Святоотеческое наследие
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Святоотеческое наслѣдiе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Святые по вѣкамъ

Изслѣдованiя
-
I-III вѣкъ
-
IV вѣкъ
-
V вѣкъ
-
VI-X вѣкъ
-
XI-XV вѣкъ
-
Послѣ XV вѣка
-
Acta martyrum

Святые по алфавиту

Указатель
-
Свт. Іоаннъ Златоустъ
А | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л
-
М | Н | О | П | Р
-
С | Т | Ф | Х | Э
-
Ю | Ѳ
Сборники

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - среда, 29 марта 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 17.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

V ВѢКЪ

Блаж. Діадохъ Фотикійскій († V в.)
Слово противъ Аріанъ.

1. Въ началѣ бѣ Слово, и Слово бѣ къ Богу, и Богъ бѣ Слово (Іоан. 1, 1). Богословъ называетъ Слово лучшимъ начала, а занимающіеся безуміемъ Арія говорятъ: «было нѣкогда, когда Его не было». Бѣ свѣтъ истинный (Іоан. 1, 9), вопіетъ евангелистъ, а они, достойные смѣха, воображаютъ себѣ, что Вѣчный ниже ихъ собственныхъ мыслей; ибо по чрезмѣрности самомнѣнія они думаютъ, что богоборныя мысли ихъ простираются дальше жизни Божественнаго Слова. Но если жизнь Божія предваряется человѣческимъ разсудкомъ, то думать сіе было бы свойственно одному неразумію оныхъ. Какъ же они и поклоняются объемлемому, какъ они думаютъ, человѣческими помыслами? Или какимъ образомъ они просятъ жизни, и притомъ вѣчной, у получившаго, какъ они предполагаютъ, начало жизни, невѣдая, какъ кажется, что даровать жизнь свойственно безвременной только жизни? Вѣмъ бо, говоритъ божественный Іовъ, яко присносущенъ есть, Иже имать искупити мя (Іов. 19, 25). Ибо имѣющая начало жизнь, хотя бы она имѣла сущность какимъ-то неизреченнымъ моремъ, не можетъ даровать или творить жизнь; и въ этомъ мы удостовѣримся изъ явныхъ и всѣмъ намъ извѣстныхъ предметовъ. Напримѣръ, изливающаяся непрерывнымъ обиліемъ вода орошаетъ и поля и часто цѣлые города, оставаясь всегда обильною, а умножаемая какимъ-либо сооруженіемъ богатѣетъ сама въ себѣ, и при томъ бѣдно, но изъ себя самой не можетъ передать полю или городу, потому что не изобилуетъ такими богатыми и щедрыми жилами, чтобы она могла щедро дать то, что имѣетъ. Но они безразсудны; я же утверждаю, — лучше же сама прекрасная истина, что всякое помышленіе побѣждается жизнью Божія Слова, потому что какъ безначальность Отца непостижима, такъ и жизнь Слова неизслѣдима. Почему какъ Азъ есмь сый (Исх. 3, 14) съ удивленіемъ воспринимается только очищенными мыслями, такъ и бѣ въ неуловимомъ представленіи усвояется вѣрою, такъ какъ Сынъ пребываетъ съ Отцемъ превыше всякаго знанія. Ибо херувимы и серафимы, на которыхъ, по свидѣтельству святыхъ пророковъ, возсѣдаетъ велелѣпная слава, толкуются какъ высота и широта огненнаго знанія, такъ какъ и божественное Писаніе изображаетъ ихъ глазами со всѣхъ сторонъ. Посему самъ богоглаголивый Іоаннъ, въ показанномъ ему откровеніи, отъ самого Господа познавъ яснѣе чрезъ ангела откровенія относящееся къ этому, такъ пишетъ: Азъ есмь Алфа и Омега, говоритъ Господь Богъ, сый и Иже бѣ, и грядый, Вседержитель (Апок. 1, 8), поелику и сый и Иже бѣ единою и нераздѣльною мыслію воспринимаются по вѣрѣ. Поэтому не возможно, не возможно, говорю, для вознесшихся по безразсудству выше очей херувимовъ обнять воображеніемъ жизнь Христа, хотя бы кто, представляя въ своемъ разсудкѣ безчисленные какіе-то движущіеся вѣка, думалъ, что съ представленной высоты уловляетъ сый и бѣ Слова; ибо бѣ совсѣмъ неуловимо и словомъ и мыслію не только для людей, но и для всѣхъ премірныхъ силъ, сущность которыхъ, какъ вѣруется, есть умъ. Такимъ же образомъ — и Сый.

2. Если же кто пожелалъ бы безначальность Отца мыслить началомъ Сына, то нѣтъ никакого препятствія. Ибо Отецъ есть живой источникъ присно живаго Сына, потому что Богъ не былъ когда-либо не Отцемъ, а когда либо сталъ Отцемъ, но Онъ, будучи безначальнымъ Богомъ, безначально и Отецъ. Почему въ безначальности Отца должно мыслить и жизнь Сына; ибо отблескъ Отчаго свѣта есть рожденіе безначальнаго истиннаго свѣта, потому что и всемудрый и единый Властитель не былъ когда-либо внѣ мудрости и могущества, или опять оный блаженный свѣтъ былъ когда либо внѣ сіянія. Если же Отчій свѣтъ былъ когда-либо, по нимъ, внѣ сіянія, то и Отецъ, по неразумію оныхъ, уже не есть свѣтъ; ибо лишенный сіянія свѣтъ не назывался бы свѣтомъ. И какъ же это возможно было? Ибо подлинно мнѣніе ихъ требуетъ того, чтобы созданное сіяніе носило славу не созданнаго свѣта. Или какая вообще была бы нужда въ сіяніи для оной пресвѣтлой и блаженной славы? Или наоборотъ, какимъ образомъ Сынъ былъ бы названъ отъ Апостола сіяніемъ славы (Евр. 1, 3), если онъ имѣлъ нѣкое особое начало сущности? Какъ же Онъ могъ совершенно усматривать помыслы (1 Пар. 28, 9) и испытывать сердцá и утробы (Псал. 7, 10; Іер. 17, 10), если по естеству Онъ не былъ Богомъ? Для кого же не ясно, что сіяніе всегда свѣтъ? Но также какъ дерзнетъ кто-либо сказать, что истинный свѣтъ не есть по естеству Богъ? Ибо какъ истинный Богъ, т. е. Отецъ, мыслится свѣтомъ истиннымъ, такъ и истинный свѣтъ, т. е. Сынъ, умопредставляется истиннымъ Богомъ; ибо нѣтъ чего-либо ни почтеннѣе свѣта истиннаго, ни чего-либо равнаго истинному Богу, кромѣ истиннаго сіянія славы Его. Итакъ истинное не создано, потому, какъ неподлежащее сравненію, и называется истиннымъ, созданное же не истинно, поелику первое было, а второе не было, прежде чѣмъ произошло. Посему оное безстрастно вслѣдствіе того, что надзираетъ все мыслію; ибо оно истинно; сіе же являемое, какъ видимъ, въ себѣ самомъ страдаетъ тѣмъ, что свѣтитъ, потому что побѣждается естествомъ своимъ. Дѣйствительно, самъ блаженный евангелистъ Іоаннъ въ своемъ посланіи говоритъ, что Слово есть и истинный Сынъ, и истинный Богъ и вѣчная жизнь, ясно научая насъ, что свѣтъ истинный есть Богъ истинный (1 Іоан. 5, 20); почему и говорить, что Онъ вѣчно существуетъ въ лонахъ Отца (Іоан. 1, 18). Ибо недѣлимый и цѣлый свѣтъ — Богъ не могъ бы носить въ своихъ неизреченныхъ лонахъ созданнаго Сына. И опять достаточнымъ свидѣтелемъ сего служитъ Псалмопѣвецъ; ибо онъ, повѣтствуя отъ лица Отца, говоритъ такъ: Съ тобою начало въ день силы твоея, во свѣтлостяхъ святыхъ твоихъ; изъ чрева прежде денницы родихъ тя. Клятся Господь, и не раскается; ты іерей во вѣкъ по чину Мелхиседекову (Псал. 109, 3). Прежде денницы есть реченіе иносказательное. Ибо Создатель всего не былъ рожденъ послѣ созданія неба и земли; оно же не означаетъ ничего другаго, кромѣ того, что рожденіе Сына непостижимо для всякаго и непонятно. Ибо какъ никто не можетъ, прежде восхода денницы, зрѣніемъ обнять сіяніе солнечнаго свѣта, хотя бы взошелъ на какую бы то ни было высочайшую гору: такъ не можетъ кто-либо и очами ума обнять появленіе отчаго свѣта, хотя бы воображеніемъ ума онъ восшелъ выше всѣхъ вѣковъ, вслѣдствіе того, что оная всесокровенная истина непостижима. Поэтому прежде денницы стоитъ вмѣсто «прежде знанія»; ибо [денница] — звѣзда знанія дня: Почему опять сей Псалмопѣвецъ, въ другомъ псалмѣ изъясняя прежде денницы, говоритъ: прежде солнца пребываетъ имя Его (Псал. 71, 17). Пребывающій же прежде солнца совсѣмъ непостижимъ и для слова и для мысли; ибо, поелику Онъ былъ безвременно, Онъ выше и ума. Ибо праведный во всемъ Богъ и Отецъ всѣхъ насъ далъ въ наслѣдіе оный пренебесный и святый и неизреченный міръ и всю нашу вселенную не Сыну сотворенному, но Сыну своему истинному, чрезъ котораго и все сотворилъ въ наслѣдіе Его, дабы Онъ, какъ Слово Божіе и Сынъ, царствовалъ надъ всѣми своими разумными тварями. Къ Нему и сказалъ всеблагій и всецѣлая любовь — Отецъ: сѣди одесную мене, дондеже положу враги подножіе ногъ твоихъ (Псал. 109, 1). Ибо Сынъ чуждымъ былъ по плоти, когда вознесся отъ насъ на небеса, гдѣ Онъ никогда не былъ чуждымъ естеству Отца. Посему — сѣди одесную мене сказано Богомъ Отцемъ всецѣло къ присно сущему съ Нимъ Богу Слову. Ибо Отецъ, сказавшій: славы Моея иному не дамъ (Ис. 47, 11), къ иносущному Сыну не сказалъ бы оное реченіе, всецѣло служащее признакомъ естественнаго отношенія, — чтó именно, думаю, не дерзнули вообразить себѣ эллинскіе богоизмыслители. Въ самомъ дѣлѣ, пусть скажутъ мнѣ считающіе себя христіанами, хотя они и нетаковы, какая нужда несозданному Богу въ созданномъ Богѣ? Ибо если Богъ имѣлъ недостатокъ въ божественномъ совершенствѣ и создалъ для себя другое орудіе могущества, то гдѣ Его совершенство? Если же Онъ пожелалъ избыточествующаго блага, то пусть скажутъ мнѣ, какая нужда въ семъ безстрастному и ни въ чемъ ненуждающемуся Богу? Или дѣйствительно надлежало, соотвѣтственно неразумію ихъ, истинному Богу имѣть какого бы то ни было Сына, чтобы только Онъ назывался Отцемъ? Стыжусь, говоря о безуміи называющихъ себя христіанами, а научающихся смертоноснымъ ученіямъ эллинскаго обольщенія.

3. «Но, говорятъ, рожденный не былъ прежде, чѣмъ Онъ родился». Я же, напротивъ, утверждаю, что Онъ былъ настолько, насколько былъ сущій Отецъ: Онъ былъ, какъ сіяніе славы Отчаго свѣта. Потому я признаю рожденіе Христа превосходнѣе всякой причины; ибо Богъ не родилъ Сына, пожелавъ отческаго достоинства, но какъ онъ всегда былъ Богомъ, такъ Онъ всегда былъ и Отцемъ славы. Итакъ, поелику мысль человѣческая не достигаетъ до рожденія Его, то поэтому не долженъ кто-либо приближать Вѣчнаго къ своимъ мыслямъ, потому что думать сіе и о самомъ Отцѣ дерзнетъ, пожалуй, кто-нибудь изъ безразсудныхъ. Ибо никому невозможно, какъ бы онъ ни вознесся воображеніемъ, представить себѣ жизнь Бога. Ибо какимъ образомъ созданный въ измѣряемой сущности возможетъ помыслить о неизмѣримой жизни Бога? Но доколѣ можетъ, — онъ дерзаетъ (съ помощію) воображенія; спускаясь же до предѣловъ собственныхъ мыслей, онъ, по причинѣ бѣдности ума, воображаетъ себѣ, по нѣкоему мечтательному началу, и самую нерожденность Отца. И это также обсуждаютъ мудрые у нихъ, измышляя посредствомъ нѣкіихъ силлогистическихъ формъ.

4. Иные же, и почти всѣ, не стыдятся, всегда приводя (изреченіе) къ извращенію истины: Господь созда мя начало путей своихъ (Прит. 8, 22). Я же и сіе слово представлю вѣрнымъ защитникомъ своимъ у Бога, хотя это слово, будучи приточнымъ, съ нѣкіимъ непрямымъ взоромъ бесѣдуетъ со мною о смыслѣ своемъ. Ибо Несозданный былъ созданъ при воспринятіи плоти по благоволенію Отца, содѣлавшись ради насъ человѣкомъ, дабы (чрезъ это) человѣкъ примирился съ Богомъ, а Богъ началъ вслѣдствіе этого приходить къ человѣку и пребывать. Ибо подлинно человѣкъ содѣлался вмѣстилищемъ Божіимъ, когда средостѣніе вражды было разрушено (Ефес. 2, 14-16) воплощеніемъ Слова Божія. Посему именно самъ Господь, изъясняя намъ въ Евангеліяхъ и силу и истину сего слова, говоритъ: Азъ есмь путь и истина и животъ (Іоан. 14, 6). Истина, поелику прежде всѣхъ холмовъ рождается, какъ Слово, т. е. творческимъ движеніемъ, какъ мудрость отъ мудраго происходитъ, чтобы отъ живаго Бога призвано было не сущее къ жизни живымъ Словомъ; ибо мудрость мудраго есть Слово и жизнь единаго сущаго Бога. Посему и все чрезъ Него, какъ мы увѣрены, призвано было къ бытію. Ибо Сый призвалъ не сущее чрезъ Сущаго, дабы явилось чрезъ Него не сущее. Путь же вслѣдствіе того, что, какъ я сказалъ, со времени воплощенія Его и Отецъ приходитъ къ человѣку и человѣкъ приближается къ Отцу. Никто же пріидетъ ко Отцу, токмо Мною (Іоан. 14, 6). Посему Онъ опять говоритъ: Аще кто любитъ Мя, слово Мое соблюдетъ, и Отецъ возлюбитъ его, и къ нему пріидемъ, и обитель у него сотворимъ (Іоан. 14, 23). Итакъ, [изреченіе]: Господь созда мя относится къ воплощенію Слова, которое есть мудрость и сила Божія; ибо чтó Оно намѣревалось явственно сказать, воплотившись, тó оно предсказало, какъ бы присутствуя, какъ Богъ. Какъ и касательно растерзанія одеждъ Его единый всемогущій и единый неложный Господь является предсказавшимъ чрезъ Пророка: Раздѣлиша ризы моя себѣ, и о одеждѣ моей меташа жребій (Псал. 21, 19). Истинный [является] опять сказавшимъ объ имѣющемъ произойти, но еще не происшедшемъ; ибо ничто не далеко отъ Слова по причинѣ чрезвычайной проницательности очей, потому что Богъ весьма близокъ и къ имѣющему когда либо быть; ибо Богъ, говоритъ, приближаяйся Азъ есмь, глаголетъ Господь (Іер. 23, 23). Почему непогрѣшающій, пожелавъ напомнить намъ оное приточное, какъ я сказалъ, изреченіе, сказалъ, ясно указывая на самого Себя: Азъ есмь путь (Іоан. 14, 6), т. е. возвѣщенный Соломономъ. Посему же и апостолъ Петръ въ общихъ Дѣяніяхъ ихъ (апостоловъ) является говорящимъ: Твердо убо да разумѣетъ весь домъ Израилевъ, яко и Господа и Христа его Богъ сотворилъ есть, сего Іисуса, его же вы распясте (Дѣян. 2, 36). Ибо Отецъ сотворилъ Его Христомъ, помазавъ мысленнымъ помазаніемъ по причинѣ воспринятія плоти, не потому, что Онъ какъ бы долженъ былъ освятиться для преуспѣянія, но чтобы чрезъ блаженное посредство Его вселившійся въ насъ Святый Духъ сыноположенія (Рим. 8, 15) содѣлалъ насъ сынами благодати Отца. Господа же — поелику Онъ далъ Ему, какъ Сыну единородному, господство надъ всѣми, такъ какъ всѣ мы избавлены Имъ отъ зла тлѣнія. Поэтому, будучи Господомъ по естеству, Онъ явился Господомъ всѣхъ, когда Отецъ, содѣлавъ Его, чрезъ воплощеніе, явнымъ наслѣдію Его, сказалъ: Проси, говоритъ, отъ Мене, и дамъ ти языки достояніе твое, и одержаніе твое концы земли (Псал. 2, 8).

5. Но также опять говорятъ, что сказавшій — Отецъ Мой болій Мене есть (Іоан. 14, 28) — не можетъ быть равнымъ [Ему], потому что Онъ призналъ себя ниже Отца. Я же убѣжденъ божественными Писаніями, что Отецъ не больше Сына ни по силѣ, ни по славѣ, кромѣ только того, что Онъ принимаетъ первое имя Отца по естественной послѣдовательности. Почему вполнѣ ясно, что оный справедливый, и истинный и всецѣлая сладость — Сынъ воспользовался онымъ изреченіемъ, потому что Отецъ всемудрый есть глава Сына, т. е. Слова не по избытку чести или славы, но по ипостаси отчества, въ которой Онъ и существуетъ и сказалъ, потому что корнемъ сего истиннаго Слова служитъ Отецъ, который есть истинный Богъ. Ибо, говоритъ Іовъ, и корень Слова обрящемъ его (Іов. 19, 28), т. е. познаемъ, что Слово происходитъ изъ нѣдръ Отца; ибо подлинно корнемъ Слова служатъ лоно Божіе, въ которомъ Слово естественно вкоренено. Поэтому да не безумствуютъ или когда-либо предполагаютъ такъ, что было нѣкогда, когда мудрый Отецъ [не имѣлъ] Слова, или что оный Отчій и пресвѣтлый Свѣтъ былъ нѣкогда безъ сіянія. Чтó именно самъ Господь, восхотѣвъ наияснѣе обозначить, говоритъ въ Евангеліяхъ: видѣвый Мене видѣ Отца (Іоан. 14, 9); ибо блескъ свѣта вполнѣ познается въ сіяніи. И опять: не вѣруеши ли, яко Азъ во Отцѣ и Отецъ во Мнѣ есть (Іоан. 14, 10)? Онъ же говоритъ и о томъ, что Онъ нераздѣльно существуетъ въ Отцѣ: Азъ и Отецъ едино есма (Іоан. 10, 30). Ибо Вседержитель Богъ не предпочелъ бы воспользоваться созданнымъ Словомъ, потому что до рожденія Его [Слова] Ему недоставало того, что Онъ имѣетъ чрезъ Него.

6. Таковы наши оправданія и подобныя имъ. Но враги истины, опять заимствуя изъ евангельскихъ реченій, говорятъ, что Сынъ не зналъ будущаго дня или часа суда, но только Отецъ (Марк. 13, 32) и что посему Онъ не есть изъ сущности Отца. Я же утверждаю, лучше же — здравый разумъ, что имѣющій все свойственное Отцу въ величіи чести (о которой очевидно вспомнилъ), дѣйствительный Сынъ Отца, когда, напримѣръ, говоритъ: Никто же благъ, токмо единъ Боѣ (Марк. 10, 18), и: нѣсть Мое дати, но имже уготовася отъ Отца (Матѳ. 20, 23), потому именно говоритъ, что только Отецъ знаетъ это, дабы мы ясно познали, что Онъ, какъ бы не по собственному самовластію опредѣливши, объявляетъ, что Онъ знаетъ сіе, но что по волѣ Отца, т. е. знанію вѣдаетъ сіе и самъ; ибо Онъ есть Слово Его, и мудрость и сіяніе. Почему Онъ и неотдѣлимъ отъ Отца какъ по естеству и хотѣніямъ, такъ и предопредѣленіямъ. Ибо, говоритъ, Азъ и Отецъ едино есма (Іоан. 10, 30), потому что въ противномъ случаѣ никто не сказалъ бы, что въ нераздѣльномъ свойствѣ вѣчно пребывающій въ лонахъ Отца знаетъ то, чтó знаетъ Отецъ, потому что одна воля и одно знаніе какъ въ Мудромъ, такъ и въ мудрости Мудраго. Потому и во всемъ, свойственномъ Сыну, дѣйствуетъ Отецъ, какъ въ Сынѣ, всегда желающемъ всего того, чего желаетъ Отецъ. Онъ далъ и Ему власть творить судъ, какъ Сыну человѣческому. Ибо, говоритъ: И область даде Ему и судъ творити, яко Сынъ человѣчь есть (Іоан. 5, 27). Соотвѣтственно чему и опять говоритъ: Дадеся Ми всяка власть на небеси и на земли (Матѳ. 28, 18). Дадеся имѣющему, дабы и истина Отца была явлена и благодарность Сына была познана, потому что, получивъ по причинѣ воплощенія то, чтó имѣетъ по причинѣ общности естества съ Отцемъ, Онъ не отвергъ первую причину спасающей насъ щедрости, т. е. любовь Отца, которую Онъ чрезъ благость Сына своего настолько излилъ на насъ, чтобы мы, люди, возмогли содѣлаться причастниками (О, столь великое благо!) онаго несравненнаго и непорочнаго естества.

7. Но жалкіе защитники невѣдѣнія опять говорятъ, что Сынъ такъ во всемъ меньше Отца, что даже Апостолъ сказалъ, что Онъ покорится Отцу (1 Кор. 15, 28). Прекрасно. Въ такомъ случаѣ какая причина того, что Онъ донынѣ не былъ покоренъ, если вообще Онъ долженъ покориться? Ибо если онъ по сущности былъ меньше Отца, то потому самому отъ начала Онъ былъ покоренъ Отцу; если же донынѣ Онъ не покорялся, но покорится, то какая именно причина или нынѣшней Его свободы или тогдашняго рабства, когда всякой твари должно быть освобожденною къ славѣ Божіей (Рим. 8, 21)? Страшное безуміе! Ибо если человѣкъ долженъ уподобляться Богу и содѣлаться причастникомъ божественнаго естества (2 Петр. 1, 4) въ свободѣ Духа (2 Кор. 3, 17), а Сынъ тогда долженъ покориться Отцу, съ Которымъ Онъ все сотворилъ, то чтó могъ бы кто уразумѣть касательно сего? Все у нихъ лишено разумныхъ доказательствъ. Я же утверждаю, что покореніе Сына состоитъ въ томъ, что я, т. е. членъ Его, былъ покоренъ Богу въ лицѣ Христа, что именно значитъ, что Я прилѣпленъ любовію къ Отцу и что Я ничего другаго не желаю кромѣ того, чего желаетъ Богъ: Да будетъ Богъ всяческая во всѣхъ (1 Кор. 15, 28). Посему и Псалмопѣвца имѣемъ говорящимъ: не Богу ли повинется душа моя; отъ Того бо спасеніе мое (Псал. 61, 2). Ибо Сынъ, какъ посредникъ, во плоти своей вполнѣ соединитъ съ Отцемъ сына посредства, — меня, опять говорю, чтобы Онъ могъ совершенно исполнить образъ примиренія. Ибо естественный Сынъ Отца есть глава всего сыновства, посему въ Немъ и я уподобляюсь; поэтому именно Онъ будетъ и священствовать послѣ суда предъ Отцемъ, ради своего совершившагося усыновленія, принося благодаренія Отцу, какъ подобаетъ Сыну по причинѣ естества, первосвященнически же по причинѣ посредства. Ибо, говоритъ, повѣмъ имя твое братіи моей; посредѣ церкви воспою тя (Псал. 21, 23). Чтó именно Апостолъ, предвидѣвъ духомъ, сказалъ: тогда и самъ Сынъ покорится Покоршему Ему всяческая, да будетъ Богъ всяческая во всѣхъ (1 Кор. 15, 28), чтобы мы ясно познали, что все происходитъ отъ единой причины, т. е. отъ истины Отца. И святяй бо, говоритъ, и освящаеміи отъ Единаго вси (Евр. 2, 11). Отсюда мы познаемъ, что Сынъ не созданъ; ибо Онъ освящаетъ; мы же созданы, потому что освящаемся. Почему Сынъ, какъ подобаетъ сыну и архіерею, за насъ, какъ я сказалъ, прославитъ Отца, приводя къ Нему наслѣдіе свое — насъ, что и значитъ передать царство Богу и Отцу (1 Кор. 15, 24), какъ сущій отъ блаженнаго естества Его и взаимно прославляемый Отцемъ отеческими привѣтствіями. Ибо, говоритъ, отъ тебя похвала моя въ церкви великой (Псал. 24, 18). Церковью же великою называетъ будущее собраніе и ангеловъ и праведниковъ. Намъ же, какъ рабамъ освобожденнымъ, подобаетъ непрестанно воспѣвать велелѣпную благость Его, воспѣвая равнославно со Духомъ, какъ нынѣ и во вѣки, боголѣпно дарующаго намъ блага своего священства.

8. Въ самомъ дѣлѣ, чтó именно имѣютъ въ мысляхъ нежелающіе такъ понимать покореніе? Ибо если они предполагаютъ, что Сынъ уже не будетъ совозсѣдать съ Богомъ, то они болтаютъ великій вздоръ. Ибо какъ возможно разъ совозсѣдшему съ Отцемъ (ибо они совершенно не хотятъ говорить о вѣчно совозсѣдающемъ, поелику они весьма бѣдны мыслями) лишиться столь великой чести въ обновленіи оныхъ блаженныхъ вѣковъ? Если же они покореніе считаютъ лишеніемъ царства, то такимъ образомъ они обвиняютъ Бога въ несправедливости, что Онъ столь совершенно исполнившаго всю волю Его намѣренъ сдѣлать меньшимъ той чести, которую Онъ имѣетъ, когда Ему, если даже Онъ не былъ, какъ они предполагаютъ, равнымъ Отцу, должно быть удостоеннымъ вѣчныхъ почестей, какъ все исполнившему по мысли Отца. И у людей удостоиваемый царства царствуетъ во все время своей жизни, а тѣ объявляютъ, что всегда живое Слово Божіе уже не будетъ царствовать и притомъ [тогда], когда царству Его будетъ покорено все для того, чтобы нечестивые были осуждены Имъ на вѣчный огонь, а любящіе Его соцарствовали съ Нимъ въ вѣчномъ свѣтѣ, т. е. радовались въ царствѣ Его во всѣ вѣки, такъ какъ могуществомъ Его все покорено имъ. Ибо какъ въ лицѣ Христа сыноположеніе покорится Отцу, такъ силою Христа все покорится тѣмъ, кои Христовы, да будетъ Богъ всяческая во всѣхъ (1 Кор. 15, 28). Ибо когда потомъ Отецъ благодатію святаго своего Отрока и Святаго Духа распрострется во всѣхъ святыхъ, то впредь будетъ одна воля, какъ у Бога, такъ и у людей. Апостолъ сказалъ, что Онъ царствуетъ, дондеже положитъ враговъ Своихъ подъ ногами Своими (1 Кор. 15, 25); кратко сказать (ибо зачѣмъ мнѣ долго излагать безумства неразумныхъ?), онъ не опредѣлилъ, какъ они предполагаютъ, что царство Его на время, но что по исполненіи суда надъ ними и по воздаяніи каждому по дѣламъ Его, Онъ покажетъ потомъ первосвященническій образъ царства (почему и называетъ Его Архіереемъ грядущихъ благъ (Евр. 9, 11), уже не производя суда (ибо Онъ исполнилъ судъ), но какъ первосвященникъ, вѣчно даруя отеческія блага наслѣдію своему, потому что судить свойственно царству, а первосвященству — собственными благами увеселять перешедшихъ, по причинѣ непорочности, огонь суда. Ибо Онъ царствуетъ, какъ Сынъ, а любитъ, какъ Отецъ. Ибо, говоритъ, се Азъ, и дѣти, яже Ми даде Богъ (Ис. 8, 18); священствуетъ же Онъ, какъ Христосъ, въ любви любовь приносящій въ жертву, какъ Слово. Итакъ Отецъ — Царь вѣковъ — не будетъ до того времени царствовать въ неизвѣстности; ибо тому, говоритъ Даніилъ, дадеся власть и честь и царство, и вси людіе, племена, и языцы тому поработаютъ; власть Его власть вѣчная, яже не прейдетъ (Дан. 7, 14). Но до того времени Онъ судитъ, чтобы, по покореніи Ему всѣхъ посредствомъ суда и по уничтоженіи самой смерти посредствомъ воскресенія всѣхъ (Ибо, говоритъ, послѣдній врагъ испразднится смерть — 1 Кор. 15, 26), приготовить Отцу нѣкій святой и многославный міръ, чуждый всякой страсти, поддерживаемый же непрестанно славою любви.

9. Итакъ да, не отвергается нечестивыми благій нашъ Богъ Іисусъ Христосъ, Господь всѣхъ сущихъ на небесахъ силъ, Царь вѣчный, сіяніе славы, неложный образъ Отчей ипостаси (Евр. 1, 3), нераздѣльный причастникъ помышленій Отца, сущій отъ сущаго и сущій въ сущемъ, добрый пастырь всѣхъ своихъ разумныхъ стадъ, мудрѣйшій устроитель всѣхъ умныхъ естествъ, содѣлавшійся Ангеломъ велика совѣта (Ис. 9, 6), дабы и людямъ содѣлать нѣкогда доступною небесную красоту, облекшійся въ человѣческое естество, какъ въ нѣкую благолѣпную броню, чтобы любовію уязвить изобрѣтателя ненависти, желающій всегда того, чего желаетъ Отецъ. Ибо въ иныхъ вещахъ кто-либо найдетъ отца и сына разсуждающими о чемъ нибудь различнымъ образомъ, потому что раздѣленіе естества располагаетъ насъ производить различныя мысли; Онъ же, поелику нераздѣльно пребываетъ въ лонахъ Отца, и желаетъ и дѣлаетъ совершенно то самое, чего желаетъ Отецъ. Ибо Онъ не ниже мыслей Отца, чтобы Онъ въ дѣйствованіи ошибался касательно желаній Отца или вполнѣ не могъ дѣлать то, чтó дѣлаетъ Отецъ; но, будучи Богомъ отъ Бога, Онъ желаетъ всецѣло всего того, чего желаетъ Отецъ. Посему Онъ и можетъ, что можетъ Отецъ; якоже бо, говоритъ, Отецъ воскрешаетъ мертвыя и живитъ, тако и Сынъ, ихже хощетъ живитъ (Іоан. 5, 21), а хощетъ Онъ того, чего желаетъ и Отецъ; ибо подлинно Слову свойственно желать воли того, чье Оно Слово. Тоже самое должно думать и о святомъ и поклоняемомъ Духѣ. Ибо и Онъ самосовершенъ и всемогущъ и способенъ даровать всякій разумъ и жизнь, какъ существующій въ славѣ Отца и Сына. Ибо и само нынѣ сущее во образѣ Слово есть Духъ, и Духъ всемудрый, такъ какъ Оно мудрѣйшій Духъ, и источникъ сихъ — Отецъ. Посему Онъ [Духъ] самодостоинъ почтенія и поклоняемъ и Господь, какъ отъ славы Господа и Отца исходящій, и въ единой славѣ съ Отцемъ и Сыномъ спрославляемый и споклоняемый, и нынѣ и присно, и во вѣки вѣковъ. Аминь.

Источникъ: Блаженный Діадохъ (V-го вѣка), епископъ Фотики Древняго Эпира, и его творенія. Томъ І: Творенія блаж. Діадоха. / Греческій текстъ, редактированный по древнимъ греческимъ рукописямъ, съ предисловіемъ, русскимъ переводомъ, разночтеніями, примѣчаніями и приложеніями К. Попова. — Кіевъ: Типографія И. И. Горбунова, 1903. — С. 573-606.

/ Къ оглавленію раздѣла /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0