Святоотеческое наследие
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Святоотеческое наслѣдiе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Святые по вѣкамъ

Изслѣдованiя
-
I-III вѣкъ
-
IV вѣкъ
-
V вѣкъ
-
VI-X вѣкъ
-
XI-XV вѣкъ
-
Послѣ XV вѣка
-
Acta martyrum

Святые по алфавиту

Указатель
-
Свт. Іоаннъ Златоустъ
А | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л
-
М | Н | О | П | Р
-
С | Т | Ф | Х | Э
-
Ю | Ѳ
Сборники

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - воскресенiе, 25 iюня 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 27.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

V ВѢКЪ

Свт. Іоаннъ Златоустъ († 407 г.)

Свт. Іоаннъ Златоустъ родился ок. 347 г. отъ знатныхъ, богатыхъ и благочестивыхъ жителей Антіохіи, Секунда и Анѳусы. Рано лишившись отца, онъ росъ подъ руководствомъ своей благочестивой матери, отличавшейся высокими умственными и нравственными качествами и посвятившей себя, несмотря на свою молодость, исключительно его воспитанію. Благочестивая и цѣломудренная вдовица своей нѣжной любовію воспитывала въ своемъ сынѣ любящее сердце, свойственное его природѣ, а примѣромъ своей истинно-христіанской жизни учила его покорности волѣ Божіей, самоотреченію ради высшихъ нравственныхъ цѣлей и непоколебимой твердости въ преслѣдованіи этихъ цѣлей и въ борьбѣ съ испытаніями и невзгодами жизни. Все свое раннее дѣтство св. Іоаннъ провелъ въ занятіяхъ Священнымъ Писаніемъ, изучая его подъ руководствомъ своей матери. Раннее знакомство съ Библіей и благотворное вліяніе на сердце св. Іоанна его добродѣтельной матери воспитали въ немъ пламенное стремленіе къ добродѣтельной и святой жизни и отвращеніе къ господствующей въ его время повсюду пышности и всякого рода порокамъ. Юношею св. Іоаннъ слушалъ уроки знаменитаго оратора Ливанія. далѣе>>

Творенія

Свт. Іоаннъ Златоустъ († 407 г.)
Похвальныя бесѣды на праздники Господа нашего Іисуса Христа и Его святыхъ.

Бесѣды о святомъ апостолѣ Павлѣ.
Бесѣда вторая.

Что такое человѣкъ, каково благородство нашей природы и къ какой добродѣтели способно это существо, — больше всѣхъ людей показалъ на себѣ Павелъ. Съ того времени, какъ сталъ (апостоломъ), донынѣ онъ громкимъ голосомъ оправдываетъ Господа противъ всѣхъ, осуждающихъ Его за такое устроеніе насъ, побуждаетъ къ добродѣтели, заграждаетъ безстыдныя уста хулителей и показываетъ, что между ангелами и людьми не велико разстояніе, если мы захотимъ быть внимательными къ самимъ себѣ. Онъ получилъ не иное естество, имѣлъ не иную душу, жилъ не въ иномъ мірѣ, но былъ воспитанъ на такой же землѣ, въ такой же странѣ, подъ такими же законами и обычаями, и превзошелъ всѣхъ людей, бывшихъ съ того времени, какъ стали существовать люди. Гдѣ же тѣ, которые говорятъ, что добродѣтель трудна, а порокъ легокъ? Павелъ утверждаетъ противное имъ: еже нынѣ легкое печали, говоритъ онъ, по преумноженію въ преспѣяніе тяготу вѣчную славы содѣловаетъ (2 Кор. 4, 17). Если же легки скорби, то тѣмъ болѣе — внутреннія удовольствія.

И не только то въ немъ удивительно, что отъ избытка ревности онъ не чувствовалъ трудовъ, подъятыхъ для добродѣтели, но что и этой послѣдней онъ преданъ былъ не ради награды. Мы и при предстоящихъ наградахъ не выдерживаемъ трудовъ для добродѣтели; а онъ и безъ наградъ исполнялъ и любилъ ее, и кажущіяся препятствія къ ней побѣждалъ со всею легкостію, не ссылаясь ни на слабость тѣла, ни на множество дѣлъ, ни на власть природы, и ни на что другое. Не смотря на то, что онъ былъ обремененъ заботами больше всѣхъ военачальниковъ и царей на землѣ, онъ съ каждымъ днемъ однако возрасталъ въ силахъ, и съ увеличеніемъ для него опасностей пріобрѣталъ новую ревность, какъ онъ самъ выражалъ это, когда говорилъ: задняя убо забывая, въ предняя же простираяся (Флп. 3, 13); и ожидая смерти, призывалъ къ участію въ этой радости, говоря: радуйтеся и сорадуйтеся мнѣ (Флп. 2, 18); и при видѣ опасностей, обидъ и всякаго безчестія, также ликовалъ, и въ посланіи къ Коринѳянамъ говорилъ: тѣмъ же благоволю въ немощехъ, въ досажденіихъ, во изгнаніихъ (2 Кор. 12, 10). Все это онъ называлъ оружіемъ правды, выражая, что и отсюда онъ получалъ величайшую пользу, и со всѣхъ сторонъ былъ неуловимъ для враговъ. Вездѣ встрѣчая удары, оскорбленія, злословія, онъ, совершая какъ бы торжественное шествіе и воздвигая по всей землѣ непрерывные трофеи, восхищался и возносилъ благодарность Богу, говоря: Богу же благодареніе, всегда побѣдители насъ творящему (2 Кор. 2, 14).

Безчестія и оскорбленія за проповѣдь онъ искалъ больше, чѣмъ мы — чести, смерти больше, чѣмъ мы жизни, бѣдности больше, чѣмъ мы богатства, трудовъ больше, чѣмъ другіе покоя, и не просто больше, но гораздо больше, печали больше, нежели другіе радости, и молитвъ за враговъ больше, нежели другіе молитвъ противъ враговъ. Такимъ образомъ онъ превращалъ порядокъ вещей, или — лучше — мы превратили его, а онъ соблюдалъ его такъ, какъ установилъ Богъ. Все первое естественно, а послѣднее напротивъ. Кто служитъ тому доказательствомъ? Павелъ, который былъ человѣкомъ и однако искалъ перваго больше, нежели послѣдняго. Одно только было для него страшно и опасно, — оскорбить Бога, а болѣе ничто; равно и вожделѣннымъ для него было не что иное, какъ угождать Богу; не говорю: ничто изъ настоящаго [не было для него вожделѣнно], но даже и изъ будущаго. Не говори мнѣ о городахъ, народахъ, царяхъ, войскѣ, оружіи, богатствѣ, начальствѣ и власти, — это онъ не считалъ даже и за паутину; но представь то, чтó на небесахъ, и тогда увидишь силу любви его ко Христу. Питая эту любовь, онъ не удивлялся достоинству ни ангеловъ, ни архангеловъ, и ничему другому подобному, потому что имѣлъ въ себѣ то, что выше всего, — любовь Христову, — и съ нею онъ считалъ себя блаженнѣе всѣхъ, а безъ нея не желалъ быть ни съ Господствами, ни съ Началами, ни съ Властями; съ этою любовію онъ лучше желалъ быть въ числѣ послѣднихъ и наказываемыхъ, нежели безъ нея въ числѣ высшихъ и получающихъ почести; единственное наказаніе для него было — лишиться этой любви: это было для него геенною, мученіемъ, верхомъ золъ; равно какъ имѣть ее было наслажденіемъ: въ этомъ для него была жизнь, міръ, ангелъ, настоящее, будущее, царство, обѣтованіе, верхъ благъ. Все другое, что не относилось сюда, онъ не считалъ ни прискорбнымъ, ни пріятнымъ, но презиралъ все видимое точно гнилую траву. Властители и народы, дышащіе гнѣвомъ, казались ему комарами, а смерть, казни и безчисленныя мученія — дѣтскими игрушками, кромѣ развѣ, когда онъ терпѣлъ изъ-за Христа: тогда и ими онъ восхищался, и узами величался такъ, какъ не величался и Неронъ, имѣя діадему на головѣ, и въ темницѣ жилъ, какъ на самомъ небѣ, и раны и бичеванія принималъ съ большимъ удовольствіемъ, нежели другіе хватаютъ награды. Онъ любилъ труды не меньше награды, считая самые труды наградою для себя, — почему и называлъ ихъ благодатію. Посмотри: разрѣшиться и быть со Христомъ было для него наградою, а оставаться во плоти — подвигомъ; однако онъ избираетъ послѣднее преимущественно предъ первымъ, и говоритъ, что это для него необходимѣе. Быть отлученнымъ отъ Христа было для него подвигомъ и трудомъ, или — вѣрнѣе — выше и подвига и труда, а быть со Христомъ — наградою, однако, для Христа онъ избираетъ первое преимущественно предъ послѣднимъ. Но, можетъ быть, кто-нибудь скажетъ, что все это было ему пріятно ради Христа. И я также говорю, что ему доставляло великое удовольствіе то, что намъ причиняетъ скорбь. Но для чего я говорю объ опасностяхъ и другихъ бѣдствіяхъ? Онъ былъ непрестанно въ скорби, — посему и говорилъ: кто изнемогаетъ, и не измемогаю; кто соблазняется, и азъ не разжизаюся (2 Кор. 11, 29)? Кто-нибудь скажетъ, что и въ скорби есть удовольствіе; напримѣръ, многіе, потерявъ дѣтей и имѣя свободу — плакать, находятъ утѣшеніе, а если имъ препятствуютъ въ этомъ, то печалятся. Такъ и Павелъ, проливая слезы ночь и день, находилъ въ нихъ утѣшеніе, потому что никто такъ не плакалъ о собственныхъ бѣдствіяхъ, какъ онъ о чужихъ. Что, думаешь ты, чувствовалъ онъ, когда, видя, что іудеи не спасаются, просилъ быть самому ему лишеннымъ вышней славы, чтобы они спаслись (Рим. 9, 3)? Отсюда видно, что неспасеніе ихъ было для него гораздо тяжелѣе, потому что если бы это не было тяжелѣе, онъ не просилъ бы о томъ; онъ избралъ то (лишеніе небесной славы), какъ легчайшее и болѣе утѣшительное, и не просто лишь желалъ, но и взывалъ такъ: яко скорбь ми есть и болѣзнь сердцу моему (Рим. 9, 2). Итакъ, кто ежедневно, такъ сказать, плакалъ о живущихъ по всей вселенной, и о всѣхъ вообще народахъ и городахъ, и о каждомъ порознь, того съ чѣмъ можно сравнить? Съ какимъ желѣзомъ? Съ какимъ адамантомъ? Какою можно назвать эту душу? Золотою или адамантовою? Она была тверже всякаго адаманта, дороже золота и драгоцѣнныхъ камней; первый онъ превосходилъ своею твердостію, а послѣдніе — своею драгоцѣнностію. Съ чѣмъ же можно сравнить ее? Ни съ чѣмъ существующимъ.

Если бы адамантъ сдѣлался золотомъ и золото адамантомъ, тогда составилось бы изъ нихъ нѣкоторое для ней подобіе. Но для чего мнѣ сравнивать ее съ адамантомъ и золотомъ? Весь міръ противопоставь ей, и тогда увидишь, что душа Павлова важнѣе его. Въ самомъ дѣлѣ, если о тѣхъ, которые скитались въ милотяхъ, въ пещерахъ и въ малой части вселенной, онъ говоритъ [что весь міръ не былъ достоинъ ихъ] (Евр. 11, 38), то гораздо болѣе мы можемъ сказать о немъ самомъ, что онъ достоинствомъ своимъ былъ равенъ всѣмъ. Но если міръ не стóитъ его, то кто же стóитъ? Можетъ быть небо? Нѣтъ, и оно мало, потому что, если онъ самъ небу и тому, что на небѣ, предпочелъ любовь Господню, то гораздо болѣе Господь, Который столько превышаетъ его благостію, сколько добро выше зла, предпочтетъ его множеству небесъ. Онъ любитъ насъ не такъ, какъ мы Его, но настолько больше, что невозможно выразить никакимъ словомъ. Посмотри, чего удостоилъ Онъ Павла еще прежде будущаго воскресенія: восхитилъ его въ рай, вознесъ на третіе небо, сообщилъ ему такія тайны, какихъ нельзя пересказать никому изъ имѣющихъ человѣческую природу; и весьма справедливо, потому что онъ, ходя еще по землѣ, все дѣлалъ такъ, какъ бы жилъ въ обществѣ ангеловъ, бывъ связанъ смертнымъ тѣломъ, являлъ ихъ чистоту и, бывъ подверженъ такимъ немощамъ, старался быть нисколько не ниже вышнихъ силъ. Подлинно, какъ птица, онъ леталъ по вселенной, и, какъ безтѣлесный, презиралъ труды и опасности, и, какъ бы уже достигшій неба, пренебрегалъ всѣмъ земнымъ, и, какъ бы обращающійся съ самими безтѣлесными силами, былъ постоянно бодръ. Хотя и ангеламъ часто были ввѣряемы различные народы, но ни одинъ изъ нихъ не устроилъ такъ ввѣреннаго себѣ народа, какъ Павелъ всю вселенную. Не говори мнѣ, что не Павелъ былъ устроителемъ ея, съ этимъ согласенъ и я. Но если и не самъ онъ успѣвалъ въ этомъ, то и въ такомъ случаѣ нельзя лишить его похвалы за это, такъ какъ онъ сдѣлалъ себя достойнымъ такой благодати. Михаилу ввѣренъ былъ народъ іудейскій, а Павлу — суша и море, обитаемыя страны и необитаемыя. Говорю это не къ униженію ангеловъ, нѣтъ, но дабы показать, что, и будучи человѣкомъ, можно быть вмѣстѣ съ ними и стоять подлѣ нихъ. И для чего не ангеламъ было ввѣрено это? Для того, чтобы ты не имѣлъ никакого извиненія въ своемъ нерадѣніи, и не ссылался на различіе естества для оправданія своей безпечности. А между тѣмъ произошло и еще болѣе дивное. Въ самомъ дѣлѣ, развѣ не удивительно, и не странно, что слово, произносимое бреннымъ языкомъ, прогоняетъ смерть, разрѣшаетъ грѣхи, исправляетъ поврежденную природу и дѣлаетъ землю небомъ? Потому я и удивляюсь силѣ Божіей, потому и изумляюсь ревности Павла, что онъ принялъ такую благодать, что онъ такъ приготовилъ себя. И васъ увѣщеваю не удивляться только, но и подражать этому образцу добродѣтели, потому что такимъ образомъ мы можемъ сдѣлаться участниками одинаковыхъ съ нимъ вѣнцовъ. Если же ты удивляешься, слыша, что, совершивъ то же, и ты получишь то же, то послушай, какъ онъ самъ говоритъ: подвигомъ добрымъ подвизахся, теченіе скончахъ, вѣру соблюдохъ: прочее убо соблюдается мнѣ вѣнецъ правды, егоже воздастъ ми Господь въ день онъ, праведный Судія: не токможе мнѣ, но и всѣмъ, возлюблшимъ явленіе Его (2 Тим. 4, 7-8). Видишь ли, какъ онъ призываетъ всѣхъ участвовать въ томъ же? Итакъ, если всѣмъ предстоитъ то же, постараемся всѣ сдѣлаться достойными обѣтованныхъ благъ; будемъ смотрѣть не на величіе только и превосходство дѣлъ его, но и на силу его ревности, которою онъ пріобрѣлъ себѣ такую благодать, и на сродство природы, по которому онъ имѣлъ все то же, что и мы. Такимъ образомъ и весьма трудное для исполненія окажется для насъ удобнымъ и легкимъ, и потрудившись въ это краткое время, мы удостоимся носить не тлѣнный и безсмертный вѣнецъ, благодатію и человѣколюбіемъ Господа нашего Іисуса Христа, Которому слава и держава нынѣ и присно, и во вѣки вѣковъ. Аминь.

Источникъ: Творенія святаго отца нашего Іоанна Златоуста, архіепископа Константинопольскаго, въ русскомъ переводѣ. Томъ второй: Въ двухъ книгахъ. Кн. II. — СПб: Изданіе С.-Петербургской Духовной Академіи, 1896. — С. 521-525.

Назадъ / Къ оглавленію раздѣла / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0