Святоотеческое наследие
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Святоотеческое наслѣдiе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Святые по вѣкамъ

Изслѣдованiя
-
I-III вѣкъ
-
IV вѣкъ
-
V вѣкъ
-
VI-X вѣкъ
-
XI-XV вѣкъ
-
Послѣ XV вѣка
-
Acta martyrum

Святые по алфавиту

Указатель
-
Свт. Іоаннъ Златоустъ
А | В | Г | Д | Е
-
З | И | І | К | Л
-
М | Н | О | П | Р
-
С | Т | Ф | Х | Э
-
Ю | Ѳ
Сборники

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - вторникъ, 22 августа 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 20.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

XI-XV ВѢКЪ

Черты изъ жизни блаженнаго Ѳеофилакта, Архіепископа Болгарскаго.

Блаженннй Ѳеофилактъ былъ родомъ изъ Еврипа, или, точнѣе, изъ города Халкиса, лежащаго близъ Еврипа. Въ письмѣ въ брату императрицы Маріи онъ самъ упоминаетъ о своихъ родственникахъ въ Еврипѣ, а въ одномъ древнемъ спискѣ болгарскихъ архіепископовъ онъ и прямо называется Ѳеофилактомъ изъ Еврипа. — Но, кажется, большую часть своей жизни онъ провелъ въ Константинополѣ: ибо въ одномъ изъ своихъ писемъ онъ называетъ себя истиннымъ (ἀτεχνῶς) константинопольцемъ, и, какъ въ этомъ, такъ и въ другихъ письмахъ, выражаетъ такую привязанность къ Константинополю, какую можно было пріобрѣсти только долговременнымъ пребываніемъ въ немъ. Служеніе свое бл. Ѳеофилактъ началъ въ Константинополѣ, въ санѣ діакона великой церкви. Званіе діаконовъ великой церкви въ то время было очень важно. Какъ ближайшіе помощники патріарха, они раздѣляли съ нимъ почти всѣ труды его служенія: одни помогали ему въ управленіи патріархатомъ, другіе замѣняли его въ дѣлѣ проповѣди. Бл. Ѳеофилактъ принадлежалъ къ числу послѣднихъ, и носилъ званіе ритора великой церкви. Обязанностію его было — объяснять Священное Писаніе и писать поучительныя слова отъ имени патріарха… далѣе>>

Творенія

Житіе и дѣятельность, а также исповѣданіе и отрывочный разсказъ о (нѣкоторыхъ) чудесахъ Святаго отца нашего Климента Архіепископа Болгарскаго.
Написано святѣйшимъ и славнымъ Архіепископомъ Первой Юстиніаны и всей Болгаріи Господиномъ Ѳеофилактомъ, бывшимъ въ Константинополѣ учителемъ риторовъ.

Благослови, Владыка!

I. 1. Придите, дѣти, послушайте меня (Псал. 33, 12), — придите, и разскажу вамъ, всѣ боящіеся Бога (Псал. 65, 16), чтобы знало поколѣніе другое — сыновья, имѣющіе родиться (Псал. 77, 6), и народъ созидаемый восхвалилъ Господа (Псал. 101, 19).

2. Это Давидъ говоритъ, — и мы также съ нимъ сегодня. Вѣдь божественную великость должно изъяснять всегда и предъ всѣми, — не потому только, что хвалѣ Бога нѣтъ числа (Псал. 146, 5), ибо сколько бы мы ни возвѣстили или сказали, безчисленное множество (несказаннаго) останется, — но потому, что проповѣдь о великолѣпіи чудесъ Божіихъ бываетъ нѣкіимъ пробужденіемъ и для безпечнѣйшихъ и къ дѣланію добра засыпающихъ.

3. Многіе думаютъ, что наши времена не допустили бы чего либо бывшаго въ древности, но прежніе вѣка и чудесами блистали и жизнями людей украшались, безтѣлесно почти жившихъ въ тѣлѣ, а нашему поколѣнію ничего такого не даровано отъ Бога. Поэтому и къ добродѣтельной жизни, — какъ будто теперешняя природа неспособна къ ней, — къ сожалѣнію охладѣли они, худо конечно и весьма не твердо зная объ этомъ. Вѣдь существо природы остается одно и то же и неизмѣнилось, — и оставилъ Себѣ Господь и въ наши времена людей весьма многихъ, кои, не преклонивъ колѣна ни предъ чѣмъ находящимся на землѣ, во славу Небеснаго Отца (3 Цар. 19, 18), просіяли свѣтомъ жизни своей, свѣтилами въ мірѣ ставъ, слово жизни содержащими (Флп. 2, 15-16).

4. Такъ и страну болгарскую просвѣтили въ послѣднія эти времена отцы блаженные и учители, просіявъ какъ ученіемъ такъ и чудесами и явившись предъ Богомъ искусными жизнью и словомъ, коихъ всю жизнь предать письмени хотя и есть предметъ моего желанія, однакожъ выше силы слова. Но немногое нѣчто предложивъ, я засвидѣтельствую и человѣколюбіе и благодать Бога, съ нами сущаго и будущаго всѣ дни до скончанія, какъ обѣщался (Матѳ. 28, 20), — и покажу всѣмъ людямъ, что не природа у насъ измѣнилась, а извратилось произволеніе.

II. 5. Кто же отцы эти, можетъ быть, желаете знать?

Меѳодій, который панонскую епархію украсилъ, бывъ архіепископомъ моравскимъ, — и Кириллъ, великій во внѣшней философіи, но большій во внутренней, — знатокъ природы (истинно) сущихъ (бытій), вѣрнѣе (же) — Единаго Сущаго, отъ Коего все изъ неявляемаго (состоянія — Евр. 11, 3) получило бытіе. Это они, благодаря чистотѣ (своей) жизни принявъ Бога въ себѣ и чрезъ воспріятіе страха во чревѣ спасительный духъ стараясь породить (Ис. 28, 16), были сильны въ словѣ учительномъ, возвѣщаемомъ на еллинскомъ языкѣ, и сила такой мудрости привлекла многихъ.

6. И такъ какъ славянскій или болгарскій народъ не могъ понимать Писаній, составленныхъ на еллинскомъ языкѣ, то святые признавали это за величайшій вредъ и считали для себя предметомъ неутѣшной скорби то, что свѣтильникъ Писаній не возжигается въ темномъ мѣстѣ (2 Петр. 1, 19) болгаръ: горевали, тужили, были недовольны жизнью своей.

7. Что же дѣлаютъ?

Къ Утѣшителю обращаются, Коего первый даръ — языки и помощь въ словѣ (Дѣян. 2, 2 дал.), — и отъ Него просятъ благодать эту — (именно) и письмена изобрѣсти, соотвѣтственныя грубости болгарскаго языка, — и быть въ состояніи перевести Божественныя Писанія на говоръ этого народа.

8. И дѣйствительно, предавъ себя и посту усиленному и молитвѣ постоянной и изнуренію тѣла и сокрушенію и смиренію души, они достигаютъ желаемаго, ибо близъ, сказано, Господь всѣмъ призывающимъ Его въ истинѣ (Псал. 144, 18), — и, когда ты еще говоришь, Онъ скажетъ: вотъ Я пришелъ (Ис. 58, 9), — Богъ приближающійся Я, а не Богъ издали (Іер. 23, 23).

9. И вотъ обрѣтаютъ и они благодать Духа, какъ утро готовое (Ос. 6, 8), и свѣтъ знанія возсіялъ праведникамъ (Псал. 96, 11 и 111, 4), — и сопряженная съ этимъ радость отогнала прежнюю ихъ печаль.

10. Итакъ, получивъ этотъ желанный даръ, они изобрѣтаютъ славянскія письмена, переводятъ Богодухновенныя Писанія съ еллинскаго языка на болгарскій, употребляютъ стараніе преподать способнѣйшимъ изъ учениковъ божественныя ученія. Вѣдь многіе пили отъ учительнаго этого источника, изъ коихъ избранными и главами кружка были: Гораздъ, Климентъ, Наумъ, Ангеларій и Савва.

III. 11. А какъ они знали, что Павелъ сообщалъ свое благовѣстіе апостоламъ (Гал. 2, 2), то и сами направляются къ римскому (предстоятелю), чтобы показать блаженнѣйшему папѣ трудъ своего перевода Писаній. Путь былъ благополученъ для нихъ, и они не напрасно направились (туда).

12. Блиставшій тогда на апостольскомъ престолѣ Адріанъ, услыхавъ о пришествіи ихъ, возрадовался радостью весьма великою: издалека поражаемый громомъ славы объ этихъ святыхъ, онъ желалъ видѣть и молнію бывшей въ нихъ благодати, ощущая къ этимъ божественнымъ мужамъ то, что Моисей къ Богу, желавшій, чтобы и лице (Божіе) ему было явлено и (чтобы ему) разумно видѣть (Бога: Исх. 33, 13. 23).

13. Наконецъ уже онъ не былъ въ состояніи сдерживать себя, но, взявъ весь іерейскій чинъ съ находившимся при немъ архіерейскимъ, вышелъ для встрѣчи святыхъ, имѣя, по обычаю, предшествуемое ему знаменіе креста и свѣтомъ лампадъ указуя на ясность радости, а также, можно сказать, и на свѣтлость приходящихъ гостей, прославляя коихъ славимый во святыхъ Господь (2 Ѳес. 1, 10 ср. Псал. 88, 7) благоволилъ, чтобы во время входа ихъ совершены были ими многія чудеса (ср. Сир. 38, 6).

14. Когда же и трудъ ихъ былъ показанъ папѣ и онъ разсмотрѣлъ переводъ Писаній на (болгарскій) языкъ, — это порожденіе истинно апостольской души и духовной благодати, — то не зналъ, что дѣлать отъ радости: ублажалъ мужей, всяческими именами называлъ — отцами, желанными чадами, радостью своею, вѣнцомъ (ср. Флп. 4, 1) вѣры, діадемою славы и красоты Церкви.

15. Притомъ что дѣлаетъ?

Взявъ переведенныя книги, принесъ къ божественному жертвеннику, посвящая ихъ Богу, какъ нѣкое возношеніе, и показуя, что такими жертвами — плодомъ устъ, благоугождается Богъ (Евр. 13, 15-16) и въ воню благоуханія принимаетъ такого рода плоды (Ефес. 5, 2 ср. Флп. 4, 18): ибо для Слова что можетъ быть пріятнѣе слова, освобождающаго словесныхъ (людей) отъ безсловесія, если подобное радуется подобному (ср. Сир. 13, 15 и 37, 4)? И апостольскими мужей этихъ въ церкви провозгласилъ, какъ принявшихъ на себя подвигъ равный Павлову (1 Ѳес. 2, 2 ср. 2 Тим. 4, 7) и потщившихся принести Богу приношеніе (отъ) народовъ (язычниковъ) совершенное и святое (Рим. 15, 16).

16. Потомъ изъ сопутствовавшихъ святымъ (учениковъ) тѣхъ, о комъ свидѣтельствовали Учители, что они и достаточную опытность имѣютъ въ славянскихъ письменахъ и святою жизнью украшены, однихъ удостоилъ степени пресвитерской, другихъ — діаконской, а нѣкоторыхъ — и иподіаконской.

17. А самого великаго Меѳодія, хотя и долго отказывавшагося и уклонявшагося, рукополагаетъ во епископа Моравіи панонской, разсудивъ, что неправедно быть непричастнымъ имени (епископа) тому, кто удостоенъ (уже самого) дѣла, ибо одинаково грѣшно, какъ если кто получилъ бы имя, будучи совершенно удаленъ отъ дѣла — такъ и если кто, будучи епископомъ дѣлами и достоинствомъ, оставлялся бы скрываться въ ряду мірянъ и, будучи свѣтильникомъ, полагался подъ одръ неизвѣстности (Лук. 8, 16).

18. Такъ Меѳодія римскій первосвященникъ чтитъ епископскимъ саномъ, скорѣе же — епископство чрезъ него. А Кирилла, этого истаго философа, великій первосвященникь призываетъ во Святая Святыхъ, чтобы тамъ, внутри скиніи истинной, онъ совершилъ богослуженіе и духовнѣе и божественнѣе причастился Таинъ и Чаши новой пріоощился; ибо какъ будто для того предоставленный пребывать во плоти, чтобы поработать надъ изобрѣтеніемъ письменъ и переводомъ Писаній, онъ, послѣ такого служенія божественной волѣ, пріемлется Богомъ, научившимъ его знанію (Псал. 93, 10). И, предузнавъ свою кончину, онъ облекается въ монашескій образъ, хотя и давно этого желая, но по смиренномудрію не принимая, какъ великое нѣчто и его силы превосходящее.

19. Десять дней въ этомъ образѣ пробывъ и къ свѣту свѣтъ принявъ, перешелъ на небеса, гдѣ (есть) Христосъ, — оставивъ долину плача (Псал. 83, 7), селенія тьмы, грязь тинистую (Псал. 39, 3), здѣшнее странствіе (ср. Евр. 13, 14). Духъ предалъ Богу духовъ, а тѣло его, прежде умерщвленія естественнаго подвергавшееся (умерщвленію) добровольному, съ подобающими почестями и пѣснопѣніями божественнымъ папою и всѣмъ клиромъ погребено было въ храмѣ Климента, — того Климента, что сопутствовалъ верховному изъ апостоловъ Петру и мудрости Христовой покорилъ еллинскую, какъ госпожѣ служанку.

Такъ мудрецъ встрѣчаетъ у себя мудреца, великій учитель принимаетъ къ себѣ гласъ слова, наставникъ народовъ (язычниковъ) водворяетъ у себя того, кто народамъ (язычникамъ) возсіялъ свѣтъ знанія.

20. Но и Богъ присоединяетъ знаменія и свидѣтельства объ ожидающей Кирилла славѣ на небесахъ и видимое дѣлаетъ вѣстникомъ невидимаго: бѣсноватые, приступивъ къ гробу, обрѣли исцѣленія, и для многихъ иныхъ болѣзней благодать Святаго Духа стала бичемъ прогоняющимъ, ибо какъ только кто или подходилъ къ гробу или призывалъ имя сего богоноснаго отца, онъ, по мѣрѣ своей вѣры, обрѣталъ избавленіе отъ скорби. Посему великъ былъ Кириллъ въ устахъ римлянъ, а еще болѣе въ душахъ, такъ что чудотворенія были основаніемъ его славы, слава же — восхожденіемъ къ высшей почести, а почесть святаго — утвержденіемъ славы Божіей.

IV. 21. Такъ совершилась кончина Кирилла и почесть ему и отъ божественнаго папы и отъ Бога. Меѳодій же, лишившись сотрудника и спутника, во всемъ и по плоти и о Господѣ родного брата, отдавалъ сердце свое скорби, испытывая конечно это человѣческое чувство, и былъ охваченъ обычнымъ состояніемъ. Но съ другой стороны не менѣе, если даже не болѣе, и утѣшался, надѣясь имѣть въ Кириллѣ помощника дѣлу ученія тѣмъ болѣе, чѣмъ дѣйственнѣе дерзновеніе онъ имѣетъ, приближаясь къ Богу внѣ плоти.

22. Но такъ какъ Меѳодію настало время путешествія въ Панонію и надлежало уже отправиться на епископство этой страны, то онъ, простершись на гробъ брата и много разъ называвъ любезное имя Кириллъ, оплакавъ свое тѣлесное одиночество и призвавъ въ помощь себѣ силу ходатайствъ его, началъ путешествіе съ учениками своими.

23. Когда же достигъ Моравіи, онъ былъ истымъ епископомъ, показуя въ себѣ всѣ черты, какими нарисованъ Павломъ образъ епископа (1 Тим. 3, 2, сл. Тит. 1, 7 сл.), — и предъ всѣми сіяя ученіемъ: не зарывалъ таланта (Матѳ. 25, 18), не торговалъ благодатію духовнаго дара (Дѣян. 8, 18; 1 Тим. 3, 3, Тит. 1, 7) и не дѣлалъ свою власть средствомъ къ роскоши (Тит. 1, 8), но всѣмъ сообщалъ благо, одинаково возсіявая солнце слова (Матѳ. 5, 45) и не опредѣляя мѣры въ раздаваніи евангельскаго хлѣба (Лук. 12, 42).

24. Въ самомъ дѣлѣ, кто и прежде епископства такъ (усердно) прилежалъ слову ученія, и притомъ подвергаясь и опасности за это, развѣ не долженъ былъ, когда ввѣрено было (ему) это дѣло и онъ получилъ завѣтъ и зналъ горе, удѣляемое апостолу не благовѣствующему (1 Кор. 9, 16), — предаваться и отдаваться ученію и цѣлый день имѣть радѣніе о божественномъ словѣ, доставлявшемъ ему сладость выше меда и сота (Псал. 18, 10; 118, 103)?

25. Безъ сомнѣнія, онъ и тогдашняго князя моравскаго Ростислава не переставалъ каждодневно увѣщевать и устроять его душу по заповѣдямъ божественнымъ.

26. Но также и правителя всей Паноніи, — Коцелъ имя ему, — онъ наставлялъ и вразумлялъ пригвоздиться страху Господню (Псал. 118, 120) и, имъ сдерживаясь и управляясь какъ бы нѣкоею уздою, уклоняться отъ всякаго зла.

27. Кромѣ того, и болгарскаго князя Бориса, который былъ при римскомъ царѣ Михаилѣ и котораго великій Меѳодій еще прежде сдѣлалъ чадомъ своимъ и привлекъ къ своему (греческому) языку, во всемъ прекрасному, — и тогда также одарялъ непрестанно благодѣяніями своихъ словъ.

28. Былъ Борисъ этотъ и въ другихъ отношеніяхъ ума праваго и къ добру способнаго. При немъ и народъ болгарскій началъ удостоиваться божественнаго крещенія и принимать христіанство, когда и эти святые, то-есть Кириллъ и Меѳодій, увидавъ множество вѣрующихъ и что много чадъ Божіихъ рождается водою и духомъ (Іоан. 3, 5) и всячески нуждаются въ пищѣ духовной, изобрѣли письмена, о чемъ мы прежде сказали, и сдѣлали переводъ Писаній на болгарскій языкъ, чтобы рожденныя чада Божіи и божественной пищи достаточно имѣли и въ возрощеніе духовное (Ефес. 4, 16; Кол. 2, 19) и въ мѣру возраста Христова восходили (Ефес. 4 13).

29. Такимъ образомъ народъ болгарскій, освободившись отъ скиѳскаго заблужденія, позналъ Христа — этотъ истинный и неложнѣйшій путь (Іоан. 14, 6). И хотя и поздно и около одиннадцатаго или двѣнадцатаго часа, но вошелъ въ божественный виноградникъ благодатью Призвавшаго (Матѳ. 20, 6 сл.), ибо въ шесть тысячъ триста семьдесятъ седьмомъ году отъ сотворенія міра было призваніе этого народа (869 г. Р. X.).

V. 30. Такъ великій Меѳодій не переставалъ постоянно давать всякія вразумленія князьямъ, то путеводя (ихъ) къ благочестной жизни, то предлагая непреложный догматъ церкви, какъ нѣкую монету царскую и неподдѣльную, и напечатлѣвая въ душахъ ихъ въ неповрежденности и цѣлости. Вѣдь и тогда также были люди, искажавшіе и измѣнявшіе тѣ опредѣленія (вѣры), что отцы наши постановили Церкви Божіей, — и вводившеюся франками порчею (вѣроученія) многіе вредили своимъ душамъ, — тѣ, кои утверждали, что Сынъ рожденъ отъ Отца, а Духъ отъ Сына исходитъ.

31. Возставая противъ нихъ, святый, то изъ словъ Господа, то изъ отеческихъ изреченій, ниспровергалъ мудрованія и всякое возношеніе ихъ, возстающее на божественное знаніе, и плѣнялъ многихъ въ послушаніе Христу (2 Кор. 10, 5), обращая отъ ложнаго ученія къ истинному и неповрежденному и честными выводя (ихъ) изъ недостойныхъ и поэтому будучи и называясь устами Божіими (Іер. 15, 19). Вслѣдствіе этого ежедневно происходило умноженіе вѣрныхъ и слово Божіе росло, что, какъ мы знаемъ, говоритъ Лука объ ученіи апостоловъ (Дѣян. 6, 7 и др.), а если угодно, то и Ветхій Завѣтъ: домъ Давида шелъ (впередъ), а домъ Саула уходилъ (назадъ), каждодневно уменьшаясь (2 Цар. 3, 1).

32. Партія же еретиковъ, побѣждаемая силою слова и истиною, что только могла, вѣрнѣе же — что внушалось (имъ) отъ отца ихъ, человѣкоубійцы изъ начала (Іоан. 8, 44) и похваляющагося (своимъ) злодѣйствомъ, то и дѣлала, угнетая Святаго многочисленными бѣдствіями и искушеніями, такъ какъ они и Святополка, который послѣ Ростислава получилъ власть надъ Моравіей, — человѣка грубаго и добра не понимавщаго, — обошедши коварствомъ, всецѣло склонили къ своему ученію. Да и могъ ли онъ, будучи рабомъ женскихъ удовольствій и валяясь въ грязи скверныхъ дѣяній (ср. Прит. 7, 18), не отдаться своимъ умомъ скорѣе имъ (еретикамъ), отворявшимъ ему всѣ двери къ страстямъ, чѣмъ Меѳодію, позорившему душегубную ѣдкость всякаго удовольствія?

33. Вѣдь то, что изобрѣлъ извѣстный Евномій, основавшій ересь аномеевъ, для большаго привлеченія себѣ учениковъ, это именно замыслилъ и безмысленный родъ франковъ, то есть: все прощать грѣшникамъ такъ, безъ подвига и сокрушенія, за одно согласіе съ догматами ихъ, — и позволять грязную жизнь ради успѣха ихъ превратнаго догмата, какъ если бы кто обмѣнивались другъ съ другомъ — одинъ навозомъ, а другой грязью, — будучи конечно достойны такихъ сокровищъ торговли, въ коей и продажа нечиста и плата омерзительна.

34. Итакъ Святополкъ, развращенный этими людьми, дозволявшими ему все, весьма мало обращалъ вниманія на слова Меѳодія, — напротивъ, онъ относился къ нему, даже какъ ко врагу, ибо мерзость, сказано, грѣшнику богочестіе (Сир. 1, 25), хотя чего радостнаго не говорилъ Великій (Меѳодій) князю и чѣмъ не угрожалъ страшнымъ? То отъ божественныхъ Писаній представлялъ правоту догмата и располагалъ внимать имъ (Писаніямъ), какъ доставляющимъ жизнь и источникамъ спасенія, ибо этому и Господь научилъ (въ словахъ), что въ изслѣдованіи Писаній заключается жизнь (Іоан. 5, 39), — и Исаія заповѣдуетъ почерпать намъ воду не изъ болота ересей, но изъ источниковъ спасенія (Ис. 12, 3). А то и устрашалъ (его) тѣмъ, что если онъ присоединится къ еретикамъ, то и себя самого погубитъ и всѣхъ своихъ подданныхъ, становясь легко доступнымъ и удобопобѣдимымъ для враговъ, ибо нечестіе, хотя бы разцвѣтало не надолго, но со временемъ опадаетъ (разрушается постепенно) само собою, чтобы благочестивцы не научились злу, — и это, говорилъ онъ, послѣ его кончины сбудется съ княземъ, что и случилось по предсказаніямъ Святаго.

35. И дѣйствительно, пока Меѳодій находился въ живыхъ, — ни князь не извергалъ порожденія сердца своего, но имѣлъ василиска скрывавшимся и питавшимся въ яйцахъ аспидовъ (Ис. 59, 5), ни правосудіе не наводило на него своего бича (Псал. 31, 10), но хотя держало натянутый лукъ и оттачивало и мечъ (Псал. 7, 13), однакожъ еще не пускало стрѣлу въ сердце врага и не утверждало руки на пораженіе (Псал. 37, 2; 87, 7). Когда же Святый отошелъ и всякое зло пришло, (уже) не скрывая своего безстыдства подъ покрываломъ и личиною, но съ непристойнымъ видомъ блудницы и поднятіемъ гоненія на православныхъ: тогда уже и Богъ не умедлилъ подвергнуть князя наказанію. Но это — послѣ.

VI. 36. Тогда же Меѳодій предсказалъ князю свою кончину, имѣвшую быть спустя три дня, дѣлая это предреченіе, какъ я полагаю, въ подтвержденіе частыхъ своихъ увѣщаній. Вѣдь если это предреченіе, осуществившись на дѣлѣ, являло его пророкомъ и получившимъ чрезъ Духа прозрѣніе будущаго, то очевидно, что и ученіе, имъ проповѣдуемое, духовно и богодухновенно.

37. И созвавъ своихъ учениковъ, въ подражаніе Павлу, а лучше — моему Іисусу, утѣшаетъ ихъ и укрѣпляетъ прощальными словами, изображая дѣтямъ наслѣдство прекрасное и достойное тѣхъ трудовъ, кои онъ выносилъ, чтобы пріобрѣсти себѣ такое достояніе. Какое наслѣдство, сейчасъ же (конечно) желаете узнать? — Слова Божіи, вожделѣнныя болѣе золота и камня многоцѣннаго (Псал. 18, 11) и премудрость, которую лучше покупать, чѣмъ сокровища золота и серебра (Прит. 3, 14). Вѣдь вы знаете, говоритъ, сердечные мои, силу еретиковъ въ злѣ и какъ они, искажая Слово Божіе (2 Кор. 4, 2), всякимъ образомъ стараются напоять ближнихъ грязнымъ извращеніемъ (вѣры) (ср. 2 Тим. 2, 18; Апок. 14, 8), пользуясь и употребляя два эти (средства): убѣдительность и суровость — одно для людей болѣе простыхъ, а другое — для болѣе боязливыхъ. Но я надѣюсь и молюсь, чтобы ваши души удержались отъ того и другого. Вѣдь ни убѣдительностью словъ вы не увлечетесь и посредствомъ пустого обольщенія не восхититесь (Кол. 2, 4. 8), такъ какъ вы основаны на скалѣ апостольскаго исповѣданія и ученія, на коей созданной Церкви не одолѣютъ врата ада (Матѳ. 16, 18), ибо вѣренъ Обѣщавшій (Евр. 10, 23), — ни страхомъ какимъ не поколеблетесь въ твердыняхъ сердецъ своихъ, ибо вы знаете: не бойтесь отъ высоты дня (Псал. 55, 3-4) и убивающихъ тѣло, души же не могущихъ погубить (Матѳ. 10, 28), напротивъ — другихъ утверждайте хранить залогъ, который мы приняли отъ апостоловъ (1 Тим. 6, 20) или въ извѣстныя времена бывшихъ отцовъ, который они потребуютъ отъ насъ въ день воздаянія. Вотъ я предсказалъ вамъ и чрезъ это предсказаніе сдѣлалъ васъ отвѣтственными за грѣхъ, такъ какъ если бы не пришелъ Я, говоритъ (Спаситель), и не сказалъ имъ, грѣха не имѣли бы они (Іоан. 15, 22), — свободенъ я отъ крови вашей, ибо не удерживался говорить вамъ (Дѣян. 20, 26-27), но, по Іезекіилю, не засыпалъ надъ дѣломъ стража (Іез. 3, 17; 33, 6-7), — смотрите, какъ осмотрительно вы должны ходить, не какъ немудрые, но мудрые (Ефес. 5, 15), и со всею осторожностью охраняйте сердца ваши и братьевъ вашихъ, ибо посреди сѣтей проходить будете и по зубцамъ городскихъ стѣнъ шествовать (Сир. 9, 18), — вѣдь и по моей кончинѣ войдутъ на васъ волки лютые, не щадящіе стада (Дѣян. 20, 29), чтобы увлечь народъ вслѣдъ за собою, — коимъ противостаньте вы, твердые вѣрою, — Павелъ это вамъ чрезъ меня завѣщаетъ. Но сущій надъ всѣмъ и Богъ и Отецъ и безстрастно рожденный изъ Него прежде вѣковъ Сынъ и Духъ Святый, изъ Отца исходящій, наставитъ васъ на всякую истину и безупречными представитъ въ похвалу мою въ день Христовъ (Флп. 2, 16).

38. Сказавъ это и болѣе этого, онъ предалъ духъ свой вести ангеламъ, охранявшимъ его и во всѣхъ путяхъ сторожившимъ, блиставъ архіерействомъ двадцать четвертый годъ и многимъ трудомъ и подвигомъ устроивъ спасеніе не только свое, но и другихъ. Вѣдь онъ наблюдалъ не за собою только, но за многими, чтобы спаслись, — и днемъ и ночью тѣмъ только живя, что другимъ доставляло пользу.

А доказывается это и множествомъ пресвитеровъ, діаконовъ и иподіаконовъ, коихъ онъ, умирая, оставилъ двѣсти въ предѣлахъ своей церкви. Вѣдь если столько было однихъ служителей алтаря, то какое множество должны мы представить мірянъ. Первенство же между ними имѣлъ конечно Гораздъ, коего наше слово упомянуло ранѣе въ числѣ преимущественныхъ учениковъ Меѳодія и который отъ самого Святаго, въ концѣ его жизни, былъ объявленъ архіепископомъ моравскимъ.

VII. 39. Однако вседерзкое скопище еретиковъ не перенесло того, чтобы (въ Гораздѣ) имѣть Меѳодія и послѣ его смерти живымъ противоборцемъ (себѣ), но пріидите, сказали, сдѣлаемъ насиліе Горазду и устроимъ ковы, идо не подобна намъ жизнь его и отличны стези его и порицаетъ наши прегрѣшенія (Прем. 2, 6. 10. 12. 15), — и если онъ оставленъ будетъ жить, то оживетъ для насъ Меѳодій. И вотъ отрѣшаютъ его отъ епископской власти, а нѣкоего Вихника, упившагося крѣпкимъ виномъ ереси и другихъ способнаго напоять и за это именно преданнаго Меѳодіемъ анаѳемскому сатанѣ вмѣстѣ съ сонмомъ безумствовавшихъ съ нимъ, — этого Вихника, — о, труды и подвиги Меѳодія и Троица сливаемая въ личныхъ свойствахъ! — на престолъ (архіерейскій) возводять, вѣрнѣе же — престолъ благодаря ему низводятъ, — и насколько благодаря Меѳодію онъ (престолъ) прославлялся и возвышался надъ многими, настолько благодаря Вихнику низвергся въ бездну безславія.

VIII. 40. Такъ захватилъ онъ епископство противозаконнымъ образомъ и безъ всякаго на то права у него, самъ себѣ принявъ честь (Евр. 5, 4) я хищеніе учинивъ (Флп. 2, 6), а призваннаго отъ Бога (Евр. 5, 4) оттолкнувъ насиліемъ мышцы грѣшника (Псал. 9, 36; 36, 17). Ересь поднимаегъ голову и надмевается надъ православнымъ сонмомъ учениковъ Меѳодія. И вотъ поднявъ шумъ и возставъ на вѣрныхъ, говорятъ: Зачѣмъ вы теперь оказываетесь еще болѣе благорасположенными къ словамъ Меѳодія, смердящимъ и мертвымъ, а не присоединяетесь къ живому архіепископу и не исповѣдуете Сына изъ Отца рожденнымъ и Духа изъ Сына исходящимъ?

41. Они же чрезъ Горазда и Климента отвѣтили: Что Меѳодій еще живъ, (это) вполнѣ узнали мы отъ Господа, то говорящаго, что вѣрующій въ Него, если и умретъ, будетъ живъ (Іоан. 11, 25), — то учащаго, что Богъ называется (Богомъ) Аврааму, Исааку и Іакову, какъ живымъ, но не мертвымъ (Матѳ. 22, 32 и пар. Марк. 12, 26-27 и Лук. 20, 37-38). Въ чемъ же погрѣшаемъ, если имѣемъ въ Богѣ живущаго учителя, духовно намъ соприсущаго и собесѣдующаго и соукрѣпляющаго противъ васъ? А этой новой вѣрѣ вашей не найдя свидѣтельствъ ни въ Писаніи какомъ-либо, ни признанія ея святыми отцами, мы опасаемся подвергнуть себя анаѳемѣ, такъ такъ Павелъ ясно восклицаетъ: если кто васъ благовѣститъ вопреки тому, что вы приняли, анаѳема да будетъ (Гал. 1, 9). Вѣруемъ въ Духа Сына, какъ и въ Духа жизни и истины, кои суть Сынъ (Іоан. 14, 6), и въ Духа какъ умъ Христовъ (1 Кор. 2, 16 ср. Ис. 40, 13), происходящимъ же Его отъ Сына мы не признаёмъ и не признáемъ, — не отречемся отъ вѣры и не будемъ хуже невѣрныхъ (1 Тим. 5, 8), — нѣтъ, свидѣтельствуемъ освященіемъ благодати Святаго Духа, — но вѣруемъ, что изъ Отца исходитъ Духъ и что Его Виновникъ и Изводитель есть Родитель Сына, однакожъ Онъ (Духъ) есть Свой и Сыну и чрезъ Него (Сына) всегда подается людямъ достойнымъ. Но не одно и то же «исходить» и «подаваться». Первое указуетъ на то, «какъ есть» (существуетъ) Духъ, ибо какъ Сынъ рожденъ изъ Отца, такъ и Духъ исходитъ. А «подаваться» означаетъ не то, «какъ есть», но указуетъ на обогащеніе и раздаяніе.

42. Чтобы намъ, сколько возможно, уяснить это ученіе какимъ-либо примѣромъ, прошу тебя представить какого-либо царя, раздающаго изъ своихъ сокровищъ весьма большое богатство, которое сынъ его, принявъ, имѣетъ своею собственностью и раздаетъ благоугождающимъ ему. Царь есть Отецъ, — богатство, говоря соотвѣтственно этому сравненію, есть Духъ, розданный изъ неизреченныхъ сокровищъ Отца, — сынъ царя есть Отца (Бога) Сынъ, Коего есть Духъ и чрезъ Коего подается.

43. Видите, что Духъ, какъ мы признаемъ, не исходитъ изъ Сына, но чрезъ Сына подается. Если же тебя смущаетъ то, что Сынъ дунулъ на апостоловъ и сказалъ: примите Духа Святаго (Іоан. 20, 22), то грубо ты объяснилъ Евангелія. Онъ далъ апостоламъ одинъ изъ даровъ Духа — даръ отпущенія грѣховъ, какъ явствуетъ изъ дальнѣйшихъ словъ (ст. 23) и Исаія обычно называетъ духами дѣйствія Духа (Ис. 11, 2; 26, 18; 29, 10 др.), — но не самаго Духа даровалъ тогда ученикамъ. Ясно вѣдь, если тогда далъ Духа, то сошествіе Его въ Пятидесятницу или было излишне уже, или (это было сошествіе) иного Духа, если не было излишне. Какой же это? Какъ содержала Церковь, она является проповѣдующею одного Святаго (Духа). Если же было бы два, то который же изъ этихъ двухъ не святой? И если конечно Святой (тотъ, что) чрезъ дуновеніе (сообщенъ), и Господь далъ Его Самого, а не одинъ изъ духовныхъ даровъ, то очевидно, что сошедшій въ Пятидесятницу — не Святой. Но да обратится хула эта на головы ваши. Принимая два начала — въ Отцѣ для Сына, а въ Сынѣ для Духа, вы безумствуете другимъ какимъ то безуміемъ манихейскимъ.

44. У насъ же одинъ Богъ, и одно начало сущихъ изъ Него (Сына и Духа) — Отецъ: — Сына — Отецъ, а Духа — Изводитель, какъ и одно солнце есть начало луча и свѣта или теплоты. Такимъ образомъ лучу присущи и свѣтъ и теплота, какъ и Сыну Духъ, — и свѣтъ принадлежитъ лучу, какъ Духъ Сыну, однакожъ оба — изъ одного начала. И какъ въ этомъ примѣрѣ чрезъ лучъ сообщается тѣлесному міру свѣтъ или теплота, такъ чрезъ Сына подается умственной твари Духъ Святый на все.

45. Но если, какъ манихеи евангеліе Ѳомы, такъ и вы можете представить другое, введшее такое ученіе о Духѣ; то докажите, что оно канонизовано, и мы смолкнемъ, даже болѣе — и какъ благодѣтелей почтимъ (васъ). Если же четырьмя началами, изъ одного источника истекающими, напояется церковный рай (Быт, 2, 10), — вы признали, думаю, Матѳея, Марка, Луку и Іоанна, — то вводящій пятое евангеліе трепроклятъ.

46. Но Іоаннъ представляетъ намъ Сына говорящимъ о Духѣ Истины, что отъ Отца исходитъ (Іоан. 15, 26). Перестаньте же устроять болѣе противъ самихъ себя вооружающійся мечъ (Быт. 3, 24). Перестаньте сопротивляться Сыну Божію, Великому Евангелисту, изъ Коего, чрезъ Коего и для Коего и Евангеліе все, — и безъ Духа Святаго о Духѣ учить, а вѣрнѣе — говорить по внушенію противнаго духа.

IX. 47. При этомъ сообщники Вихника не сдержались, зажали уши (Дѣян. 7, 58), какъ нѣкогда камнями побивавшіе Стефана, мужественнаго свидѣтеля Слова, — и это одно только хорошо дѣлали, какъ недостойные слушать это, — принялись шумѣть и приводить все въ безпорядокъ и едва не вступили въ рукопашный бой противъ православныхъ, давая руки въ помощь уставшему языку.

48. Но наконецъ прекратили это и обратились къ послѣднему убѣжищу своему — грязному Святополку, и клевещутъ на православныхъ, будто они замышляютъ нововведенія и могутъ возстать противъ его власти, если не будутъ согласоваться съ княземъ въ ученіи, такъ какъ противомысліе есть и противоборство. Онъ, призвавъ приверженцевъ Меѳодія, говоритъ: Зачѣмъ этотъ расколъ устрояется у васъ, и каждый день вы враждебно схватываетесь другъ съ другомъ? Не братья ли всѣ вы, не христіанской ли религіи? Ради чего же не соглашаетесь другъ съ другомъ и не стараетесь о единеніи?

49. Они же чрезъ Горазда и Климента, — это они вели рѣчь, — какъ бы своими устами, отвѣчали: Князь! Длинныя бесѣды надлежало бы намъ вести объ этомъ, ибо не относительно маловажнаго предмета и не ради маловажнаго дѣла предстоитъ намъ опасность, но относительно церковнаго догмата, касающагося блаженной Троицы и души, что для насъ всего ближе. Но такъ какъ твоя неосвѣдомленность въ Писаніяхъ не позволяетъ тебѣ слушать болѣе продолжительныя и глубокія разсужденія, то на твой вопросъ у насъ простой отвѣтъ (такой), что расколъ является у насъ потому, что и Господь пришелъ вергнуть мечъ и раздѣлить лучшее отъ худшаго (Матѳ. 10, 34-35; 25, 32-33), — и Давида мы слышимъ ненавидящаго ненавидящихъ Господа и весьма чтущаго друзей Христа (Псал. 118, 17. 21). А христіанами мы никогда не признали бы тѣхъ, кои не принимаютъ Евангелія, ибо тогда какъ тамъ Одинъ изъ Троицы, Сынъ Божій, сказалъ: Духъ Истины, что отъ Отца исходитъ (Іоан. 15, 26), эти утверждаютъ, что Духъ исходитъ изъ Сына. Но если бы это было совершенно такъ, то что препятствовало бы Господу сказать: Духъ Истины, что отъ Меня исходитъ? — Это — одно.

А второе объявилъ о Святомъ Духѣ второй, бывшій въ Константинополѣ, соборъ сошедшихся со всей вселенной архіереевъ, такъ какъ для того и собирался, чтобы опровергнуть духоборца Македонія. Изложилъ онъ и символъ вѣры не для опроверженія постановленнаго соборомъ, бывшимъ въ Никеѣ, но то, чего недоставало тому (собору Никейскому), такъ какъ тогда вѣдь не возбуждались споры о Духѣ, — это восполнялъ сей (соборъ Константинопольскій) и (такимъ образомъ) дочь покрывала недостатокъ матери.

50. Въ этомъ-то символѣ, который ежедневно возглашаешь въ церкви и ты, князь, переведенномъ съ греческихъ книгъ, мы увидимъ, исповѣдать ли вѣру въ Духа, исходящаго изъ Сына, или изъ Отца. Какъ же мы согласимся съ мудрствующими вопреки Евангелію и изложенію отцевъ при участіи Духа, — отъ земли глашатаями подобно чревовѣщательницамъ (Ис. 8, 19; 19, 3 ср. 29, 4)? Какое общеніе свѣту со тьмою? говоритъ божественный апостолъ (2 Кор. 6, 14).

51. Итакъ, если они перемѣнятъ свои мнѣнія и станутъ на сторону Евангелія и отцевъ, то придемъ къ нимъ какъ къ братьямъ, обнимемся и облобызаемся. А если, отвергая единаго Наставника нашего Христа, пойдутъ вслѣдъ своего ума и осуетятся въ помыслахъ своихъ (Рим. 1, 21), то мы никакъ не допустимъ себѣ понимать догматъ о Троицѣ подъ руководствомъ такихъ наставниковъ.

Это отвѣчалъ сонмъ православныхъ, поручивъ говорить за себя Горазду и Клименту.

X. 52. Но князь едва понялъ немногое что изъ сказаннаго, такъ какъ былъ всецѣло слабоуменъ для разумѣнія какихъ-либо божественныхъ предметовъ, и воспитаніе получивъ болѣе варварское и вообще сказать скотоподобное и вмѣстѣ съ тѣмъ помрачивъ свой умъ нечистыми удовольствіями, какъ сказано (объ этомъ выше). Какъ же могъ войти въ разсужденія о Святой Троицѣ человѣкъ, совершенно не имѣвшій святости цѣломудрія, безъ коей никто не узритъ Господа (Евр. 12, 14)? Однакожъ, наученный еретиками, ибо былъ вполнѣ имъ преданъ, далъ такой отвѣтъ православнымъ:

53. Я сознаю въ себѣ большое невѣжество и простецъ я въ догматахъ, — развѣ только не безграмотенъ, — однакожъ христіанство принимаю и буду принимать. Но этихъ недоумѣній, какія вы возбуждаете, я не въ состояніи рѣшать посредствомъ разсужденій и различать лжеучителя отъ православнаго. Поэтому, какъ христіанинъ, разсужу васъ. Конечно и объ этомъ догматѣ рѣшу такъ, какъ привыкъ я рѣшать и о другихъ дѣлахъ: кто первый придетъ и поклянется, что онъ вѣруетъ хорошо и православно, тотъ по моему суду ни въ чемъ не погрѣшаетъ противъ точности въ вѣрѣ, тому и церковь передамъ и предоставлю конечно пресвитерство церковное.

XI. 54. И вотъ франки, весьма сильно расположенные къ этой клятвѣ, не дождавшись даже конца рѣшенія княжескаго, дали клятву и установили свое злоученіе, положивъ безумному суду соотвѣтственное окончаніе. У такихъ судей ересь увѣнчалась побѣдою надъ православіемъ и получила всякую власть насильничать надъ истинными рабами Христовыми и стражами вѣры: ибо, говоритъ князь, если кто будетъ уличенъ въ невѣріи согласно вѣроизложенію франковъ, тотъ будетъ преданъ тѣмъ самымъ (франкамъ), кои могутъ дѣлать съ нимъ, что хотятъ.

55. Какое слово сможетъ изъяснить, что послѣ этого совершила, получивъ власть, злоба? — Настоящій огонь въ лѣсу, раздуваемый вѣтромъ: одни принуждали согласиться съ лукавымъ догматомъ, другіе защищали вѣру отцевъ, — одни были готовы все дѣлать, другіе — все терпѣть, — иныхъ безчеловѣчно мучили, — у другихъ расхищали жилища, къ нечестію присоединяя лихоимство, — иныхъ нагими таскали по терновнику, и притомъ людей старыхъ и переступившихъ давидовскіе предѣлы возраста (Псал. 89, 10). А которые изъ пресвитеровъ и діаконовъ были помоложе, тѣхъ даже іудеямъ продавали, достойные іудиной участи и удавленія, ибо какъ тотъ Христа, такъ эти рабовъ Христа, вѣрнѣе же — друзей, по Его собственному слову (Іоан. 15, 14-15), — я дерзнулъ бы даже сказать и христовъ, — предавали всегда преогорчавающимъ (Евр. 3, 8; Іез. 2, 3; Псал. 77, 40 др.). А было ихъ совсѣмъ не мало, но, какъ мы выше сказали, до двухъ сотъ считалось (однихъ только) служителей алтаря.

XII. 56. А тѣ, что имѣли на себѣ должность учителей, какъ тотъ самый Гораздъ, о коемъ мы часто упоминали, — коего, какъ происходившаго изъ Моравіи и весьма сильнаго въ обоихъ языкахъ — какъ славянскомъ такъ и греческомъ — добродѣтель Меѳодія даровала престолу (епископскому), а злоба еретиковъ, удаленіемъ этого человѣка (съ престола), лишила престолъ украшенія, — но также и Климентъ пресвитеръ, человѣкъ ученѣйшій, — и Лаврентій, и Наумъ, и Ангеларій: — этихъ именно и очень многихъ другихъ знаменитыхъ держали закованными желѣзомъ, заключивъ въ тюрьмы, гдѣ воспрещалось всякое утѣшеніе, такъ какъ ни родственники ни знакомые ни подъ какимъ видомъ не осмѣливались на посѣщеніе ихъ. Но утѣшающій смиренныхъ Господь (2 Кор. 7, 6), исцѣляющій сокрушенныхъ сердцемъ (Псал. 146, 3), радующій душу посредствомъ утѣшеній, соразмѣряемыхъ со множествомъ скорбей (Псал. 93, 19), — утѣшилъ Святыхъ, пославъ имъ помощь отъ Святаго (Псал. 19, 3).

57. Это потому, что они, и будучи отягчены желѣзомъ оковъ, даже въ такомъ положеніи не оставляли въ небреженіи молитву, но, воспѣвъ пѣсни третьяго часа, потомъ пропѣли еще и припѣвъ къ псалмамъ, въ коемъ мы молимся, чтобы Всесвятый Духъ, посланный въ третій часъ апостоламъ, былъ обновленъ въ насъ. И Богъ, призрѣвъ на землю, заставилъ ее трястись (Псал. 103, 32), и землетрясеніе великое сдѣлалось, какъ въ то время, когда Павелъ молился въ оковахъ, и какъ бы шумъ съ неба, и оковы спали (Дѣян. 16, 26 и 2, 2), — и вотъ доселѣшніе узники свободны, связуемые одною только неразрывною любовью ко Христу. Такъ потрясъ Богъ землю и смутилъ (Псал. 59, 4).

58. Потрясены были конечно и жители того города и смущены были случившимся, такъ что удивлялись и недоумѣвали, что бы значило это знаменіе Божіе. Когда же приблизились къ тюрьмѣ и увидали, что случилось со Святыми и какъ, по спаденіи оковъ, они пребывали на всей свободѣ, получивъ слухомъ, какъ говоритъ Давидъ, божественную радость (Псал. 50, 10), — тогда поспѣшно пришли къ князю и говорятъ: Что это? Доколѣ станемъ вооружаться противъ силы Божіей? Доколѣ не обратимъ взоры къ свѣту истины? Но глаза имѣемъ, и не видимъ, — уши (имѣемъ), и не слышимъ, какъ идолы у Давида (Псал. 113, 12-16; 134, 15-18), — или, если угодно, люди, получившіе духъ усыпленія, у Исаіи (29, 10)? Ужели не уразумѣемъ совершившагося чуда? Ужели не устыдимся божественнаго знаменія? Не лучше ли намъ быть узниками почитанія къ этимъ (людямъ), освобожденнымъ отъ узъ?

59. Но языкъ еретиковъ снова пытается клеветать на чудо, какъ языкъ фарисеевъ (Матѳ. 12, 24) на совершаемыя тогда Господомъ (чудеса): явныя, говорятъ, это волшебства и чары маговъ, другимъ образомъ привлекая Веельзевула къ необычайности этого дѣла, (сами) наполненные его силою.

60. Потомъ опять, — долженствовало вѣдь неразумному князю не разумѣть (этого), — Святыхъ подвергли оковамъ, тягчайшимъ прежнихъ, и притѣсненіямъ въ тюрьмѣ, болѣе прежнихъ безотраднымъ. Прошли три дня, и снова, при совершеніи ими молитвы третьяго часа, происходитъ то же самое, что прежде: (земле)трясеніе при шумѣ съ неба и спаденіе оковъ. И снова богоборцы, ничего не объявивъ князю о событіи, подвергли Святыхъ тѣмъ же самымъ притѣсненіямъ, коихъ, по суду истины, сами вполнѣ были достойны.

61. Но предметомъ взаимнаго соревнованія является Богъ съ той и другой стороны: отсюда (ложно) — злобственное дѣло, оттуда (истинно) — радостный догматъ. Опять, по прошествіи десяти дней, въ третій разъ подвижники были посѣщены Востокомъ съ высоты (Лук. 1, 78), а безчувственные еретики опять пребывали въ томъ же самомъ ослѣпленіи, кривое не становилось прямымъ и недостатокъ разума въ познаніи добра не исправлялся (Еккл. 1, 15).

62. Итакъ, къ боли ранъ прибавили Святымъ нѣчто болѣе. Такъ какъ они получили разрѣшеніе отъ князя поступать по своему усмотрѣнію, то выводятъ ихъ изъ тюрьмы и безчестятъ ударами, какъ говорится, безчеловѣчными, не оказавъ пощады ни сѣдинамъ ни немощи, которую многія притѣсненія причинили тѣламъ Святыхъ.

XIII. 63. Не зналъ однакожъ ничего этого князь, рабствовавшій тѣмъ еретикамъ. Онъ случайно отсутствовалъ. Вѣдь если бы присутствовалъ, то (еретики) не сдѣлали бы этого съ исповѣдниками истины, ибо хотя онъ въ тысячу разъ болѣе сочувствовалъ франкамъ и былъ полузвѣрь и необузданъ, но боялся добродѣтели священныхъ мужей, особенно когда Богъ трижды совершилъ чудо.

64. Послѣ тѣхъ безчеловѣчныхъ ударовъ, не допустивъ святымъ даже принять пищу, ибо они никому не позволяли бросить рабамъ Христа, вѣрнѣе же — христамъ, ни кусочка хлѣба, — отдали ихъ воинамъ отвести каждаго въ разныя мѣста при Истрѣ (Дунаѣ), осудивъ небесныхъ гражданъ на всегдашнее изгнаніе изъ города.

65. Воины, люди варварскіе, именно нѣмцы, — обладая дикостью уже по природѣ, но увеличивъ ее еще и приказомъ, — взявъ Святыхъ, выводятъ изъ города, раздѣваютъ и волочатъ нагими. За одинъ разъ причиняли имъ двѣ муки: безчестіе и страданіе отъ ледянаго воздуха, всегда лежащаго на мѣстностяхъ при-истрійскихъ. Даже и мечи прикладывали къ ихъ шеямъ, какъ бы съ намѣреніемъ поразить, — и копья приставляли къ бокамъ, какъ бы желая вонзить, чтобы не одною только смертью умерли, но столько разъ, сколько ожидали. И это все наказано было воинамъ отъ враговъ. Когда же они были далеко отъ города, то, оставивъ ихъ, ведшіе взяли обратный путь къ городу.

XIV. 66. А исповѣдники Христовы, зная повелѣніе Господа преслѣдуемымъ (данное) — изъ этого города бѣгать въ другой (Матѳ. 10, 23), — стремились въ Болгарію, о Болгаріи помышляли, Болгарія, надѣялись, дастъ имъ покой. Однакожъ и въ этомъ не имѣли увѣренности, если не скроютъ своего пути. Поэтому и старались укрываться отъ всякихъ глазъ, нуждаясь въ пищѣ и одеждѣ (и) испытавъ всякія притѣсненія. Итакъ они принуждены были изъ страха отдѣлиться другъ отъ друга и разсѣялись въ разныя мѣста, по Божіей на то волѣ, чтобы тѣмъ большій кругъ странъ охватить Евангеліемъ.

XV. 67. Климентъ, взявъ съ собою Наума и Ангеларія, пошелъ по дорогѣ, ведшей къ Истру. И вотъ встрѣчаютъ одно селеніе, намѣреваясь найти здѣсь подобающее утѣшеніе своимъ тѣламъ, изнуреннымъ отсутствіемъ пищи и крова. Спросивъ, кто въ селеніи боголюбивъ и страннолюбивъ и извѣстенъ благочестивою жизнью, и тѣмъ самымъ есть сынъ мира Христова (Іоан. 14, 27, — Кол. 3, 15), — когда отыскали такого, у него нашли себѣ гостепріимство.

68. Былъ у него отрокъ и единородный и прекрасный и въ возрастѣ цвѣтущемъ. И вотъ, какъ только вошли въ домъ странники, и сынъ вышелъ изъ жизни, этотъ прекрасный (сынъ), единственное око у отца, благоцвѣтнѣйшая отрасль рода.

69. Что, думаете, почувствовалъ отецъ? Чего изъ-за отрока не сказалъ странникамъ, несчастно и жалко подвергшись такой печали? — Хорошая (говорилъ онъ) это награда за гостепріимство! За тѣмъ ли я двери вамъ отворилъ, чтобы у меня домъ заперся, лишившись наслѣдника? За тѣмъ ли десницу вамъ подалъ я, чтобы единственную у меня десницу потерять? О, горькій этотъ день, когда вы пришли къ селенію! О, темный этотъ свѣтъ, что привелъ васъ къ моему дому! Вѣроятно, чародѣи — вы и враги Единому Богу, и это я получаю отъ Него наказаніе за то, что удостоилъ моего крова ненавистныхъ Ему (людей)! Много и другихъ принималъ я въ свой домъ, плодонося Богу отъ имущества моего и жертвуя, что могъ! Но Господь умножалъ мнѣ имущество, — оно не убывало, а прибывало, — трату я находилъ прибыткомъ и сѣмя для благословеніяжатвою благословенною, нивою преумноженною (2 Кор. 9, 6. 10). А теперь!... Но, о возлюбленнѣйшій мой отрокъ, всѣхъ пріобрѣтеній для меня прекраснѣйшій и пріятнѣйшій, что даже милѣе моего сердца и желаннѣе самой жизни, — ты сталъ жертвою прихода этихъ проклятыхъ! Вѣрно это колдуны, демоны-убійцы, услаждающіеся смертями дѣтей! Но вы вѣдь не избѣжите наказанія, хотя бы употребили всѣ свои чары, — впадете въ руки отца, оплакивающаго ради васъ сына, сына прекраснаго и единороднаго, — и за все, что вы сдѣлали, теперь получите достойное возмездіе! И требовалъ уже на нихъ оковъ и наказаній.

70. Они же и сами не менѣе отца страдали. Да и что (другое) могли испытывать ихъ сострадательныя и человѣколюбныя души? А сверхъ того испытывали и стыдъ. Но, полагаясь на вѣру, коей, по слову Господа, все возможно (Марк. 9, 23) и даже невозможное (Лук. 18, 27), разсудили обратиться къ молитвѣ, а пламень гнѣва отца успокоивая кротко и смягчая суровость справедливаго негодованія.

71. Мы, сказали они, о человѣкъ Божій, не чародѣи, напротивъ — даже проклинаемъ таковыхъ на все худшее, но служимъ Богу Истинному, о Коемъ слышали и вѣруемъ, что Онъ страшенъ для привратниковъ ада (Іов. 38, 17), Кто и прикосновеніемъ руки преодолѣваетъ смерть (Лук. 7, 14) и однимъ только гласомъ даруетъ жизнь четверодневному и смердящему мертвецу (Іоан. 11, 39. 43). Если поэтому ты думаешь, что мы виновники смерти твоему отроку, то положись на насъ, ибо мы убѣждены, что ради насъ Господь даруетъ ему жизнь. И вотъ, помолившись объ отрокѣ, — о новое чудо! о всегда сіяющая благодать Твоя, Спаситель Христе! — представили живаго сына тоскующему отцу.

72. Что же отецъ? — Святые, рабы Божіи, спасители моего дома! взывалъ онъ, будучи отъ радости не въ настоящемъ (обычномъ) состояніи, но въ какомъ-то восторгѣ и изступленіи крича, — простите мнѣ, отцы праведные, простите, я находился въ совершенномъ невѣдѣніи о васъ, превышающемъ всякое наказаніе! Но вотъ вамъ мое (имущество), и я самъ буду вашимъ слугою, пользуйтесь моимъ (имуществомъ), дѣлайте со мною, что хотите, только бы видѣть мнѣ моего отрока, коего вы мнѣ нынѣ родили!

XVI. 73. Но они, довольные вѣрою этого человѣка и поспѣшая въ предлежавшій путь, ограничили привѣтливость его только путевыми запасами и пошли по дорогѣ къ Истру, отпущенные съ великою честью человѣкомъ, удостоеннымъ такого чуда. Когда же пришли на берега Истра и увидѣли потокъ большой и непроходимый, то, связавъ три дерева липовымъ лыкомъ и охраняемые вышнею силою, переправились чрезъ рѣку и, избѣгая потопа ересей, по божественному промышленію, спаслись посредствомъ деревъ. И, пришедши въ Бѣлградъ, — это городъ знаменитѣйшій изъ находящихся при Истрѣ, — явились къ Боритакану, въ то время охранявшему его, — и ему, желавшему узнать, разсказали все бывшее съ ними. А такъ какъ онъ, узнавъ это, получилъ понятіе о нихъ, что это великіе люди и близкіе Богу, то рѣшилъ, что этихъ иностранцевъ надо отослать къ князю болгарскому Борису, коего намѣстникомъ онъ былъ, ибо зналъ онъ, что Борисъ ищетъ такихъ людей. Итакъ, давъ имъ отдыхъ отъ долгаго изнуренія (пути), потомъ послалъ князю этотъ многоцѣнный даръ, объявивъ ему, что это именно такіе люди, какихъ онъ сильно желалъ и искалъ.

74. Когда они пришли къ Борису и были приняты съ почестью и какъ подобало людямъ, достойнымъ всякаго уваженія и почтенія, — онъ разспрашивалъ объ ихъ приключеніяхъ, и они разсказывали все отъ начала до конца, ничего не опуская. Выслушавъ это, князь усердно возблагодарилъ Бога, пославшаго таковыхъ служителей Своихъ благодѣтелями для Болгаріи, даровавшаго учителей и устроителей вѣры (1 Ѳес. 3, 10), не какихъ-нибудь людей простыхъ, но исповѣдниковъ и мучениковъ.

Давъ имъ свойственныя священникамъ одежды и привѣтствовавъ всякою честью, приказалъ отдать имъ помѣщенія, назначенныя для первыхъ его друзей, и предоставилъ имъ все изобиліе необходимыхъ предметовъ, хорошо зная, что обращеніе помысловъ къ заботѣ о какой-нибудь малой нуждѣ тѣла весьма много отнимаетъ отъ посвященныхъ Богу занятій. А его самого охватило сильное желаніе каждый день бесѣдовать съ ними, узнавать древнія исторіи и житія святыхъ и устами ихъ прочитывать Писанія.

75. Но и тѣ, кто у нихъ (при немъ) преимуществовали надъ другими какъ важностью рода, такъ и силою богатства, — они, приходя къ святымъ, какъ дѣти къ учителямъ, спрашивали о всемъ, касающемся спасенія, и, черпая изъ этихъ всегда текущихъ источниковъ, и сами пили и домашнимъ своимъ передавали эту воду. И каждый изъ нихъ весьма ревностно старался предъ Святыми о томъ, какъ бы убѣдить ихъ вступить въ домъ его, считая освященіемъ (его) присутствіе (въ немъ этихъ) учителей и вѣруя, что гдѣ будутъ эти трое, соединенные во всемъ и душами и тѣлами, тамъ присутствуетъ и Господь (Матѳ. 18, 20).

76. Однакожъ Святые, избѣгая сумятицы, а вмѣстѣ съ тѣмъ стараясь сдѣлать и угодное князю, не рѣшались вступать въ дома многихъ людей, развѣ только когда самъ боголюбивый князь позволялъ имъ (это). Такъ одинъ болгаринъ, по прозванію Эхачъ, сановный вельможа, придя къ князю, просилъ о принятіи священнѣйшаго Климента съ преподобнымъ Наумомъ въ свой домъ. И онъ (князь), — такъ какъ обращавшійся съ просьбою былъ угоденъ ему, — охотно дозволилъ и сказалъ: со всякою честью прими учителей (этихъ), пока мы окончательно не устроимъ относительно ихъ все, что надо сдѣлать.

77. Освящается и домъ у Часлава пришествіемъ Ангеларія, ибо и на его просьбу принять этого учителя князь далъ (милостивое) согласіе. Но не долго могъ Чаславъ пользоваться пребываніемъ его въ сей жизни, ибо, проживъ у него нѣсколько времени, Ангеларій не безъ радости предалъ душу свою въ руки святыхъ ангеловъ. А Климентъ и Наумъ пребывали у Ехача, удостоиваемые всякой чести и сами удостоивая большихъ и достолюбезнѣйшихъ даровъ, такъ какъ, сѣя духовное, пожинали плотское (у) этого человѣка (1 Кор. 9, 11).

XVII. 78. Потомъ, такъ какъ этотъ истинный воевода Божій, коего выше слово наше наименовало Борисомъ, не переставалъ направлять свои помыслы къ тому, чтобы доставить этимъ священнымъ мужамъ все для неослабнаго дѣла Божія: то онъ, какъ Богъ внушилъ ему на разумъ, отдѣляетъ Кутмичевицу отъ Котокія и начальникомъ надъ нею поставляетъ Доб(в)ету, отдѣливъ его отъ области (діоцеза), — передаетъ Добетѣ блаженнаго Климента, вѣрнѣе же — Добету Клименту, или точнѣе сказать — одного другому: одного, какъ послушнаго во всемъ, — а другаго, какъ долженствовавшаго пользоваться первымъ, какъ помощникомъ, для (достиженія) своихъ намѣреній. Климентъ посылался учителемъ Кутмичевицы, и всѣмъ житетелямъ этой страны объявлялся приказъ принимать Святаго съ радушіемъ и почестями, даставлять ему въ изобиліи все и наилучшее, чествовать дарами и посредствомъ видимыхъ предметовъ дѣлать общимъ для всѣхъ вложенное въ душѣ сокровище любви и, къ довершенію почтительности къ нему, самъ Борисъ пожертвовалъ треблаженному Клименту три дворца въ Діаволѣ [въ Дѣволѣ] замѣчательнѣйшихъ по великолѣпію, принадлежавшихъ боярскому (комитскому) роду. Но также и въ Ахридѣ и Главеницѣ подарилъ ему мѣста отдохновенія.

XVIII. 79. Вотъ что и сколько сдѣлано было княземъ. И такимъ образомъ чудная душа, изливавшая, сколько могла, свою любовь о Христѣ на служителя Христова, представляла и для другихъ образецъ такой достохвальной почтительности.

80. А дѣянія Климента каковы? Усыпленный почестями и возмнивъ о себѣ выше того, чѣмъ былъ, не сталъ ли онъ потомъ жить роскошнѣе, думая, что онъ все уже совершилъ?

Отнюдь нѣтъ. Но, какъ бы еще ничѣмъ и нимало не служивъ Христу, эти именно почести полагалъ началомъ своего подвига въ словѣ и своего старанія въ проповѣди и, чтобы не обмануть князя въ его надеждахъ на него, никогда не прекращалъ своихъ заботъ объ этомъ. Безъ сомнѣнія онъ, обходя всѣ страны, о коихъ мы упомянули, велегласно возвѣщалъ язычникамъ спасеніе Божіе и всѣмъ вообще, бесѣдуя и о спасительныхъ заповѣдяхъ Христовыхъ и о божественныхъ догматахъ и убѣждая, что какъ добродѣтельное житіе безъ здравыхъ догматовъ въ сущности мертво и смрадно, такъ и догматы безъ житія (добродѣтельнаго) не приводятъ къ жизни (вѣчной). Одно онъ старается уподобить слѣпцу, имѣющему руки и ноги, а другое — зрячему, лишенному рукъ и ногъ.

81. Въ каждомъ округѣ имѣя нѣкоторыхъ избранниковъ изъ прочихъ, — впрочемъ не малочисленныхъ, ибо до трехъ тысячъ и пятисотъ насчитывались, — съ ними больше сопребывалъ и раскрывалъ наиболѣе глубокія изъ Писаній, — а насъ смиренныхъ и недостойныхъ, по своей любви и благости, сдѣлалъ болѣе другихъ близкими къ себѣ, — и мы всегда сопребывали съ нимъ, присутствуя при всемъ, что онъ дѣлалъ, что говорилъ, чему чрезъ то и другое училъ.

82. Мы никогда не видали его празднымъ, но или дѣтей обучалъ, и это — разнообразно: однимъ показывая начертаніе буквъ, другимъ объясняя смыслъ написаннаго, инымъ направляя руки для письма, — и не днемъ только, но и ночью, или предавался молитвѣ, или занимался чтеніемъ, или писалъ книги, а иногда въ одно и то же время отдавался двумъ дѣламъ, и занимаясь письмомъ и преподавая дѣтямъ какую либо изъ наукъ, ибо зналъ, что праздность научаетъ всякому злу, какъ учительница всякому добру премудрость изрекла чрезъ одного изъ своихъ служителей (Сир. 33, 28).

83. Поэтому ученики его оказались лучше всѣхъ и жизнію и словомъ (разумомъ), ибо такъ хорошо насажденнымъ и такъ тщательно политымъ надлежало и быть возращенными отъ Бога (1 Кор. 3, 7). Изъ нихъ онъ посвящаетъ чтецовъ, иподіаконовъ, діаконовъ и пресвитеровъ. Въ каждомъ округѣ дѣла правились тремя стами учениками, кои, не будучи сами наемниками, не несли никакихъ повинностей князю, но служили Богу и были назначены Ему подати платить, а вѣрнѣе — возвращать долгъ.

Вотъ что совершилъ Климентъ въ цѣлые семь лѣтъ.

XIX. 84. Но восьмой годъ его учительства уже былъ и послѣднимъ жизни раба Божія Михаила-Бориса, освященнаго князя болгарскаго. Княжество принимаетъ его сынъ Владиміръ. Проживъ четыре года на княжествѣ, отошелъ отъ (жизни среди) людей, а наслѣдникомъ всего сталъ братъ его Симеонъ, который и объявленъ былъ первый царемъ болгарскимъ. Его родилъ Михаилъ по образу своему и по подобію своему (Быт. 1, 26), сохранявшимъ неподдѣльныя черты его доброты. И для всѣхъ онъ былъ простъ и добръ, но особенно къ отличавшимся святостью нравовъ и христіанскимъ проявленіемъ жизни, — вѣру горячую показывалъ и ревностью по домѣ Божіемъ былъ снѣдаемъ (Псал. 68, 10; Іоан 2, 17). И такимъ образомъ онъ восполнилъ недостатокъ отца увеличивъ божественную проповѣдь, повсюду построенными церквами непоколебимо утвердивъ православіе и давъ широкій и безпрепятственный путь закону Божію.

XX. 85. Когда же молва, дѣлавшая Климента великимъ и все болѣе и болѣе увеличивавшая славу о немъ, — какъ справедливо положившемъ восхожденія въ сердцѣ своемъ (Псал. 83, 6), — совершенно захватила и царя Симеона и сдѣлала его приверженцемъ учителя добродѣтели, — тогда царь призываетъ къ себѣ Святаго, вступаетъ съ нимъ въ бесѣду и, получивъ освященіе отъ самой его внѣшности, — ибо видомъ своимъ блаженный былъ весьма почтенный даже для враговъ, — высказывалъ много похвалъ странѣ болгарской и считалъ блаженнымъ свое царство за то, что оно получило такое благо отъ Бога.

86. Послѣ того, посовѣтывавшись съ благоразумнѣйшими изъ своихъ приближенныхъ, кои всѣ уважали Климента какъ отца, вѣря, что только то одно угодно Богу, чѣмъ они воздаютъ честь ему (Клименту), — онъ (царь) предлагаетъ (поставить) его въ епископа Дремвицы или Велицы, — и такимъ образомъ Климентъ поставляется первымъ епископомъ болгарскому народу. Когда же вручено было ему дѣло епископства, то этотъ высокій санъ онъ сдѣлалъ ступенью возвышенія къ Богу и къ прежнимъ трудамъ прибавилъ гораздо болѣе (новыхъ).

XXI. 87. Соломонъ говоритъ, что прибавляющій знаніе прибавилъ скорбь (Еккл. 1, 18). И Симеонъ, прибавляя Клименту честь, прибавилъ скорбь, ибо онъ (Климентъ) нашелъ, что народъ этого округа совсѣмъ не свѣдущъ въ божественномъ словѣ и писаніяхъ и не обученъ ничему, что украшаетъ Церковь и устрояетъ народъ духомъ благочинія и порядка, — и не давалъ сна очамъ, ни дреманія вѣкамъ (Псал. 131, 4), но пищею и усладою для себя сдѣлалъ заботу о народѣ, — и всегда поучалъ, и всегда устроялъ, невѣжество исправляя, безпорядокъ упорядочивая, для всѣхъ бывая всѣмъ (1 Кор. 9, 22) сообразно съ нуждою каждаго. Клиръ онъ наставлялъ церковному благочинію и псалмопѣніямъ и молитвамъ, такъ что клириковъ своего епископата сдѣлалъ стоящими нисколько не ниже славившихся этимъ, напротивъ — болѣе всѣхъ вращавшимися во всемъ достохвальномъ. А въ народѣ онъ укрѣплялъ умы и на скалѣ праваго служенія христіанскаго устроялъ ему утвержденіе вѣры (Кол. 2, 5), ибо онъ былъ совсѣмъ невѣжествененъ и вообще сказать скотоподобенъ.

88. Что же? Такъ питалъ онъ словомъ, этимъ истиннымъ хлѣбомъ и дѣйствительно укрѣпляющимъ сердца, но развѣ онъ не радѣлъ и о томъ, чтобы тѣлесно питать всѣхъ, кого находилъ нуждающимся въ такой пищѣ? Но тогда онъ только на половину подражалъ бы его Іисусу, о Коемъ зналъ, что вмѣстѣ съ ученіемъ Онъ питалъ неразумныхъ и хлѣбами (Іоан. 6, 11. 66). Поэтому и отцемъ сиротъ былъ онъ (Псал. 9, 35), и вдовъ помощникомъ (Псал. 67, 5), всячески заботившимся о нихъ, — а дверь всякому вообще отворялась бѣдняку, и странникъ не оставался внѣ (Іов. 31, 32).

XXII. 89. Цѣлью своей жизни онъ дѣлалъ великаго Меѳодія и старался и молился о томъ, чтобы не уклониться отъ подражанія ему. Его жизнь и дѣянія поставивъ задачею своего поведенія, какъ нѣкую картину опытнаго въ искусствѣ живописца, онъ тщательно живописалъ себя сообразно съ нимъ. Вѣдь какъ никто другой, зналъ онъ жизнь его, такъ какъ еще съ юности и молодости послѣдовалъ ему и воочію видѣлъ всѣ дѣла учителя.

90. Сознавая грубость народа и совершенную тупость въ разумѣніи Писаній и что многіе болгарскіе іереи съ трудомъ понимаютъ греческій языкъ, коего буквами они украсили себя для одного только чтенія, и потому скотоподобны, такъ какъ не было на болгарскомъ языкѣ праздничныхъ словъ, — итакъ, сознавая это, онъ старается и противъ этого и своими стараніями разрушаетъ стѣну невѣжества: на всѣ праздники составивъ (поучительныя) слова, простыя и ясныя, не имѣвшія ничего труднаго для уразумѣнія, но такія, кои не были недоступны даже для самого неразвитаго болгарина, посредствомъ нихъ напиталъ души простѣйшихъ болгаръ, молокомъ напоивъ не могшихъ принимать болѣе твердой пищи и явившись другимъ Павломъ для болгаръ — другихъ коринѳянъ (1 Кор. 3, 2).

91. Чрезъ нихъ можно научиться таинствамъ совершаемыхъ празднествъ какъ Христа такъ и о Христѣ. И въ честь памятей Всесвятой Богородицы, часто, какъ знаете, бываюшихъ въ году, въ своихъ словахъ Климентъ расточаетъ похвалы и разсказы о чудесахъ Ея. Не найдешь и Крестителя безъ похвальныхъ словъ, но узнаешь и о чудесныхъ обрѣтеніяхъ его главы. Встрѣтишь также житія и путешествія пророковъ и апостоловъ и подвигами мучениковъ возлетишь къ Принявшему ихъ къ Себѣ чрезъ кровь ихъ (Свою)! Ты любишь и поведеніе преподобныхъ отцовъ и ревнитель образа жизни почти безплотнаго и безкровнаго? — Найдешь и это обработаннымъ на болгарскомъ языкѣ премудрымъ Климентомъ. Вѣдь это все имѣется на сохраненіи у трудолюбцевъ. Что еще? И пѣсненными канонами обильно снабдилъ Церковь, — частію составленными на многихъ изъ святыхъ, а частію молитвенными (и) благодарственными къ Всенепорочной Божіей Матери, — и вообще все, касающееся Церкви, чѣмъ украшаются памяти Бога и святыхъ и души умиляются, — (все это) Климентъ предалъ намъ болгарамъ.

XXIII. 92. Это (все) оставилъ онъ и въ монастырѣ своемъ, что въ Ахридѣ построилъ, когда еще пребывалъ въ жизни блаженнѣйшій Борисъ, прежде чѣмъ совсѣмъ принялъ величскую епископію. Когда онъ увидалъ, что этотъ князь всю подвластную ему Болгарію опоясалъ семью соборными храмами и какъ бы нѣкій свѣтильникъ седмисвѣтный зажегъ вѣрою, — то и самъ пожелалъ построить въ Ахридѣ свой собственный монастырь. А къ нему присоединилъ и другую церковь, которую впослѣдствіи сдѣлали престоломъ архіепископіи. И такъ въ Ахридѣ было три церкви: одна — соборная, а двѣ — священнаго Климента, величиною хотя и много меньше соборной, но своимъ овальнымъ и круглымъ видомъ пріятнѣе той. Всячески старался онъ искоренять равнодушіе болгаръ въ религіи и красотою храмозданій привлекать къ (богослужебнымъ) собраніямъ, и вообще укрощать звѣрство ихъ сердецъ, дикость и грубость въ богопознаніи.

93. И ничего удивительнаго нѣтъ въ томъ, если онъ старался измѣнить настроеніе людей въ кроткое и человѣчное. Но такъ какъ вся болгарская страна тогда покрывалась дикими деревьями и имѣла недостатокъ въ садовыхъ плодахъ, то и это благо даровалъ ей, переправивъ изъ греческой страны всякаго рода садовыя деревья и дички облагородивъ прививками, чтобы, думаю, и чрезъ это наставить души людей усвоять себѣ соки благости и плодоносить Богу дѣланіе божественной воли, которое одно только онъ дѣлаетъ для себя пищею (Іоан. 4, 34). Такимъ то образомъ онъ всецѣло служилъ пользѣ душъ и отдавался заботѣ о томъ, чтобы всякими способами расширять Церковь Господню, не считая для себя цѣнною душу свою, по божественному апостолу, но заботясь о многихъ, чтобы спаслись (Дѣян. 20, 24).

XXIV. 94. Но ему, имѣвшему такую любовь къ Богу, и какъ сыну, любившему Небеснаго Отца, — неужели ничтожны были свидѣтельства о взаимной любви къ нему отъ Бога? Отнюдь нѣтъ, прославляетъ и его Богъ даромъ чудотворной благодати. А какъ? — это узнаете изъ слѣдующаго.

95. Возвращается Климентъ изъ Главеницы въ Ахриду съ намѣреніемъ и обозрѣть жителей страны, сильны-ли они душами, опираются ли на страхъ Божій, какъ на нѣкій посохъ, — и вмѣстѣ съ тѣмъ на досугѣ побыть съ Богомъ въ монастырѣ, коего красоту любилъ онъ и съ трудомъ переносилъ отвлеченіе куда либо въ другое мѣсто. Во время пути двое какихъ то разслабленныхъ, изъ коихъ одинъ кромѣ разслабленія лишенъ былъ и милѣйшаго для всѣхъ свѣта, попавъ ему подъ глаза, подвигли его сострадательнѣйшую душу къ жалости. Но насколько онъ расположенъ былъ къ жалости, настолько же склоненъ и къ скромности. Даже болѣе — забота скрыть себя какъ чудотворца въ немъ была сильнѣе, чѣмъ въ разслабленныхъ желаніе получить исцѣленіе. Поэтому то, осмотрѣвшись кругомъ и никого не видя, и устремляетъ взоры къ небесамъ, а праведныя руки поднимаетъ на молитву (1 Тим. 2, 8) и привлекаетъ божественную помощь: тѣми руками, коими совершалъ молитву, онъ касается разслабленныхъ тѣлъ, и это прикосновеніе стало для нихъ сцѣпленіемъ и сочлененіемъ. Совершилось сказанное у Исаіи: каждый изъ нихъ сталъ скакать какъ олень, впрочемъ не прежній только хромой и съ однимъ поврежденнымъ членомъ тѣла (Ис. 35, 6; Дѣян. 3, 2. 8), но весь недвижимый и ничѣмъ не отличавшійся отъ земли, на коей лежалъ. Также и слѣпцу скоро возсіяло исцѣленіе, и, увидя свѣтъ, онъ громкимъ голосомъ величалъ Господа.

96. Но чудотвореніе это конечно не должно было совсѣмъ скрыться отъ глазъ людей: его видѣлъ одинъ изъ служителей Святаго. Встрѣтивъ его послѣ того и узнавъ въ немъ невидимаго зрителя, — ибо онъ смотрѣлъ, скрываясь въ кельѣ, — побранилъ его, какъ поступившаго лукаво, и съ угрозою приказалъ ему никому не говорить о бывшемъ, пока Климентъ будетъ жить въ семъ мірѣ.

XXV. 97. Наконецъ уже и старостью удрученный и трудами изнуренный, онъ намѣревался отказаться отъ епископства, не потому, чтобы бѣжалъ отъ служенія и удалялся отъ должности, въ коей Духъ Святый поставилъ его пасти Церковь Божію (Дѣян. 20, 28), но ради блаженнѣйшаго и боговдохновеннаго благоговѣнія, ибо онъ боялся, чтобы немощью его дѣло Божіе не разрушилось (Рим. 14, 20).

98. И вотъ приходитъ онъ къ царю и говоритъ: Благочестивѣйшій царь! Пока годно было у меня тѣло для трудовъ и заботъ церковныхъ, болѣе тяжелыхъ, чѣмъ политическія, какъ я увѣренъ, — оставить Церковь Бога, что Онъ вручилъ мнѣ посредствомъ твоей державной руки, мнѣ казалось всецѣло предосудительнымъ и даже не дѣломъ (свойственнымъ для) наемника, ибо ему обычно бѣгать и оставлять овецъ, когда волкъ набѣгаетъ (Іоан. 10, 12). Мнѣ же какое оправданіе оставить стадо Божіе, не видящему никакого волка? Поэтому я и не оставлялъ до этого времени. Но теперь, когда видишь, и старость какъ обременяетъ меня и множество великихъ трудовъ отняло у меня всю силу, позаботься о Церкви и въ домѣ Господнемъ поставь имѣющимъ принять на себя церковныя заботы (блюстителемъ человѣка) обладающаго хорошею тѣлесною силою при духовной и болѣе молодого! Эту мнѣ послѣднюю просьбу исполни! Дай мнѣ въ немногіе эти дни побесѣдовать съ собою самимъ и съ Богомъ, прекрасное у меня для этого (есть) жилище — монастырь, дозволь умереть въ немъ. Что общаго есть еще между мною и заботами, требующими болѣе крѣпкихъ членовъ? Если же для церковныхъ заботъ я безсиленъ, то чего другого ради я буду обладать этою должностью? Павелъ и назвалъ епископство дѣломъ (1 Тим. 3, 1), коего долженъ воздерживаться негодный къ дѣлу. Не пожелай же видѣть при моемъ имени (епископствѣ) процвѣтшую болѣе многихъ церковь потомъ при томъ же самомъ (имени — епископствѣ) увядающею, но, какъ я сказалъ, сохрани красоту ей чрезъ другихъ сильнѣйшихъ, ибо не малая (есть) опасность для дѣлъ ради моей немощи!

99. Пораженный неожиданностью слышаннаго, — поразительно вѣдь неожиданно услышать нежелательное, — царь сказалъ: Что это, Отче, хочешь ты сказать? Какъ могу я видѣть другаго, возсѣдающаго на этихъ престолахъ, когда ты живъ? Какъ лишу мое царство твоихъ архіерейскихъ благословеній? Твое оставленіе епископскаго престола — дурное предзнаменованіе мнѣ низложенія съ царскаго престола. И если я чѣмъ нибудь опечалилъ твое преподобіе, погрѣшивъ въ невѣдѣніи, такъ какъ я-то не сознаю за собою никакого прегрѣшенія (противъ тебя), — и ты, щадя насъ, какъ отецъ, не желаешь объявлять моего противъ тебя безчинства, но прикрываешь истинную причину предлогомъ недомоганія: то скажи, прошу, я готовъ подвергнуться исправленію и, какъ сынъ, излечить страданіе отца. А если ничего не имѣешь поставить намъ въ вину, то зачѣмъ самъ желаешь печалить ничѣмъ тебя не опечалившихъ? Ни клиръ не можешь обвинять какъ непослушный и жестоковыйный (ср. Дѣян, 7, 51), ибо всѣхъ, родивъ посредствомъ Евангелія, ты сдѣлалъ преданными тебѣ самому и Богу, — ни насъ самихъ, какъ быстро сбрасывающихъ съ себя узду твоихъ заповѣдей, — ни другое что изъ твоего, какъ достойное порицанія. Зачѣмъ же поэтому оставляешь дѣтей оплакивающими твое безпричинное удаленіе? Но или согласись, Отче, — если же не такъ, то — твердое слово — что бы ни говорилъ ты, не послушаюсь, — и чтобы ни дѣлалъ, не склонюсь, ибо прошеніе объ увольненіи, думаю, свойственно однимъ только недостойнымъ, — ты же выше всякаго достоинства.

XXVI. 100. Это склоняетъ старца, — и ничего болѣе не прибавивъ къ своимъ словамъ царю объ увольненіи, онъ возвращается въ монастырь. Но находитъ Вышняго Царя содѣйствующимъ его намѣренію: вмѣстѣ съ возвращеніемъ онъ подвергается болѣзни и, предузнавъ свою смерть, даетъ болгарскимъ церквамъ исходный даръ и прибавляетъ къ Тріоди недостававшее (въ ней), ибо тогда именно онъ докончилъ (переводъ того), что поется отъ Новой (Ѳоминой) недѣли до Пятидесятницы. И отсюда проницательнѣйшимъ людямъ конечно можно судить о томъ, каковъ долженъ былъ быть въ здоровомъ тѣлѣ тотъ, кто и въ болѣзни изнурялъ себя трудами. Но это потому, что внутренній его человѣкъ дѣйствительно обновлялся въ такой же мѣрѣ, въ какой внѣшній тлѣлъ (2 Кор. 4, 16), и онъ могъ говорить согласно съ Павломъ: когда я немоществую, тогда силенъ я (2 Кор. 12, 10).

101. Что еще? — Дѣлаетъ завѣщаніе, и это канонично, и о своихъ книгахъ, кои написалъ, и о другомъ имуществѣ его, а вѣрнѣе — Бога, Коимъ онъ все имѣлъ и Коимъ Однимъ, этою прекрасною жемчужиною, богатѣлъ мудрый купецъ (Матѳ. 13, 45), мало заботясь о раковинахъ. Итакъ раздѣливъ все пополамъ, одну половину оставилъ епископіи а другую часть монастырю, показуя безъ сомнѣнія и этимъ, какъ надо пріобрѣтать и употреблять и что то и другое (было) по внушенію Божію. Дѣйствительно, онъ и стяжаніе имѣлъ отъ (благо)вѣрныхъ князей и царей, коихъ отнюдь не подобало охлаждать презрѣніемъ, и особенно болѣе варварскихъ по природѣ, — вѣдь и Господь показалъ (это) тѣмъ, что не только не презрѣлъ извѣстную мѵроносицу, но и принялъ и включилъ въ Евангеліе (Матѳ. 26, 6-13), — и нестяжательность проявилъ евангельски и канонически и, какъ нельзя было иначе, похвальнѣйшимъ образомъ.

XXVII. 102. Проведши такую жизнь и такъ украсивъ данный ему отъ Бога престолъ, — положивъ конецъ, сообразный началу, — и кровлю, прекрасно соотвѣтствовавшую основанію, — онъ отошелъ къ Господу. А тѣло его божественное и равноцѣнное по чести съ душею, преподобное преподобно отпѣтое и почтенное, хотя и ниже достоинства его, но не слабѣе силъ почитателей его, положено въ этой обители, — въ гробѣ, что самъ онъ приготовилъ собственными руками, — на правой сторонѣ передней части храма и въ двадцать седьмой день шедшаго тогда іюля мѣсяца, во дни Симеона царя болгарскаго и, въ шесть тысячъ четыреста двадцать четвертомъ (916) году.

XXVIII. 103. Но вотъ не малое доказательство общенія душъ у святыхъ, что ускользнуло отъ меня: предъ его кончиною нѣкіе изъ его учениковъ видѣли во снѣ и Кирилла и Меѳодія пришедшими къ Блаженному и предзнаменовывавшими ему исходъ его жизни.

104. Такимъ образомъ хотя онъ, казалось, и удалился отъ насъ и оставилъ эту жизнь, однако благодать не отлетѣла, но и прахъ учителя еще и нынѣ совершаетъ благодѣянія, исцѣляя всякое страданіе и всякую болѣзнь (Матѳ. 10, 1). Доказательствомъ сказанному служитъ одинъ (извѣстный больной) съ изсохшими руками и ногами, который, пришедши въ храмъ во время совершавшагося божественнаго священнодѣйствія, обрѣлъ себѣ исцѣленіе. Неизвѣстно было народу, кто онъ и откуда. Когда же къ исцѣленію своему онъ сталъ прилагать свое благодареніе, и продолжительно было его исповѣданіе, и исцѣленныя руки свои поднималъ, и становился уже досадливымъ для находившихся въ храмѣ, — то спрашиваютъ его о причинѣ его благодаренія, и онъ все разсказываетъ: — что и самъ онъ изъ Ахриды, несчастенъ многолѣтнимъ страданіемъ въ этой болѣзни и, одержимому безпомощностью нисколько не менѣе, чѣмъ болѣзнью, ему пришло на умъ поклониться святому гробу, не будетъ ли всемогущій во Христѣ Климентъ ему утѣшеніемъ, — итакъ, ползкомъ на рукахъ и ногахъ, онъ прибылъ ко гробу Преподобнаго, потомъ оказался въ экстазѣ (изступленіи) и увидалъ нѣкоего старца, коснувшагося его волосъ и приказывавшаго встать, — и при этомъ словѣ происходитъ стукъ въ тѣлѣ, какъ бы при столкновеніи костей, — вѣроятно, члены соединялись и жилы расправлялись для движенія, — потомъ пришедъ въ себя, я (говоритъ) оказываюсь здоровымъ, уже не съ сухими руками, уже не съ сухими ногами, уже не съ увѣчьемъ природы, и теперь поднимаю руки къ Исправившему ихъ и стою на ногахъ своихъ. Это говорилъ прежній изсушенный, источая изъ глубины сердца слова исповѣданія, и (всѣхъ) присутствовавшихъ находилъ согласными (съ нимъ) и величавшими Преподобнаго благодарственными словами.

105. И что за надобность мнѣ перечислять то и то? Кто не знаетъ, сколькимъ бѣсноватымъ и сколькимъ иначе страдавшимъ даровано избавленіе отъ удручавшихъ ихъ страданій, или пришедшимъ ко гробу, или призывавшимъ только имя (его), если и вѣру имѣли съ собою поистинѣ дѣйственною помощницею? Вотъ почему и болгары всякаго возраста, вкушая благодати Святаго, нельзя высказать, сколь великое стараніе показываютъ въ чествованіи его, каждый дѣлая посильныя приношенія!

XXIX. 106. О, божественная и священная глава, на коей Духъ утвердилъ Свое сѣдалище! О, свѣтило — вождь не только дня и не только ночи, но и ночью и днемъ освѣщающее насъ благодатными дарами, — боремся ли мы съ искушеніями и какъ бы ночью какою облегаемся мракомъ искушеній, или вкушаемъ покой и проясняемся какъ бы какимъ свѣтомъ, — въ обоихъ случаяхъ мы удостоиваемся твоихъ благодатныхъ даровъ! О, труба, чрезъ которую намъ вострубилъ Утѣшитель! О, пастырь добрый, положившій за насъ, твоихъ овецъ, святую свою душу (Іоан. 10, 11). Ты многими трудами устроилъ Богу паству, поселилъ насъ на мѣсто обильное травою — (т. е. на) на переведенныя твоимъ языкомъ Писанія, — воспиталъ на водѣ упокоенія божественнаго крещенія и направилъ на стези правды — на дѣланіе добродѣтели! Чрезъ тебя вѣдь вся болгарская страна познала Бога! Самъ ты обильно снабдилъ церкви пѣснями и псалмопѣніями, праздники прояснилъ чтеніями, монахи чрезъ тебя путеводствуются житіями отцовъ къ подвижничеству, іереи чрезъ тебя наставляются каноничной (законосообразной) жизни! О, земной ангелъ и небесный человѣкъ! О, маслина, ни мало не уступающая провозглашенной пророкомъ (Іер. 11, 16 ср. Ос. 14, 7), развѣ даже гораздо болѣе не произведшая сыновъ тука (Зах. 4, 12. 14)! О, путеводитель слѣпцовъ, какое бы изъ двухъ ни разумѣть и ослѣпленіе и путеводство (тѣлесное ли или духовное)! Ты приготовилъ Господу народъ избранный, ревнителя добрыхъ дѣлъ (Тит. 2, 14), чтó онъ въ тебѣ видѣлъ! Но еще и еще надзирай за своимъ наслѣдствомъ, безъ сомнѣнія обладая теперь гораздо большею и высшею силою, чѣмъ прежде будучи въ тѣлѣ, — и отгоняй лукавую ересь, что заразною болѣзнью вкралась на гибель твоему стаду, конечно послѣ твоего во Христѣ успенія, да не разсѣеваетъ она и не губитъ овецъ паствы, которую утверди, святый пастырь и благостнѣйшій, — и охраняй насъ, твоихъ питомцевъ, отъ испытанія варварскихъ нашествій, и всегда надзирая (за нами), особенно же теперь, когда скорбь близка, когда нѣтъ помогающаго, когда скиѳскій мечъ упился болгарской кровью, когда руки безбожныхъ выбросили трупы твоихъ и чадъ въ пищу птицамъ небеснымъ, — ихъ (руки безбожныхъ) да сокрушишь десною рукою Бога, Коего служителемъ сдѣлался ты, даруя миръ твоему народу, чтобы намъ устроять празднества тебѣ во всякомъ веселіи, славя чрезъ тебя Отца и Сына и Духа, Единаго Бога, Кому подобаетъ всякая слава, честь и поклоненіе, нынѣ и всегда и во вѣки вѣковъ. Аминь.

Источникъ: Житіе и дѣятельность, а также исповѣданіе и отрывочный разсказъ о (нѣкоторыхъ) чудесахъ Святаго отца нашего Климента (Архі)епископа Болгарскаго. Написано святѣйшимъ и славнымъ Архіепископомъ Первой Юстиніаны и всей Болгаріи Господиномъ Ѳеофилактомъ, бывшимъ въ Константинополѣ магистромъ (учителемъ) риторовъ. / Пер. съ греч. и прим. М. Д. Муретова. // Журналъ «Богословскiй Вѣстникъ», издаваемый Московскою Духовною Академіею. — Сергіевъ Посадъ: Типографія Св.-Тр. Сергіевой Лавры. — 1913. — Томъ II. — Іюль-Августъ. — С. 423-474.

/ Къ оглавленію раздѣла /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0