколько Богъ благоволилъ сдѣлать насъ способными къ тому, и о видимой природѣ, при чемъ указаны были доказательства изъ ежедневныхъ явленій ея, и о всемогуществѣ Бога, для Коего ничего нѣтъ труднаго, Который, если могъ создать то, чего не было, тѣмъ болѣе можетъ возсоздать то, что было, и о Самомъ Господѣ и Спасителѣ нашемъ, Который, несомнѣнно, воскресъ, и о воскресеніи, что оно не могло быть, какъ только въ образѣ раба, потому что не могъ Онъ умереть, а слѣдовательно, и воскреснуть иначе, какъ только въ образѣ раба. А такъ какъ мы рабы, слѣдовательно, нужно и намъ ожидать того, что благоволилъ показать Господь, будучи въ образѣ раба.

Пусть умолкнутъ, поэтому, языки говорящихъ: «станемъ ѣсть и пить, ибо завтра умремъ». На эти слова вы отвѣчайте имъ и говорите: будемъ поститься и молиться, потому что завтра умремъ.

19. Намъ остается сказать еще, какова будетъ жизнь въ воскресеніи праведныхъ. Но такъ какъ сегодня, какъ видите, уже не мало времени потрачено на бесѣду, довольствуйтесь пока тѣмъ, что сказано. А объ этомъ молитесь, чтобы мы когда-нибудь могли побесѣдовать съ вами. Замѣтьте также, что говоримъ мы объ этомъ теперь особенно по причинѣ настоящихъ праздничныхъ дней у язычниковъ. Будьте внимательны къ себѣ: преходитъ міръ этотъ. Вспомните Евангеліе, гдѣ Господь предсказываетъ, что послѣдній день придетъ такъ же, какъ это было во дни Ноя, когда люди ѣли и пили, женились, выходили замужъ, до того дня, какъ вошелъ Ной въ ковчегъ, и пришелъ потопъ и погубилъ всѣхъ (Лук. 17, 27). И въ другомъ мѣстѣ Господь, увѣщевая слушающихъ, говоритъ: смотрите же за собою, чтобы сердца ваши не отягчались объяденіемъ и пьянствомъ (Лук. 21, 34), и еще: да будутъ чресла ваши препоясаны и свѣтильники горящи; и вы будете подобны людямъ, ожидающимъ возвращенія Господина своего съ брака (Лук. 12, 35-36). Будемъ ожидать Его. Пусть не найдетъ Онъ насъ безпечными. Постыдно для женщины замужней не стремиться (non desiderare) къ мужу своему. Насколько же постыднѣе Церкви не стремиться ко Христу?! Приходитъ мужъ для плотскихъ объятій и принимается съ великою любовью женою чистою. Но вотъ имѣетъ притти Женихъ Церкви, чтобы предложить намъ вѣчныя объятія, чтобы сдѣлать насъ Себѣ вѣчными сонаслѣдниками, а мы такъ живемъ, что не только Его прихода какъ будто не желаемъ, но даже боимся! Несомнѣнно, что такъ придетъ день тотъ, какъ во дни Ноя. И столь многихъ застанетъ Онъ такъ же внезапно изъ тѣхъ, которые называются христіанами? Вѣдь, для того такъ долго строился ковчегъ, чтобы вразумились невѣрующіе. Сто лѣтъ строился онъ, и не вразумились они настолько, чтобы говорить: не по иной причинѣ человѣкъ Божій строитъ ковчегъ, какъ только по той, что грозитъ гибель роду человѣческому, — не позаботились предотвратить гнѣвъ Божій, дѣлая угодное Богу, какъ сдѣлали ниневитяне, которые принесли плодъ покаянія и отвратили отъ себя гнѣвъ Божій.

20. Возвѣстилъ имъ Іона не о милосердіи, но объ ожидающемъ ихъ гнѣвѣ; не сказалъ, напримѣръ, такъ: еще нѣкоторое время, и Ниневія будетъ разрушена. Если же за это время раскаетесь, то Господь пощадитъ васъ, не сказалъ этого. Однимъ разрушеніемъ угрожалъ онъ имъ, одно это предсказывалъ, и однако, они не отчаялись въ милосердіи Божіемъ, обратились къ покаянію, и Господь помиловалъ ихъ (Іон. гл. 3). Что сказать вамъ на это? Неужели пророкъ предсказалъ неправду? Если будешь понимать это буквально, то, повидимому, пророкъ сказалъ здѣсь неправду. Если же станешь понимать духовно, то случилось то, чтó именно сказалъ пророкъ. Посмотри, что представляла Ниневія, и чѣмъ она стала. Что представляла Ниневія? Ѣли и пили, покупали, продавали, садили, строили, предавались клятвопреступленію, лжи, пьянству, всякимъ порокамъ, растлѣнію, — вотъ что представляла Ниневія. Посмотри же теперь, что стало съ ниневитянами? Плачутъ они, скорбятъ, сокрушаются, во вретищѣ и пеплѣ, въ постѣ и молитвахъ. Гдѣ та прежняя Ниневія? Она разрушена, потому что нѣтъ уже болѣе тѣхъ прежнихъ одѣяній.

21. И теперь, братія, такъ же точно строится ковчегъ, и тѣ сто лѣтъ знаменуютъ настоящее время. Этимъ числомъ лѣтъ обозначается все настоящее теченіе времени. Слѣдовательно, если справедливо погибли тѣ, которые въ то время, когда Ной строилъ ковчегъ, не обращали на это вниманія, то чего достойны тѣ, которые, когда Христосъ созидаетъ Церковь, — отвращаются отъ спасенія? Разница между Ноемъ и Христомъ такая же, какъ между рабомъ и господиномъ, или скорѣе, какъ между Богомъ и человѣкомъ. Вѣдь, рабомъ и господиномъ могуть называться два человѣка. И въ томъ, именно, что люди не вѣрили, когда человѣкъ строилъ ковчегъ, данъ предостерегающій примѣръ для насъ. Вотъ Христосъ, Богъ и ради насъ человѣкъ, созидаетъ Церковь. Въ основаніе этого ковчега Онъ положилъ Себя Самого. Ежедневно деревья негніющія, вѣрующіе люди, отказывающіеся отъ настоящаго вѣка, кладутся (intrant) въ связь ковчега, — и до этихъ поръ еще говорятъ люди: «станемъ ѣсть и пить, ибо завтра умремъ». Но вы, какъ сказалъ я, отвѣчайте такимъ наоборотъ: «будемъ поститься и молиться, потому что завтра умремъ». Говорятъ эти слова: «станемъ ѣсть и питъ, ибо завтра умремъ» тѣ, которые не вѣрятъ въ воскресеніе. А мы на основаніи предсказаній пророковъ, Христа и апостоловъ вѣрующіе въ воскресеніе и проповѣдующіе его, ожидающіе другой жизни послѣ этой смерти, не станемъ падать духомъ, не отягчимъ сердецъ нашихъ объяденіемъ и пьянствомъ, но, препоясавши чресла, съ возженными свѣтильниками, спокойно ожидая пришествія Господа нашего, будемъ поститься и молиться не потому, что завтра умремъ, но для того, чтобы умереть въ мирѣ. Что еще остается сказать намъ, братія, этого во имя Господа требуйте отъ насъ уже въ другой разъ.

Источникъ: Проповѣди блаженнаго Августина. / Пер. съ лат. языка на русскій протоіер. Дмитрія Садовскаго. — Сергіевъ Посадъ: Типографія Св.-Тр. Сергіевой Лавры, 1913. — С. 170-187.

Назадъ / Къ оглавленію раздѣла / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0